Страница 17 из 18
Анна шарахнулась назад, упала со скамеечки на попу и некрасиво раскорячилась, но Гардвейг продолжал греметь набатом:
- Ты - принцесса! Может быть будущая королева! Твое приданное - это не юбки, а связи! Земли! Союзы! А юбками и побрякушками ты награждать будешь, если понравишься Рику. Ативерна богата, а мне нужен Эдоард в союзниках. А потом и Рик. Так что если выйдешь за него замуж - не обижу. Дам в приданное провинцию Бальи.
Анна кое-как оправила юбки и села под насмешливым взглядом шута. И спросила уже другим тоном...
- Ваше Величество, я должна его очаровать?
- Да. Потом он еще поедет в Ивернею. Но это - потом. Ты будешь первой - и должна стать для него единственной.
Анна кивнула. А перед глазами проносились видения балов, бриллиантов. Кавалеров - и тонкой короны на ее голове. Короны принцессы. Будущей королевы.
Черт!
Зачем она только спуталась с Лонсом?!
Гардвейг несколько минут смотрел на нее. А потом кивнул.
- Иди, прочухайся. А завтра поговоришь с Милией. Пусть она тебе платья какие пошьет, чтобы сверкала. Я ей скажу. Свободна.
Анна кое-как сделала реверанс, раскланялась и вышла вон.
Она не знала, что королевский шут покачал головой:
- Ох, не знаю, Гард. Жадная она. И дура.
- Вся в мать.
- Может, кого еще предложить?
- Не получится. Старшей двенадцать лет, ты сам знаешь. Этой хоть шестнадцать скоро будет. А те вообще. А Эду надо сопляка женить в ближайшие год-два.
- М-да. А в Ивернее Лидия.
- Та шерстяной носок. Восемнадцать лет девке, а она ни о чем кроме книг не думает. Перестарок.
- Милии за двадцать было, нет?
- Так Милия и вдовой была... повезло мне с ней.
Шут только кивнул. Жену Гардвейга он не уважал. Не за что. Но ценил. Видел, как она любит короля, как старается окружить его заботой... курица-наседка, да. Но для пожилого короля - не худший вариант.
Не злая, не гадина, не интриганка, власть ей не нужна, только гнездо и дети. Ну и сыновей она конечно, родила. Что хорошо. Гард ведь вообще с ума сходил без мальчишек....
- Ладно. Если ты думаешь, что эта соплячка - то, что надо, я с ней еще поговорю. Разрешишь?
- Когда я тебе что запрещал?
Мало кто знал, что шут был молочным братом короля. Что двое мужчин дружили с детства. И что неистовый, капризный, вздорный и злобный Гардвейг на этой земле любил только своего брата. И брат всеми силами старался оправдать его доверие.
А шутовство?
Почему бы и нет?
Чем-то же заниматься надо в свободное от интриг время?
***
Анна пританцовывая, возвращалась к себе.
Принцесса!
Принцесса!!!
А может стать королевой, надо только правильно повести игру!
Она красива! Умна! И образование получила - Лонс позаботился... гримаска скривила пухлые губки.
Мальдоная!
Ну почему она не подождала еще пару лет?
Но хотелось всего и сразу!
Денег! Танцев! Любви! Жизни!!!
Танцев и денег не досталось, Лонс и сам беден, как церковная крыса, а вот любви... Анна едва не облизнулась, вспоминая про руки Лонса, его губы, его тело - и вдруг в растерянности остановилась.
А ведь она УЖЕ замужем...
Вот это проблема. И серьезная. Но что же делать, что делать...
Ясно было только одно - отцу признаваться нельзя.
***
Джес Иртон, между прочим, настоящий граф, красавец мужчина и отличный боец смотрел на ревущего в три ручья ребенка. И совершенно не знал, что делать.
- Маленькая моя, ну не надо... котик, солнышко...
Ребенок ревел вдохновенно.
- Миранда Кэтрин Иртон , прекратите немедленно водоразлив!
Не помогало. Разве что в хлюпаньях носом прорезалось:
- Уезжаешь, бросаешь и покидаешь...
Джес только взъерошил волосы.
Дочку он любил до безумия. Семилетняя малышка это отлично понимала и веревки из отца вила.
Но сейчас выбора просто не было. Взять с собой малышку он просто не мог. Предстояли дела, заботы, балы, турниры, интриги... как тут потащишь за собой ребенка, если даже не знаешь, где жить будешь? Так что у Джеса не было выбора.
- Малыш, ты поедешь в Иртон и поживешь там зиму. А весной я за тобой приеду. Хорошо?
О том, что пока только конец лета он благоразумно умолчал. Но дочка все равно разревелась. И ее пришлось долго и упорно успокаивать.
И заодно сочинять в уме длинное письмо к Лилиан.
Да, истеричка. Дура. Но не гадина же! И не обидит малышку!
Главное ее предупредить и напугать. Хорошенько напугать...
И успокоить ребенка...
***
Когда часов в двенадцать следующего дня пришла Марта, Аля стояла посреди комнаты и старательно приседала. Получалось плохо. Сделано не было и десятка приседаний, а пот лил ручьями. И колени подозрительно ныли.
- Что это ты делаешь, Лилюшка? - ахнула няня.
Аля одарила ее веселой улыбкой.
- Нянюшка, милая, распорядись насчет ванны. И поищи мне какое-нибудь платье. Пора вставать с кровати! Пора!
- Лилюшка, а докторус...
- Пусть держится от меня подальше. Целее будет. Нянюшка, я же здесь с ума сойду. И вообще, я и так слишком долго занималась только собой. Так что там насчет ванны?
Марта покачала головой, но спорить не стала. И молча вышла.
К ее возвращению Аля успела сделать:
- двадцать приседаний;
- двадцать наклонов;
- сорок прыжков на месте;
- тридцать упражнений на пресс. Это таких, где ты лежишь на спине - и пытаешься приподняться к согнутым коленям.
Получалось не просто плохо.
Омерзительно.