Страница 24 из 72
—Что это значит? Как это — никого нет? — удивился Нимрод.
—Никого нет. В загробном мире пусто. — Мадам Софи высморкалась и сунула носовой платок за манжету платья. — Обычно с той стороны слышно много голосов, там довольно шумно. А сейчас тишина. Духи, с которыми я обычно разговариваю здесь, в Риме, больше не отзываются.
—Странно, — сказал Нимрод.
—Еще как странно! При этом в последнее время все музеи и древние храмы в нашем городе постоянно сообщают о паранормальных явлениях, число которых увеличивается с каждым днем. Музейные смотрители не хотят больше дежурить в залах. Все бастуют.
—То же самое происходит в Нью-Йорке, — сказала Филиппа.
—Для грабителей полное раздолье, — заметила мадам Софи.
—В самом деле? — спросил Нимрод. — Что вы имеете в виду?
—Здесь, в Италии, во время забастовок уже ограбили множество музеев, — пояснила мадам Софи. — И есть еще одна странность. Крадут каждый раз одно и то же. Изделия из нефрита.
—Нефрит? — переспросил Нимрод. — Занятно.
—Для меня драгоценные камни никакой ценности не имеют, — объявила мадам Софи.
Филиппа подумала, что мадам несколько лукавит, поскольку на ее длинной шее красовалось ожерелье с бриллиантами.
—Но если меня лишат общения с духами, жизнь моя станет пустой и бесцельной, — добавила мадам Софи. — Я даже ходила к форуму. Хотела побеседовать с самыми старыми духами Рима. Но не смогла их дозваться. Они словно боялись со мной заговорить. — Она пожала плеча, ми, — Или их там вовсе нет.
—Люди, с которыми я желаю войти в контакт, на самом деле не мертвы, — сказал Нимрод. — Это бестелесные джинн. Мой племянник Джон Гонт и мой друг, господин Ракшас, с которым, как мне кажется, вы знакомы.
—Они нас не услышат, — со знанием дела сказала мадам Софи. — Раз они не мертвы, они не привыкли к миру духов и не знают его законов. Впрочем, если они поступили здраво и вошли в мир духов через особую дверь, например через портал храма, то возможно...
—Они так и сделали, — вмешалась Филиппа. — Они вошли через храм Дендур. В Нью-Йорке. Это — египетский храм, посвященный богине Исиде, а построил его римский император Август.
—В таком случае они наверняка выбрали себе проводника по миру духов. В каждом египетском храме есть Ка-слуга. Надо попробовать с ним связаться. Уши любого Ка-слуги настроены особым образом: он всегда слышит, если его зовут с другой стороны. Да, надо с ним связаться... если, конечно, он там еще существует.
Мадам Софи привела их в просторную комнату и пригласила за стол. Усевшись, они, опять же по знаку мадам Софи, взялись за руки. Она набросила на голову черную кружевную накидку, сняла свои непомерно большие очки, закрыла глаза и начала делать глубокие вдохи, раздувая ноздри крупного носа. Через несколько минут Филиппа была абсолютно уверена: мадам Софи спит! Девочка взглянула на Джалобина и еле удержалась, чтобы не фыркнуть, — уж очень забавную рожу скорчил он в ответ.
Спустя какое-то время дама выпрямилась и произнесла:
—Я обращаюсь к Ка-слуге храма Дендур, что прежде находился близ Асуана в Египте, а теперь на Манхэттене в Нью-Йорке. Если ты слышишь меня, о проводник духов, прошу тебя откликнуться. Радом со мной — друзья господина Ракшаса и Джона Гонта, и они желают с ними поговорить.
Прошла еще одна минута, и постепенно Филиппа начала различать лившийся откуда-то слабый звук, точно где-то вдали включили радио. И вдруг она поняла, что звук идет из открытого рта мадам Софи! А спустя еще пару секунд она почувствовала, как волосы у нее на голове встают дыбом, потому что изо рта мадам Софи донесся чужой голос. Он говорил медленно, с иностранным акцентом, точно заново учился произносить слова после жизни на безмолвных горных вершинах какой-то далекой-далекой страны. Голос звучал, а губы мадам Софи при этом не двигались.
—Я — Ка-слуга храма Дендур, — произнес голос. — Меня зовут Лео Полита. Радом со мной племянник Нимрода Джон и его подруга Фаустина, Мы находимся в храме в нью-йоркском музее.
—Это они! — Филиппа даже взвизгнула — Слава богу, у них все хорошо!
—Замечательно. — Мадам Софи сжала руку Нимрода. В ее глазах снова стояли слезы, но на этот раз это были слезы счастья. — Ну же, — сказала она Нимроду своим собственным голосом. — Поговорите с ним. Он услышит вас через мои уши.
Джон и Фаустина как раз собирались снова покинуть храм, когда Лео почесал пухлыми пальцами ухо и дал им знак задержаться.
—Ко мне обращается голос. С той стороны, из реального мира, — сказал он. — Эта дама — медиум, а рядом с ней находятся твой дядя и твоя сестра, Джон.
—Я ничего не слышу. — Джон вздохнул и горестно покачал головой. После гибели господина Ракшаса он, похоже, разучился видеть и слышать. У него отказали все чувства. И неудивительно. Но он испытал большое облегчение оттого, что Нимрод вышел на связь. Дядя наверняка подскажет, что делать.
—Тссс, — сказал Лео. — Ваши уши пока не улавливают голоса, предназначенные для духов. Именно поэтому ты ничего не слышишь. Я буду посредником в вашем общении. Подождите несколько мгновений, а потом говорите. Они услышат вас через меня.
Лео закрыл глаза и, глубоко вдохнув, вошел в состояние, похожее на легкий транс. Рот его открылся, и оттуда донесся звук. Странный, холодящий сердце звук, который — Джон это инстинктивно почуял — исходил уже не от Лео. Помнится, именно такой звук производит отсос, которым зубные врачи пользуются для откачивания лишней слюны изо рта пациентов. Но звук нарастал и постепенно стал похож на жужжание кофеварки, которая готовит капучино. Потом — на рев пылесоса. А потом вдруг наступила тишина, и эту тишину прорезал человеческий голос. Очень знакомый голос.
Джон оглянулся.
—Следи и дай знак, если вернется зомби, — попросил он Фаустину.
—Джон? — Голос Нимрода лился из неподвижного рта Лео. — Ты меня слышишь?
—Слышу! — завопил Джон. По правде говоря, голос Нимрода был очень слабым и далеким, поэтому мальчик решил, что надо кричать, чтобы его самого было лучше слышно на том конце этой незримой телефонной линии. — Как здорово, что ты... позвонил!
—Фаустина с вами?
—Да, она здесь.
—И господин Ракшас рядом? Мне надо с ним поговорить.
—Нет, его нет... — сказал Джон. — С ним случилось страшное... Тут ходит зомби... Он его поглотил. Ракшас исчез. — В горле у Джона стоял ком, он выдавливал каждое слово с неимоверным горьким усилием, словно вот-вот задохнется.
—Поглотил? Как так?
—Не знаю. Это случилось здесь, в музее. Туг ходит зомби, он похож на какого-то древнего китайского воина. Он распугивает всех остальных призраков. А если кого догонит, он их просто... всасывает, втягивает в себя. Короче, поглощает. Так и произошло с господином Ракшасом. — Джон сглотнул слезы. — Нимрод, я не знаю, жив он или мертв.
—Говоришь, зомби-китаец? — Нимрод задумался. — Я о таком никогда не слышал.
—Я ничего не выдумываю. Господин Ракшас исчез в одну секунду: был и нету.
—Послушай, Джон, — твердо сказал Нимрод. — Я хочу, чтобы вы с Фаустиной немедленно отправились домой и проверили его тело. Не исключено, что у него были серьезные основания так неожиданно исчезнуть, чтобы затем вернуться в собственное тело.
—А что, если его там нет? Что, если он погиб? И как мне самому разобраться? Я ничего в этом не понимаю. Как я отличу по его телу, в порядке его дух или нет?
—Если дух Ракшаса не вернулся в тело, тут уж ничего не поделаешь. Просто оставь его тело лежать, где лежит. А вы с Фаустиной садитесь в самолет и летите сюда, в Италию. Только тело твое должно остаться дома, Джон. Помни, что проклятие Мафусаила еще действует. Если твое тело и твоя джинн-сила разом покинут Нью-Йорк, отец снова начнет стареть.
—Ладно, прилетим, — уныло согласился Джон. — В Италию... Но почему в Италию? Я думал, вы в Лондоне.
—Пришлось поменять планы, — ответил Нимрод. — Тело Фаустины оказалось в Италии. Скажи ей, что с телом все хорошо, Фаустина по-прежнему красива.