Страница 91 из 94
Компания лучшего друга начала играть в жмурки. Юрка водил с завязанными глазами, пока не поймал свою новую знакомую, которая очень того хотела.
И компания лучшей подруги тоже играла в жмурки. Здесь водила Лена, пока не схватила за рукав самого высокого парня, который так старался поддаться.
У тех завопил транзистор. И у этих!.. Там зазвенела гитара. И тут!..
Потом все помчались к морю. И Лена с самым высоким парнем бежали, взявшись за руки. На Юрку она даже не взглянула. И он, взяв за руку курносую девушку, отвернулся от Лены.
Затем и здесь и там играли в волейбол.
Юрка так ударил по мячу, что тот улетел за косогор. Он побежал следом и долго не возвращался. Забеспокоившись, лучший друг бросился на поиски. Юрка одиноко сидел на песке, рядом с мячом.
— Пошли, а? — сказал Витя.
Юрка медленно поднял голову. В глазах его было отчаяние. Лучший друг не выдержал и отвернулся.
— Я теперь знаю… Любви нету. Это только так — в стихах да в песенках! Почему она смеется? Неужели ей весело? — выкрикнул Юрка.
Лучший друг молчал. Юрка встал.
— Постой. Ты куда? — кинулся за ним Витя.
Пляж бурлил криками, музыкой, смехом. Лучшая подруга встревоженно огладывалась по сторонам.
— Ребята, а где Лена?
Все пожали плечами, а самый высокий сказал:
— Она побежала вон туда.
Лучшая подруга заглянула в раздевалку. Лена стояла, уткнувшись в ребристую стенку. Плечи ее беззвучно вздрагивали.
— Что с тобой?
Лена повернула к ней зареванное лицо и лихорадочно зашептала:
— Как же так? Ведь он говорил мне, что любит. А сам… А сам смеется. Разве так может быть? Неужели ему весело?.. Нет, он меня не любит. Не любит!
Тамара вдруг часто заморгала глазами и заревела.
— Не плачь, Ленка, — всхлипывая, сказала она. — Я сейчас пойду и все ему скажу… Все-все!
— Не надо. Я сама. — И Лена вышла.
В спасательной станции только что окунувшийся радиобудочник растерся полотенцем, надел наушники и изумленно выпучил глаза. Затем поспешно щелкнул рычажком.
«…Межгалактический корабль внеземной цивилизации совершил посадку на Байконуре!!! — торжественно понеслось из динамика по всему пляжу. — В этот незабываемый миг взгляды всего человечества прикованы к СССР! Вот открывается люк. Сейчас появятся дорогие гости из Галактики. Вот они выходят… Они такие же, как мы, — люди!!! Только у них три глаза. Итак, впервые в истории человечества установлен прямой контакт с мыслящей вселенной!!!»
Что тут началось! Незнакомые люди бросались друг другу в объятия, что-то кричали, подбрасывая в воздух шляпы, башмаки и гитары. Пляж ликовал!
Лучшая подруга схватила лучшего друга, случайно оказавшегося рядом, закружила его, чмокнула в щеку — и покраснела. Он тоже смутился.
А по берегу, перешагивая через бутылки и одежду, журналы и гитары, безучастные ко всеобщему восторгу, не видя и не слыша ничего вокруг, шли Юрка и Лена. Они сошлись в центре пляжа.
— Слышишь, я тебя больше не люблю, — она закусила губу.
— Я тебя больше не люблю — как эхо, повторил он.
— Прощай.
— Прощай.
Он пошел в одну сторону, она — в другую, и ни разу не обернулись.
А на пляже продолжалось ликование. Никто даже не заметил, что произошло в этот миг с двумя влюбленными. Кроме лучшего друга и лучшей подруги. Они все видели, все поняли и переглянулись.
— И все-таки мы действовали правильно. Да? — сказал Витя.
— Ради них, — подчеркнула Тамара.
— Вы слушали радиопостановку по фантастической повести «Трое с Альдебарана», — объявил по радио диктор.
— Тону-у! — раздался в море чей-то отчаянный вопль.
Юрка ринулся в воду. И вытащил на берег своего… начальника, потерявшего сознание. Он поднял его за талию головой вниз и начал трясти. Хлынула вода — к морю побежал ручеек, в котором заковылял крошечный краб.
— Сердце зашлось от волнения… — слабо оправдывался лежавший на песке начальник. — Такой обман! Значит, никто не прилетел?.. — Наконец, он узнал своего подчиненного и удивленно сказал: — Расспасался! Вот ведь… не поругай я тебя тогда — утонул бы! Понимаешь, — внезапно оживился он, — пока я сознание терял, я для нового плакатика стишата придумал: «При перестройке все — умельцы, а в море — пьяные, как Ельцин!»
Решительно все теперь изменилось для Юрки и Лены. Он одиноко бродил по улицам. И она грустно ходила по другим улицам. Он погладил по голове смеющегося малыша, и тот заплакал. Она взглянула на счастливых влюбленных, и те начали ссориться.
И невидимые скрипки больше не пели для Юрки и Лены о любви.
Море плескалось о каменные плиты, и по воде неторопливо плыли две тени — большая и маленькая. По ступенькам набережной шли уже не Лена с Юркой, как вы, наверное, подумали, а Тамара с Витей. Она деликатно спустилась на две ступеньки ниже своего спутника. Общие заботы сближают людей. Наши заговорщики не были исключением из правил.
— Конечно, очень мне ее жаль, — вздохнула лучшая подруга и, посмотрев на своего спутника, добавила: — И его тоже.
— Сейчас не до жалости, — сумрачно ответил он.
— Жалость принижает, — согласилась она и спустилась еще на ступеньку. — Пожалеем — наплачутся.
— Да, — подтвердил он. — Потом сами будут нас благодарить. Что нам нужно сделать дальше?..
…А дальше события приняли головокружительный оборот. Утром на следующий день Тамара повезла Лену куда-то из города на такси по извилистым, слаломным петлям приморского шоссе.
— Время и расстояние — главное, — говорила лучшая подруга.
— Мне теперь все равно, — безучастно отозвалась Лена.
— Вот это и плохо. А мне не все равно. Потому я взяла себе тоже отпуск без содержания, — сказала Тамара.
В тот момент, когда их такси въезжало во двор отдаленного пансионата «Лесное озеро», Юрка и Витя в городе с трудом открывали окованную бронзой, массивную дверь «Южного филиала Главсевморпути». Справившись, наконец, с ней, они очутились в крохотном холле этого учреждения.
— Я прочел ваше объявление, — обратился Юрка в окошко вербовочного отдела. — Для работы на Севере вам срочно требуются метеорологи. И вообще — люди. Я, правда, еще только учусь заочно…
— Куда бы вам конкретно хотелось на Севере? — вежливо спросил кадровик. Видать, желающих было не слишком много, прямо скажем, не ломились.
— Куда подальше, — ответил Юрка. — На самый край!
— Правильно, — поддакнул сзади Витя.
Оставим Юрку заполнять обширную анкету и перенесемся в загородный пансионат.
Тамара и Лена уже устраивались в уютной комнате на третьем этаже. Лучшая подруга выложила из чемодана огромную кипу книг.
— Заодно почитаем, — ободряюще заявила она.
А что же Юрка?.. Оформив документы, получив назначение, проездные и подъемные, он рассеянно расстался с Витей на улице. Лучший друг тут же тайно поехал в пансионат — доложить Тамаре, что операция развивается успешно, по плану.
А Юрка побрел в детский сад № 5.
— Она уехала, — сказала ему пожилая няня. — А зачем вам она?
— Попрощаться… Куда уехала? Няня, замявшись, оглянулась.
— Мне надо попрощаться, насовсем, — подчеркнул Юрка.
— А-а. Тогда не знаю, — сухо ответила няня и закрыла двери.
События продолжали нарастать…
У входа в пансионат «Лесное озеро» Тамара столкнулась с Витей и озабоченно сказала:
— Хорошо, что вы здесь. Я сейчас звонила в город по таксофону. Он ее ищет. В детский сад заходил!
— Примем меры.
— А как там?.. — не договорила Тамара.
— Полный порядок.
— Скорей бы… — вздохнула она. — И отмучаемся.
Мимо них пробегали мальчишки, пасуя друг другу футбольный мяч. Один из них, белобрысый нахал, увидев высокую Тамару и коротышку Витю, прыснул от смеха и прошелся на корточках.
Витя возмутился и дал такого пинка мячу, что тот с высоты холма, описав гигантскую кривую над санаториями, упал в море!
Две старушки, вяжущие носки на лавочке, неодобрительно поглядывали на Витю с Тамарой и довольно громко хихикали: