Сны

***

Прожекторы ослепили Сару, когда она вышла на сцену Королевского концертного зала. Она не могла видеть зрителей — они были лишь черным морем, рядами едва различимых голов. Сара ждала этого момента вечность. Это было ее первое серьезное выступление.

Лучшие музицирующие ученики средних школ со всей страны были отобраны, чтобы аккомпанировать известным артистам на рождественском концерте. Когда учитель сказал ей, что ее выбрали, она не могла поверить. Она была так взволнована, так гордилась, что даже уборка стала более расслабляющей. В течение нескольких недель она была необычайно разговорчива, болтала о репетициях и о том, каким дружелюбным был музыкальный руководитель, и как они собирались надеть школьную форму, и как BBC собиралось снимать событие... Она рассказывала и рассказывала своим родителям все, каждую неделю возвращалась домой с репетиций пружинящим шагом и с улыбкой на лице.

Рождественский концерт был в субботу. Тетя Джульетта привезла ее в город вместе с виолончелью и тщательно выглаженной формой, осторожно лежащей на заднем сиденье. Тетя Джульетта настояла на том, чтобы составить ей компанию и помочь успокоиться. Сара хотела, чтобы мама пошла с ней, но это было просто невозможно. У нее были вещи, на которые нужно взглянуть, и то, каким тоном это было произнесено, не оставляло никаких сомнений о природе этих вещей. Но все же, конечно, они будут на концерте. Они ни за что не пропустили бы его, Сара была в этом уверена.

Когда пришло время идти за кулисы, оставить друзей и родственников позади, Сара бросила последний взгляд поверх небольшой толпы, надеясь увидеть своих родителей, входящих через стеклянные двери. В этот момент телефон тети Джульетты начал пищать. Родители Сары немного опаздывали, но они будут здесь через полчаса.

Куча времени. У нее в запасе был почти час, пока оставшаяся часть зрителей прибудет и рассядется. Они успеют.

Руки Сары тряслись от волнения и нервов, когда она вышла на сцену, свет сделал ее волосы иссиня-черными, краска залила ей лицо, когда она села со своей виолончелью. Она не могла разглядеть ничего дальше сцены, но знала, что ее родители уже должны были вернуться и смотреть на нее. Мысль согревала ей сердце, наполняя ее гордостью. Она не могла дождаться, чтобы показать, что умеет.

Певцы, скрипачи, аккордеонисты, арфисты следовали один за другим, и Сара чувствовала себя самым счастливым человеком на земле. Она не могла знать, сколько зрителей были восхищены прекрасной девушкой с длинными черными волосами, играющей на виолончели с такой страстью, такой точностью. Она отыграла свою партию без единой ошибки, потом пришло время встать и искупаться в аплодисментах и криках, и застенчиво улыбнуться, когда артисты повернулись и указали на них, на учеников музыкальной школы, и аплодисменты взорвались с новой силой, чтобы поприветствовать новый талант девушек и парней, которые так хорошо играли.

Когда родственников и друзей впустили за кулисы, последовал шквал поздравлений, объятий, цветов. Сара рыскала по небольшим группкам, в поисках своих родителей.

Тетя Джульетта была здесь, она улыбалась, но ее глаза выглядели странно.

— Молодец, моя дорогая! Ты была потрясающей!

Сара продолжала смотреть поверх плеча тети Джульетты.

— Где мама с папой?

Джульетта смотрела на нее мгновение, будто искала подходящие слова.

Но тогда уже ничего не требовалось говорить. Сара знала, что они не пришли.

* * *

Гарри с Сарой сели в гостевой спальне и немного поговорили, осторожно, неуверенно. Сара не знала, насколько много ей можно говорить, и продолжала формальный разговор, будто осторожный танец. Все это время она смотрела в эти невероятно чистые ясные глаза и чувствовала страх. Вскоре, истощение нагнало ее. Она пожелала Гарри спокойной ночи и пошла в постель, слишком уставшая, чтобы волноваться, слишком уставшая, чтобы думать, но все еще находя энергию, чтобы устроить вокруг себя одеяло так, как это требовалось лично ей. Вскоре она забылась, истощенная горем, охотой и облегчением, что, может быть, ей не придется покидать собственный дом.

Но это был беспокойный, тревожный сон, принесший ей видения.

Сара стояла в темноте. Она могла различить два тела, неподвижно лежащих в темноте, и полукруг темных фигур вокруг них. Она опознала тела: это были ее родители. Внутри все перевернулось. Рядом с ними стоял парень не на много старше ее, с такими темными волосами, что они были почти синими, и лицом бледным, как луна. И кое-кого другого: высокий, светловолосый мужчина с чем-то в руке... кинжал, серебряный кинжал. Лицо мужчины продолжало изменяться, черты продолжали размываться.

— Посмотри на него, Сара.

Голос женщины. Голос, наполненный ненавистью.

Сара обернулась, чтобы посмотреть, откуда исходил голос, и увидела женщину, ее лицо было полно горя. У нее были поразительные, яростные голубые глаза и высокие скулы, обрамленные волнистыми русыми волосами. Она была красивой — или была бы красивой, если бы не выглядела такой измученной и полной боли.

— Кто вы? — спросила Сара.

— Ты одинока, Сара, — ответила женщина и улыбнулась угрожающей улыбкой, изменившей ее прекрасные черты и заставившей кожу Сары покрыться мурашками. Краем глаза она увидела, что светловолосый мужчина поднял кинжал и направился к ней...

Сара проснулась влажной от пота, она замерзала. Девушка потянулась к лампе и зажгла ее трясущимися руками. Она моментально ахнула и выпрямилась от страха.

Кто-то стоял у ее кровати.

— Все хорошо, Сара. Что бы ты ни видела, это был просто сон, — прошептал силуэт, окутанный полумраком. Он был высоким и светловолосым. Как человек из ее сна.

Гарри.

Сердце Сары пропустило удар. Она глубоко вдохнула, пытаясь сохранять спокойствие.

— Что ты делаешь в моей комнате?

— Услышал, как ты кричала.

— Ты не спал? — ее голос дрожал. Она сглотнула.

— Некоторое время будет некогда спать. Я приглядываю за тобой.

— Я в опасности? — Сара уже знала ответ.

Гарри наклонился к ней и смахнул прядь влажных волос с ее лица. Она поняла, что дрожала, как осиновый лист.

— Сара, хотел бы я успокоить тебя, сказать, что все будет хорошо и что под твоей кроватью не прячутся монстры. Но ты — Миднайт. Я знаю, что ты смелая и сильная, и я должен сказать тебе правду. Ты в ужасной опасности, и никому не можешь доверять.

« Нет, я никому не могу доверять »,— подумала Сара, вспоминая человека из своего сна, который подходил к ней с поднятым ножом.

« Я не могу доверять никому, включая тебя » .

Глава 2

Судьба

Найдя друг друга

Между тысячами возможностей ,

Вечно гадая

Было ли это предначертано .

Шон

Я знал, что рано или поздно они бы добрались до него, и все мои усилия, чтобы защитить его, ушли бы коту под хвост. Его судьба была предрешена. Я узнал это по тому, как он говорил со мной в последний день свой жизни: будто он уже был мертв.

Гарри. Мой брат.

Я был одинок всю свою жизнь. Когда мои родители умерли, я был еще достаточно молод и всегда противился отношениям с другими людьми. Мои бабушка и дедушка приглядывали за мной, потому что считали это своим долгом, но так и не добрались до моего сердца. Друзья и знакомые — всего лишь для компании. Девушки... ну, это другая история, скорее поиски, на самом деле, так и не завершившиеся поиски кого-то, кому я мог бы принадлежать.

А потом я встретил Гарри Миднайта, и он навсегда изменил мою жизнь. Он навсегда изменил меня. Он показал мне, как это — заботиться о ком-то больше, чем о себе, показал мне, что это значит — иметь семью.

Он посвятил меня в секретный мир, скрытый за этим, ужасный, прекрасный, опасный мир, где то, что мы видим уголком глаза, то, чего мы опасаемся в тени, живет и процветает. Где воспоминания о древних хищниках больше, чем просто воспоминания. Они — живые.