Страница 77 из 232
«…2. Упорной обороной укреплений по линии госграницы прочно прикрыть отмобилизование, сосредоточение и развертывание войск округа…
II. Оборону государственной границы организовать, руководствуясь следующими указаниям:
1. В основу обороны положить упорную оборону укрепленных районов в созданных по линии госграницы полевых укреплений с использованием всех сил и возможностей для дальнейшего развития их. Обороне придать характер активных действий…»[278]
Несмотря на то что из этого «шедевра» эпистолярного творчества НКО и ГШ времен Тимошенко — Жукова, откровенно говоря, весьма затруднительно уяснить, что же все-таки следовало оборонять — сами ли укрепления на линии госграницы или, опираясь на них, все-таки саму границу (о том, что и куда развивать, уж и не говорю), — задерживать внимание на деталях не будем, а сразу перейдем к главному.
А им является вот что. Процитированное выше содержание этих директив (они были подписаны Тимошенко и Жуковым, и именно перед ними должны были отчитываться командующие приграничными округами за их исполнение) в части, касающейся организации обороны, означает прямую подмену принципа «активной обороны», на котором и основывался утвержденный план отражения агрессии, на принцип (упорной) «жесткой обороны», тем более на линии государственной границы!
Выходит, явно сам того не желая, Жуков сказал правду — он и Тимошенко почему-то и впрямь готовились сначала к такой войне, которая должна была, по их разумению, начаться с приграничных сражений, и только затем, очевидно, ожидали войны большой.
Но кто бы разъяснил — на каком основании этот дуэт «вдарился» в подобные ожидания?! Кто бы объяснил также, на каком основании произошла подмена принципа обороны? Кто бы объяснил заодно, что должно было означать «обороне придать характер активных действий»?
Например, когда Шапошникову понадобилось, он прямо так и написал в «Соображениях …» от 18 сентября 1940 г., что необходимо активными действиями сковать большую часть сил немцев…»! Четко, ясно и понятно!
А что значит «обороне придать характер активных действий»? Особенно если требуется упорно оборонять УРы (укрепленные районы) на линии госграницы?! Как активничать-то? Перебегать из одного ДОТа (долговременная огневая тачка) на границе в другой?
Нет и не может быть никакого сомнения в том, что даже самый лучший в мире Генштаб никогда не сможет разработать один-единственный план на все случаи. Случаи-то, как известно, бывают всякие, а порой и весьма неожиданные…
Так и с «Соображениями…» от 18 сентября 1940 г. — в определении сути замысла противника и выборе наиболее адекватной системы ответных мер они были актуальны и приемлемо точны максимум до 10 марта 1941 г., т. е. пока не стало точно известно о трех направлениях главного удара вермахта и предназначенных для этого его трех группировках.
С позиции именно этого обстоятельства — да, план подлежал безусловной корректировке, причем особо тщательной в части, касавшейся задач Западного особого военного округа, потому как одна из группировок вермахта сосредоточивалась как раз перед ним.
Причем корректировка явилась бы вполне естественным развитием положений ранее утвержденного плана — ведь Минское, а следовательно, и в целом Белорусское направление и там тоже названо главным, а тут уже реальный факт в виде группировки вермахта непосредственно перед ЗапОВО. При этом следует иметь в виду, что в вопросе определения в качестве главных для вермахта Западного (т. е. Белорусского), а также Северо-Западного направлений, Шапошников был исключительно точен, а потому и прав. Оба направления прямо фигурировали в плане «Барбаросса».
Несмотря на то что, как гласят рассекреченные ныне документы ГРУ, точно были определены все группировки германских войск против каждого из наших западных приграничных округов (причем с указанием армий, корпусов, дивизий и тому подобных данных на глубину до 400 км от линии границы вглубь германской территории[279]), осмысленной корректировки в целях обороны на основе этих данных почему-то не последовало. Тем более не последовало вывода о необходимости усиления обороны на Белорусском направлении.
Напротив, Минское, а следовательно, и в целом Белорусское направление в понимании Генштаба вообще было низведено до уровня второразрядных для вермахта, в то время как оно было самым что ни на есть главным из главных! Более того, это был установленный разведкой факт. Это направление напрашивалась в качестве главного даже исторически, ибо основной маршрут у завоевателей с Запада всегда именно такой. Еще более того. О сосредоточении громадной массы германских войск в Польше, т. е. прежде всего перед ЗапОВО, Жуков знал также и из материалов переписки между Сталиным и Гитлером, с которыми его ознакомил сам Иосиф Виссарионович. Концентрация войск в Польше вызывала наибольшую тревогу у Сталина, потому как он ясно понимал направление главного удара этой группировки вермахта. Тем не менее у знавших об этом Жукова и Тимошенко именно это направление главного удара вермахта из разряда главных почему-то исчезло…
Наконец, непонятно и то, чем не «угодил» дуэту Тимошенко — Жуков избранный Шапошниковым принцип обороны — его взяли да и подменили, хотя уже при самом факте появления третьей группировки значение именно активной обороны резко возрастало!
А резюме из всего этого вот какое: майские 1941 г. номерные директивы НКО и ТШ не только суть свидетельства свершившейся подмены принципа обороны, но и того, что всего за месяц до войны за подписями Тимошенко — Жукова произошло полное и окончательное выхолащивание не просто основополагающего принципа обороны, на котором и базировался утвержденный план отражения агрессии, но и со всех точек зрения единственно приемлемого на тот момент, основополагающего принципа обороны Европейской части России (СССР) при нападении с Запада! При одновременном исчезновении из разряда главных для вермахта Белорусского направления и подмене главного замысла.
Любимец Сталина, мудрый ас нашего Генерального штаба маршал Советского Союза Борис Михайлович Шапошников
…Оборона в действительности может быть:
а) жесткой, в т. ч. и на линии государственной границы; однако, забегая вперед, следует сразу указать, что для обороны России, тем более при нападении с Запада, особенно если оно носит характер тотального нашествия, а характер и масштабы сосредоточения войск вермахта давали все основания для такого вывода — когда концентрируется свыше 100 полностью отмобилизованных дивизий и армады танков с самолетами, то и слепому должно быть ясно, что речь идет именно о тотальном нашествии, — то принцип «жесткой обороны» — самый бессмысленный, самый жестокий, потому как при всей святости задач не оставляет войскам шанса на выживание ради продолжения борьбы с вторгшимся врагом; ведь у регулярной армии главная задача — оборона всей страны, а не только границы (это дело в первую очередь пограничников и погранвойск, а в особо угрожаемые периоды — их, но в координации с частями регулярной армии);
б) маневренной — когда, например, отходят перед противником в целях организации внезапной контратаки (контрудара) во фланги наседающего врага, в результате чего подрубается горловина «котла» и он «захлопывается», после чего следует уничтожение попавшего в «котел»; советские войска «досыта» наелись такой обороной гитлерюг, особенно в 1941 г., а последний крупный случай подобного типа произошел под Харьковом в 1942 г.;
е) гибкой — когда ввиду явной угрозы своим флангам отходят на более выгодную позицию, на рубежах которой организуют более прочного оборону, либо сосредоточивается для контрудара;
278
ЦАМО РФ. Ф. 16. Оп. 2951 Д. 243. Л. 1 — 3.
279
Международная жизнь. 1969. № 9. С. 123 — 124.