Страница 43 из 232
Как видите, все без исключения элементы и компоненты силовых структур государства были заранее оповещены и получили указание о проведении в боевую готовность.
Причем все делалось сугубо в оборонительных целях, что и фиксировала германская разведка на всем протяжении границы — от Финляндии до Румынии.
Кстати говоря, руководители крупнейших партийных организаций также получили предупреждение Сталина о нападении Германии. И получили его тоже 20 июня 1941 г.[216]
Не обошлось, конечно же, и без проявления одной из двух главных бед России при любых режимах — оказалось, что и при социализме чрезмерное усердие изрядно превозмогает рассудок: в Одесском округе 20 июня аж мобплан стали сгоряча выполнять (вышеприведенный пример с авиаэскадрильей связан именно с этим), в ПрибОВО — затемнение и светомаскировку учинили, в КОВО — ринулись было в предполье, круша погранзаграждения…
Естественно, что не дававшая таких распоряжений Москва не замедлила со взбучкой, и, надо сказать это прямо, в высшей степени резонной, потому как при столь глобальном характере грядущего столкновения малейшая неосторожность могла принести к тому, что в «агрессоры» угодил бы Советский Союз.
Прецедент же с предысторией Первой мировой у Сталина был, что называется, перед глазами, — в межвоенный период только с помощью в самом прямом смысле поминутного расследования того, кто, когда, в каких целях и какие меры по мобилизации принял, с большим трудом, но обоснованно удалось опровергнуть все нападки на Россию (кстати, весь этот анализ проделали зарубежные ученые)[217].
Ну и конечно же не обошлось и без прямой дурости: кое-где объявили отпуска офицерам, а в иных местах двинули… в театры — наверное, из персональных лож в бельэтаже лучше было видно, что делают фрицы на границе…
Кстати говоря, печально прославившийся этим совершенно неуместным в столь угрожающее время походом в театр генерал Павлов, впоследствии объявленный «невинной жертвой» сталинизма, не издал ни одного приказа во исполнение директивы Генштаба от 18 июня! Там все делалось устно![218] И после этого он «невинная жертва» сталинизма?! Да в таком случае никак не проконтролировавшие его деятельность, но с удовольствием отдавшие его под суд Жуков и Тимошенко не иначе, как коллегиальный Папа Римский!..
К вечеру же 21 июня, когда окончательно стало ясно, что до нападения остались считанные часы, и уже было известно, что Великобритания и особенно США станут на сторону СССР, в 19.30 — 20.00 было принято решение, разумеется, опять-таки Сталиным, о приведении всех войск западных округов, а также флотов в полную боевую готовность. По некоторым данным, например, того же наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова, который, в свою очередь. ссылался на командовавшего перед воиной Московским военным округом генерала Тюленева И. В. Тимошенко и Жуков были вызваны к Сталину еще раньше, в 17.00 21 июня, т. е. за 11 часов до агрессии и уже получили указание направить в войска директиву о приведении их в полную боевую готовность!
Похоже, что в данном случае Кузнецов прав, хотя обычно его озлобленность на Сталина и Жукова перехлестывает. Дело в том, что тот же Тюленев получил личный приказ Сталина о повышении боевой готовности Московского ПВО в 2 часа дня 21 июня. Сами понимаете, что сначала были предупреждены Тимошенко и Жуков, а уж потом Тюленев. Кстати говоря, пресловутый начальник ГлавПУРа РККА Лев Захарович Мехлис знал о предстоящем нападении Германии еще утром 21 июня — так и заявил тогда «Вот-вот начнется война. Немцы нападут на нас»[219]. А вечером 21 июня к Сталину были вызваны московские руководители А. С. IЦербаков и В. П. Пронин, которым было приказано задержать секретарей райкомов на своих местах и запретить им выезжать за город. Как впоследствии вспоминал В. П. Пронин, Сталин им прямо заявил «Возможно нападение немцев»![220]
Естественно, что первым долгом и в первую очередь Сталин предупредил Тимошенко и Жукова и дал им соответствующие указания о приведении войск в полную боевую готовность.
Здесь вот что особо необходимо отметить. Если исходить из содержания конфиденциального личного дневника Семена Михайловича Буденного, о котором стало известно лишь в 2004 г., то Тимошенко, Жуков и Буденный были вызваны к Сталину в 12.00 21 нюня. Сталин объявил им о нападении Германии 22 июня на рассвете. Затем потребовал от них высказать свое мнение о необходимых мерах и что они планируют сделать.
Оба крутолобых и крутозвездных бодренько гаркнули, что-де они устроят кровавую баню вермахту прямо на границе, а затем, «гремя огнем, сверкая блеском стали» понесутся за бугор наказывать супостатов (запомните это — ох как пригоднтся!).
Сталин категорически с ними не согласился. Кстати, оцените тут же всю фальшь всевозможных мифов о том, что-де Сталнн сам собирался напасть на Германию. Если бы собирался, то по меньшей мере согласился бы со стратегическим бредом крутолобых и крутозвездных. Ан нет, не согласился, категорически не согласился.
Затем высказался С. М. Буденный, предложения которого свелись к следующему:
1. Немедленно привести всю авиацию западных военных округов в полную боевую готовность (пожалуйста, запомните и это тоже — в последующих главах, особенно гл. II раздела III придется в шоковом состоянии ознакомиться с тем, что же в действительности произошло с авиацией).
2. Немедленно приказать командующим этих округов вывести подчиненные им вонска в укрепрайоны и занять их в оборонительных целях. Кроме того, занять танже иные определенные им оборонительные рубежи (и это тоже запомните — ox как потом приходится).
3. Объявить мобилизацию в этих округах.
Вот с мнением Буденного Сталин согласился, хотя и отнес мобилизацию на более поздний срок. Дело в том, что по тогдашним военным понятиям объявление мобилизации, пускай даже и частичной, в отдельных округах означало бы войну — войну, которую формально объявляет СССР! Сталин же категорически не желал давать кому бы то ни было хоть малейшей повод обвинить СССР в каких бы то ни было агрессивных намерениях или действиях. К тому же в тех oкругах было сосредоточено достаточное количество войск, чтобы не объявлять мобилизацию до начала нападения.
Их было вполне достаточно, чтобы под их же прикрытием быстро провести мобилизацию уже после нападения, т. е. как адекватную меру в ответ на агрессию.
Текст Директивы № 1 от 21 июня 1941 с. в точности воспроизвел одобренные Сталиным рекомендации Буденного:
ДИРЕКТИВА №1
ВОЕННЫМ СОВЕТАМ ЗАПАДНЫХ ПРИГРАНИЧНЫХ ОКРУГОВ О ВОЗМОЖНОМ НАПАДЕНИИ НЕМЦЕВ 22 — 23.6.41
И МЕРОПРИЯТИЯХ ПО ПРИВЕДЕНИЮ ВОЙСК В БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ С ОГРАНИЧЕНИЯМИ, МАСКИРОВКЕ ВОЙСК,
ГОТОВНОСТИ ПВО
Военным советам ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО.
Копия: Нородному комиссару Военно-Морского Флота
1) В течение 22 — 23.6.41 г., возможно внезапное нападенние немцев на Фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО, нападение немцев может начаться с провокационных действий.
2) Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения.
Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.
3) Приказываю:
а) В течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе.
216
Досье Гласности, История и Современность. 2003. № 6.
217
См. по данному вопросу: Писарев Ю. А. Тайны Первой мировой войны. Россия и Сербия в 1914 — 1915 гг. М., 1990.
218
ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 355802. Д. 1. Л. 9.
219
Ортенберг Д. Сталин, Щербаков, Мехлис и другие М., 1995. С. 22. Кстати говоря, именно из-за этого Сталин и вернул его в ГлавПУР, хотя еще накануне — 20 июня — Мехлис был гражданским наркомом Госконтроля СССР.
220
Досье Гласности, История и Современность. 2003. № 6.