Страница 178 из 232
Ведь диапазон их трактовок, к глубокому сожалению, убийственно сумасшедший как по своей псевдонаучной «широте», так и, особенно, по своей беспрецедентной интеллектуальной убогости, уходящей своими корнями в конъюнктурно злобный, зоологический антисталинизм.
Между тем даже Черчилль — да-да, даже наш подлый «друг» по антигитлеровской коалиции — и то письменно подтвердил, что Сталин, особенно в отношении Запада, действовал именно по этой формуле!
В своих знаменитых и получивших всемирное признание — в виде Нобелевской премии за 1955 г. — мемуарах «Вторая мировая война» Черчилль указал, что «тот факт, что такое соглашение (т. е. Договор о ненападении от 23 августа 1939 г. — А. М.) оказалось возможным, знаменует всю глубину провала английской и французской политики и дипломатии за несколько лет»![727]
Даже ему, прошедшему изумительную в своей эффективности школу «политического мордобоя» в британском парламенте, некуда было деться от «нокаута» сверхжелезных фактов — ведь такой вывод со всей очевидностью проистекал из негативного по своей результативности опыта Сталина в его попытках налаживания с западными демократиями хотя бы подобия сотрудничества в обеспечении мира и коллективной безопасности в целях обуздания агрессивных амбиций нацистской Германии еще в 30-х гг. ХХ в.
И вовсе не случайно, что в развитие этого тезиса тот же Черчилль и вовсе отвесил всему Западу редчайшую по своей звонкости оплеуху, заявив, что «в истории дипломатии западных держав, увлеченных западной демократией, легко проступает список сплошных преступлений, безумств и несчастий человечества».
Сталин же не желал, тем более от имени СССР, участвовать в этом. Именно поэтому он и действовал по указанной выше формуле — это очень хорошо видно на примерах подлинной подоплеки заключения Договора о ненападении с Германией, Сообщения ТАСС от 13/14 июня 1941 г., а также описанных еще в начале этой главы фактов.
Действовал именно так до тех пер, пока до Запада не дошло, что никакой антисоветский, в т. ч. антироссийский блок во главе с Гитлером, но с Западом за его кулисами, ни при каких обстоятельствах не сможет отвечать его же, Запада, коренным геополитическим интересам и, следовательно, «через не могу» надо поворачивается лицом к Москве! Вот так, например, и сорвалась у Гитлера хаусхоферовская «наживка» в виде идеи о создании «федерации против Советской Евразии», с которой Гесс пожаловал в Лондон.
А пока Запад тугодумно постигал эту элементарную истину в целом, Сталин, используя упомянутую выше формулу как обоюдоострый топор со «сменными топорищами», под корень срубил реальную в преддверии неминуемого столкновения с Германией угрозу трехфронтового нападения на СССР.
Т. е. нейтрализовал и Японию, и Турцию — она так и не посмели выступить с оружием в руках против СССР, хотя всю войну пакостили как уродливые коты, — но в то же время очень тонкими и искусными действиями по этой же формуле заблаговременно склонил на сторону СССР и США, и Великобританию, а вслед за ними и весь остальной мир!..
А на точное знание, в т. ч. и нюансов системы геополитического мышления верхушки Третьего рейха и системы геополитического реагирования Запада на внешнеполитические шаги нацистского руководства Германии, отлично ложилась бесценнейшая информация из самых высших сфер гитлеровской Германии, которая поступала Сталину от выдающихся агентов нашей разведки:
2. Ольга Константиновна Чехова-Книппер — выдающаяся, мирового значение актриса театра и кино в первой половине ХХ в., внесшая беспрецедентный вклад в Великую Победу.
Мы десятилетиями не ведали, что регулярно на стол Сталина ложились спецсообщения, подписанные очаровательным женским псевдонимом «Мерлин» (на самом же деле так звали одного из прорицателей далекого прошлого), а уж о том, что за ним скрывается великая актриса, — и вовсе предположить не могли.
Выдающаяся разведчица-нелегал, действовавшая под псевдонимом «Мерлин», она же Ольга Константиновна Чехова, работала на советскую разведку с 1922 по 1945 г. О масштабах ее разведывательной деятельности, объемах и особенно об уровне и качестве направлявшийся ею в Москву бесценной информации наглядно свидетельствуют следующие факты.
Во-первых, связь между О. К. Чеховой и Москвой поддерживали сразу три радистки в Берлине и его окрестностях. Случай беспрецедентный в мировой разведывательной практике того времени. Например, мощнейшая, использовавшая в качестве источника и подысточников информации свыше 100 иностранцев нелегальная резидентура легендарного Рихарда Зорге обслуживалась всего… одним радистом!
Выдающаяся актриса и разведчица Ольга Константиновна Чехова
Радистки О. К. Чеховой даже и не знали, чью информацию они предают, на говоря уж о том, что о ее содержании — тем более не ведали. Постоянное наличие в распоряжении Чеховой трех независимых друг от друга каналов радиосвязи неудивительно, ибо, во-вторых, первоисточниками стратегически важной информации у нее били сами главари Третьего рейка — Гитлер, Геринг, Гесс, Геббельс, Кейтель, Шпеер и прочие, а также их жены и любовницы, с которыми она поддерживала тесные дружеские связи Например, «дружбу» с той те Евой Браун Ольга Чехова завела но указанию Москвы еще тогда, когда Гитлер только рассматривал ее кандидатуру на роль постоянной любовницы — в начале 30-х гг. прошлого века)[728].
Гитлер же, что называется, души не чаял в Ольге Чеховой и, присвоив ей специально для нее же учрежденное звание Государственной артистки Третьего рейха, приглашал ее на самые престижные мероприятия, во время которых демонстративно оказывал ей знаки высшего внимания (например, неизменно усаживал ее рядам с собой).
Естественно, что Сталин едва ли не повседневно достоверно знал, что делает и что думает Гитлер, а заодно и его окружение.
А в поток этой информация, в в-третьих, органически вплеталась не менее бесценная информация от субагентов лично Ольги Константиновны — старших офицеров вермахта: Альбрехта фон Квирингейма (штаб ОКВ), Вернера фон Хефтена и Эберхарда Финка (штаб ОКХ)[729]. О. К. Чехова завербовала их, когда они были еще лейтенантами. К концу войны все трое были полковниками (первые два были казнены гестапо за участие в заговоре против Гитлера от 20 июля 1944 г. Тогда едва не пострадала сама О. Чехова)[730].
P. S. Читателям очевидно небезынтересно будет узнать, что история разведывательной деятельности О. К. Чеховой-Книппер очень но многом, а в ряде деталей вплоть до чрезвычайности схожа с историей разведывательной деятельности незаслуженно забытого выдающегося аса российской военной разведки начала ХIХ в. — генерал-майора Ивана Осиповича Витта. По прямому указанию Александра I сразу же после заключения известного по истории Тильзитского мира с Наполеоном (8 июля 1807 г.) И. О. Витт «внезапно вышел в отставку», уехал в Париж и поступил волонтером на службу к Наполеону. В Париже над ним шефствовал другой выдающийся ас российской военной разведки и такой же любимец императора Александра I — полковник Александр Чернышев (в то время и И. О. Витт был полковником). В кратчайшие сроки И. О. Витт при негласном содействии А Чернышева занял видное положение в ближайшем окружении Наполеона, а затем принял на связь как минимум двух особо ценных агентов разведки: «Мишеля» — служащего Военного министерства, и «Анну Ивановну», (она же… «красавец Леандр») — под этими странноватыми псевдонимами скрывался сам Шарль Морис Талейран, знаменитый министр иностранных дел Наполеона! Успех разведывательной миссии И. О. Витта был столь велик, что именно его посредничеству Наполеон вверял свою интимную переписку, в т. ч. и с женщинами (например, со знаменитой Марысей Валевской).Более того, доверие французского императора к русскому разведчику было столь необыкновенно высоким, что в 1811 г. И. О. Витт был назначен личным тайным агентом Бонапарта в Варшавском герцогстве, в результате чего он получил доступ к самым важным секретам Франции. Именно И. О. Витт в тесной координации с А И. Чернышевым обеспечил практически абсолютную осведомленность высшего руководства Российской империи и военного командования о стратегических планах французского императора, о его стратегии и тактике (в этом колоссальную роль сыграло доверенное лицо русской военной разведки — уже упоминавшийся выше А. Жомини). Именно Витт сообщил точную дату перехода Наполеоном российской границы что позволило нашему командованию и войскам не быть застигнутыми врасплох.
727
Черчилль У. Вторая мировая война Кн. 1. М.; 1991. С. 179.
728
Любопытно, что проверку кандидатуры Евы Браун Гитлер поручил малоизвестному в те годы Мартину Борману, будущему рейхс-ляйтеру и своему ближайшему помощнику. Но именно в это же самое время с ним на «короткой ноге» контактировал выдающийся советский разведчик-нелегал Борис Михайлович Афанасьев (см. Судоплатов П. А. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930 — 1950 годы. М., 1996. С. 194.). Похоже, что именно так и родилось указание О. К. Чеховой заранее завести «дружбу» с Евой Браун.
729
До известного комичная ситуация, ибо их шеф — Адольф Хойзингер — передавал информацию британской разведке, они же — советской, но при этом последняя с помощью «кембриджской пятерки» документально знала, что известно МИ-6 как от А. Хойзингера, так и по каналу радиоперехвата (операция «Ультра /«Энигма»). То есть во время войны Сталин обладал всей полнотой информации!
730
HBO. 2004. № 25.