Страница 135 из 232
НО-3. В перечень сомнительных и дезинформационных сообщений Рамзая. Голиков.
(Примечание автора: все подчеркивания в тексте телеграммы сделаны рукой начальника ГРУ Ф. Голикова. Документ приводится по книге B. Гаврилова, Е. Горбунова «Операция «Рамзай». M., 2004. с. 364).
Короче говоря, к 22 июня 1941 г. на границе можно было наблюдать уникальный феномен зеркальной дислокации группировок вермахта и PKKA: там, где гитлерюги собирались наносить наиболее сильный удар, т. е. в полосе ПрибОВО и ЗапОВО,— у нас направление вспомогательного удара немедленного встречно-лобового контрнаступления в формате контрблицкрига, к тому же с фактически низведенным до второразрядного статуса Белорусским направлением. Призванные его прикрывать и оборонять силы ЗапОВО по зеркальной схеме были раздроблены — правым крылом этот округ должен был вспомоществовать ПрибОВО в контрблицкриге, а левым крылом — КОВО и тоже в контрблицкриге, причем именно же в немедленном встречно-лобовом по характеру.
Даже в рамках только ЗапОВО наши войска четко попадали под удар вермахта по хордовому направлению, т. к. силы ГА «Центр» были сконцентрированы севернее и южнее Бреста, т. е. эта группировка наступала сразу по двум, фактически главным направлениям в общем направлении на Минск.
А вот там, где у нас должно было быть направление самого главного удара, т. е. на Юго-Западном направлении, у гитлерюг было всего лишь одно из трех главных по плану «Барбаросса» направлений — на Киев.
Войска РККА и здесь тоже четко попадали под угрозу гитлеровского удара по хордовому направлению!
По совокупности этих, совместно являющих собой ядро столь дорого обошедшегося нашей стране «безграмотного сценария вступления в войну» вышеизложенных обстоятельств трагедия 22 июня 1941 г. уже физически не могла не состояться в самых коллапсовых формах.
Но вот ведь в чем вопрос: а была эта исторически беспрецедентная трагедия результатом действительно «безграмотного сценария», так сказать, вследствие только «органической ненависти» Жукова к штабной работе и откровенного игнорирования Тимошенко опыта стратегического творчества командования вермахта? Или же все-таки то был всего лишь «безграмотный сценарий», в тенетах которого прячется нечто иное?
Потому как на фоне и без того более чем странного использования предписаний концепции пограничных сражений Тухачевского, вплоть до оторопи поразительно точное совпадение всей этой истории с флангами и «крыльями» с тем, что «стратег» уже на Лубянке собственноручно изложил в представленном следствию «Плане поражения» СССР в войне с Германией:
«План поражения.
Центр антисоветского военно-троцкистского заговора тщательно изучал материалы и источники, могущие ответить на вопрос: каковы планы Гитлера, имеющие целью обеспечение господства германского фашизма в Европе?
Основной для Германии вопрос — это вопрос о получении колоний. Гитлер прямо заявил, что колонии — источники сырья — Германия будет искать за счет России и государств Малой Антанты. Если подойти к вопросу о возможных замыслах Гитлера в отношении войны против СССР, то вряд ли можно допустить, что Гитлер мог серьезно надеяться на разгром СССР. Максимум, на что Гитлер может надеяться, это на отторжение от СССР отдельных территорий.
Не сочтите за труд еще раз взглянуть на схему плана «Барбаросса», а затем на карту территорий планировавшейся и фактической оккупации. Надеюсь, вам не составило труда сделать точный и обоснованный вывод, что даже перед лицом неминуемого расстрела «стратег» говорил заведомую ложь.
Немцы, безусловно, без труда могут захватить Эстонию, Латвию и Литву и из занятого плацдарма начать свои наступательные действия против Ленинграда, а также Ленинградской и Калининской (западной ее части) областей (а про Москву почему-то забыл?! — А. М.).
Единственное, что дал бы Германии подобный территориальный захват, — это владение всем Юго-Восточным побережьем Балтийского моря и устранение соперничества СССР в военно-морском флоте. Таким образом, с военной точки зрения результат был бы большой, зато с экономической — ничтожный.
Карта фактической оккупации территории СССР
Второе возможное направление германской интервенции при договоренности с поляками (в середине 30-х гг. прошлого века вопрос действительно стоял еще именно так, правда, лишь некоторое время — А. М.) — это Белорусское. Совершенно очевидно, что как овладение Белоруссией, так и Западной областью никакого решения сырьевой проблемы не дает и поэтому для Германии неинтересно. Белорусский театр военных действий только в том случае получает для Германии решающее значение, если Гитлер поставит себе задачу полного разгрома СССР с походом на Москву. Однако я считаю такую задачу совершенно фантастической (??? — А. М.)».
Странный все-таки он был, этот «задумчивый юноша в тужурке цвета хаки» (так его называл: журналист Михаил Кольцов)— Маршал Советского Союза Михаил Николаевич Тухачевский.
Ну как можно было квалифицировать как фантастику никогда не скрывавшееся Гитлером стремление к уничтожению хоть СССР, хоть России, пускай даже и Советской?! Со времен выхода в свет «библии» нацизма — «Майн Кампф» — т. е. с 1925 г., он твердил лишь об этом, а на страницах этого гнусного опуса расписал, почему это надо сделать и почему это должна сделать именно Германия.
Карта планировавшейся оккупации территории СССР
Что, первый заместитель наркома обороны, Маршал Советского Союза М. Н. Тухачевский не знал этого? Даже гипотетически это исключено.
Более того. Как можно было утверждать, что максимум, на что может надеяться Гитлер, — это отторжение от СССР отдельных территорий, когда Гитлер никогда не скрывал, что претендует чуть ли не на всю территорию СССР (России). К примеру, выступая 18 сентября 1936 г. перед войсками вермахта на параде в Нюрнберге в честь съезда НСДАП, Гитлер заявил: «Мы готовы в любой момент напасть на Советский Союз… Если бы у меня были Уральские горы с их неисчислимыми богатствами сырья, Сибирь с ее безграничными лесами и Украина с ее необозримыми пшеничными полями, Германия и национал-социалистическое руководство утопали бы в изобилии»[545].
Ничего себе «отдельные территории» — чуть ли не на всю державу свою нацистскую «варежку раззявил»!
Неужто не понимал «стратег», что нагло лжет? Лжет хотя бы потому, что, например, об этом конкретном высказывании Гитлера он знал не только из газет или закрытых бюллетеней ТАСС, но и от своего ближайшего единомышленника-подельника И. П. Уборевича, который как раз именно в это время находился в Германии на осенних маневрах вермахта в Бад-Киссингене. Кстати говоря, на приглашение на эти маневры Уборевич активно набивался еще в январе 1936 г. в нарушение всех писаных и неписаных правил, и не только светских, а при выезде тогда же за рубеж в Варшаве встретился с помощником германского военного атташе Кинцелем и просил его передать в Берлин о своем желании встретиться с кем-либо из высшего генералитета, в частности, с военным министрам и тамошним главнокомандующим вермахта генерал-фельдмаршалом Бломбергом[546]. Никоим боком ни встреча с Кинцелем — тот был майор, а Уборевич, если по-современному, генерал-полковник, — ни желание встретиться с военным министром страны, в которой уже три года господствовал крайне недружественный СССР режим, не укладывались в рамки военно-дипломатического протокола, не говоря уж о том, что и в компетенцию всего лишь командующего округом — тем более!
Как было установлено следствием в 1937 г. именно тогда, осенью 1936 г., подготовленный Тухачевским, Уборевичем, Якиром и К° план поражения СССР и войне с Германией был передан германским генералам! И вот что особенно «удивительно»: именно после этого гитлерюги и проводили свои крупные командно-штабные стратегические учения на картах, в ходе которых — внимание! — еще даже не имея общей границы с СССР, «лихо захватили» Минск на 5-й день агрессии! Пока еще на картах…
545
Полторак А., Зайцев E. Рурские господа и вашингтонские судьи. М., 1968. С. 66.
546
Ме Murry D. S. Deutschland und die Sowjetunion. 1933 — 1936. Кolhn; Wien, 1979. Р. 320 — 321.