Страница 7 из 68
– Что к пиву будем? – спросила она уже совсем другим тоном. – Чипсы, пиццу, кальмары? Есть иранские фисташки.
Тильвус пошарил по карманам штанов, вытащил мелочь вперемешку с табачными крошками, пересчитал, шевеля губами, и вздохнул.
– Обойдемся без кальмаров, – с досадой проговорил он. – Только пиво.
Тисс усмехнулся, небрежно, двумя пальцами вынул из кармана рубашки хрустнувшую крупную купюру и протянул барменше через голову великого мага.
– Добавьте, что сочтете нужным, – сказал он, обаятельно улыбаясь.
Тильвус хмыкнул и пробормотал что-то. Его слова заглушила внезапно взревевшая музыка, однако эльф расслышал и усмехнулся.
– Давно хотел тебя спросить, – сказал он, когда они уселись за стол и барменша мгновенно поставила перед ними тяжелые стеклянные кружки. – Почему ты живешь именно здесь? В этом мире? В этом городе?
– А почему бы нет? – Тильвус шумно отхлебнул холодное пиво и прикрыл глаза от удовольствия. – О, свеженькое, неразбавленное… Да где я только не жил… А почему здесь? – Он пожал плечами. – Мне тут нравится.
– Помню, ты как-то говорил, что не любишь перемен. А здесь, мне кажется, жизнь меняется довольно быстро?
Тильвус огорченно кивнул.
– Не люблю перемен, это уж точно… а что жизнь быстро меняется, так это не только здесь происходит, разве не видишь? Ты же не можешь не замечать перемен только потому, что ты не человек?
– Ты тоже не человек, – заметил эльф, обдирая сухую соленую рыбу.
– Да. Но чувствую себя почему-то человеком… почти. А, что говорить! Здесь другое время, другой мир! Мы тут, понятное дело, не нужны вовсе, ни мы, ни наша магия. Здесь о ней и понятия не имеют! И что, думаешь, им от этого хуже? Как бы не так!
Тильвус вытер губы ладонью и придвинул тарелку с ломтями горячей пиццы.
– Погляди кругом. – Он незаметно указал глазами в сторону остальных посетителей бара. – Они замечательно обходятся без нашей помощи, просто замечательно! И знаешь, что я думаю? Когда-нибудь у нас будет то же самое!
– Ну и хорошо.
– Может, и хорошо. Да только мы будем людям совершенно не нужны. Как родители – детям. Пока они еще маленькие, учатся ходить и все такое, родители им необходимы. А потом дети вырастают и начинают жить своей жизнью – и все! Они, конечно, родителей любят… по-своему… но мы уже того… отработанный материал.
Тильвус запихал в рот кусок пиццы и запил пивом.
– И вспоминают родителей два раза в год: на день рождения да на Рождество, ясно?
– Что такое Рождество? – поинтересовался, жуя, эльф.
– Праздник такой. Елку наряжают, подарки дарят, гости, угощение…
– Веселый?
– Обхохочешься, – мрачно сказал великий маг. – Мне как-то на Рождество петардой в лоб запустили. Пошутили, называется!
Тисс фыркнул в кружку с пивом. Тильвус сердито покосился на него и несколько минут молча, сосредоточенно жевал.
– Но вообще-то… – проговорил он, – мне здесь хорошо. И жизнь такая мне очень даже нравится. Серьезно! В кои-то веки я свободен! Свободен от всего! Я будто тыщу лет с плеч сбросил, веришь?
Тисс поднял брови.
– Вот как?
– Да! Главное – свобода! – Тильвус оттолкнул пустую тарелку. – Не отвечать ни что и ни за кого – это и есть самая настоящая свобода. Замечательно! Спокойно!
– Интересная философия, – вежливо заметил эльф, перебирая фисташки длинными пальцами с ухоженными ногтями.
– Да уж! – Маг яростно покосился на маникюр приятеля и цапнул кусок пиццы с его тарелки. – Сколько уже можно спасать мир! – проговорил он не очень разборчиво, впиваясь зубами в пиццу. – Надо и отдохнуть. Пусть побегают без меня, попробуют!
Он потянулся к кружке, одним глотком допил остатки пива и, прищурив глаза, уставился на своего собеседника.
– Ведь там обо мне и не вспоминают, а? Ну, давай честно скажи, без всяких этих эльфийских штучек, без уверток! Не вспоминают ведь, а?
– Ты отсутствуешь довольно долго, – дипломатично ответил Тисс, разглядывая дно своей кружки. – Конечно, люди тебя… э… немного подзабыли. Но сохранились легенды, сказки… даже песни… о тебе, о твоих… гм… деяниях.
Тильвус презрительно фыркнул.
– О деяниях? О каких еще деяниях?! Скажи просто – забыли!
Он сердито засопел и уставился в окно. По мостовой сплошным потоком бесшумно летели машины с зажженными фарами.
– Наверное, уже и не верят, что я вообще существовал, – пробормотал великий маг.
В бар ввалилась большая компания из университета, расположенного неподалеку. Молодежь галдела у стойки, выбирая закуски к пиву. Девушки в коротких юбочках рискованно перегибались через барную стойку, рассматривая банки с пивом. Тильвус покосился на студенток и вздохнул.
– На девушек заглядываешься? – спросил эльф, от которого не укрылись заинтересованные взгляды приятеля.
– И что с того?! – вызывающим тоном ответил великий маг и поерзал на скамье. – Не заглядываюсь, а так просто! Ну и что?
– А то! Вспомни, сколько тебе лет.
Тильвус снова недовольно засопел.
– А тебе?!
– Ну, я все же моложе тебя!
– Ненамного! – сердито отрезал Тильвус и демонстративно отвернулся к окну.
Они немного помолчали.
– Послушай, – Тисс отхлебнул пиво, незаметно наблюдая за приятелем, – если хочешь, чтобы о тебе вспомнили, самое время вернуться.
– Я так и знал! – Тильвус пристукнул тяжелой кружкой о стол. – Началась какая-то история, а? Заварушка? Поэтому и вспомнили обо мне. Только сейчас?!
– Не хотелось надоедать тебе лишний раз, – пожал плечами эльф. – Когда после Войны Магов ты решил исчезнуть, то сказал, помнится, что видеть больше никого не желаешь. Да еще и предупредил, что всякого, кто рискнет тебя отыскать, превратишь в летучую мышь.
– Вот именно, – многозначительно процедил Тильвус.
– Ну, сам понимаешь… желающих провести остаток жизни в таком малосимпатичном облике было немного.
Тильвус щелкнул кнопкой выключателя, над столом вспыхнула неяркая лампа под желтым абажуром.
– Ладно, бросай свою эльфийскую дипломатию, разговоры о том о сем, – недовольно пробормотал великий маг. – Переходи к делу, рассказывай, что тебе от меня нужно. Можешь хоть раз в жизни сказать прямо?!
– Хотел просто поговорить с тобой, – глядя на приятеля честными глазами, проговорил Тисс. – Неужели для того, чтобы навестить старого друга, нужен какой-то предлог?
– Вот как? – пробурчал Тильвус, пытаясь разорвать скользкий пакет с кальмарами. – Отлично… Поговорить, значит? А выпорхнуть отсюда в облике летучей мыши ты не хочешь?
– Брось свои дешевые трюки, – хладнокровно сказал эльф. – Ими можно удивить разве что простолюдинов на ярмарке. Магией в этом мире ты воспользоваться не можешь, так что сказками о превращении в мышей, нетопырей и прочую дрянь будешь пугать кого-нибудь другого.
Великий маг сердито засопел.
– А ты не испытывай мое терпение. Лучше заводи-ка разговор о спасении мира. А впрочем, можешь даже не начинать. – Тильвус откинулся на спинку скамьи. – Я их слышал много раз, знаешь ли. Не понимаю, почему должен снова выслушивать… Не желаю возвращаться обратно – и точка!
Он допил пиво, помахал рукой барменше, чтобы принесла еще, и покосился на приятеля. Тот с подчеркнутым вниманием разглядывал старинные фотографии на стенах, изображающие город, каким он был лет сто назад.
Барменша поставила на стол две полные кружки, принесла чистую пепельницу, заинтересованно поглядывая на Тисса. Тот благосклонно кивнул. Тильвус, заметив это, презрительно хмыкнул.
– Тщеславное существо! Не можешь удержаться от того, чтобы не пленить любую особу женского пола, попавшую в поле зрения?
– Да кто их пленяет, – пробормотал Тисс. – Они сами пленяются. С большой охотой, между прочим.
– Оно и видно, – буркнул недовольно маг, не глядя на Тисса. – Лучше за пиво заплати.
Тисс расплатился, подождал, пока девушка отойдет, и задумчиво поглядел в кружку.
– Ну, я все-таки скажу о спасении мира, – осторожно начал он.