Страница 30 из 60
— Сплюнь.
Даниэль передернул в темноте плечами и резко ускорил шаг, стремясь уйти от шуршания как можно дальше. Похоже, лорд Фармер крыс тоже побаивался, хотя и не признавался в этом. Кейтлин держала за его руку и следовала немного сзади, стараясь не отставать.
Звуки, доносящиеся со всех сторон, не прекращались. Сначала они слышались из углов, потом стали подбираться все ближе и ближе. В какой-то момент Кейтлин поняла, что это не шорох, издаваемый множеством крысиных лап. Это хлопанье перепончатых крыльев. Сейчас оно слышалось прямо над головой.
— Даниэль! — пискнула девушка. — Мне кажется, если это и крысы, то летучие!
— Ты почти угадала, — отозвался молодой человек. — Не крысы — мыши. Бежим! Обычно они не опасны, но, в отличие от нас, прекрасно ориентируются в темноте, и некоторые виды питаются кровью. Если нападут скопом, отбиться будет сложно.
Первую мерзкую ушастую мордочку у себя перед лицом Кейтлин увидела буквально через мгновение и с визгом отскочила в сторону, высвободившись из ладони Даниэля и замахав руками, чтобы отогнать наглую тварь. Мышь противно заорала, метнулась вверх и вправо, не рассчитала и, сбитая нечаянным ударом, запуталась у девушки в волосах.
— Вытащи ее оттуда! — завопила Кейтлин, чувствуя, как копошатся в волосах маленькие когтистые лапки.
— Кейтлин, это не самая большая наша проблема! — крикнул Даниэль и, снова схватив девушку за руку, потащил по коридору.
Хлопанье крыльев теперь раздавалось отовсюду, а дорогу впереди невозможно было разглядеть из-за черных копошащихся тварей. Они так и норовили залезть за шиворот, провести когтистыми лапками по лицу или шее. Сначала Кейтлин периодически взвизгивала от столкновения с летучими мышами, но потом перестала. Их оказалось слишком много, приходилось пробираться сквозь шевелящийся, живой коридор. Перед глазами мелькали перепончатые крылья, маленькие лапы тянули за волосы, а под ногами кишела теплая полумертвая масса — кто-то из мышей падал сам, кого-то сбивали Даниэль и Кейтлин, но, даже оказавшись на камнях, твари не сдавались, а ползли, цеплялись за подол и чулки и пытались прокусить плотную ткань.
Их укусы походили на иголочные уколы — болезненные, заставляющие морщиться от боли и переходить на бег. Платье было изодрано в клочья, а лицо и руки горели от многочисленных укусов. Кейтлин с трудом глотала воздух, пропитанный густой, удушливой вонью: сотни летучих мышей не только кусали, но и гадили. Мельтешение оскаленных морд перед лицом напоминало сумасшедшую пляску смерти, голова закружилась, то ли от потери крови, то ли от отвратительного запаха, и девушка почувствовала, что падает в обморок, первый настоящий обморок в своей жизни. Из накатившего черного небытия ее грубо вырвали в не менее ужасную реальность.
— Кейтлин! — приподняв девушку над полом, орал Даниэль. — Нашла время для показательных обмороков! Бежим!
Кейтлин всхлипнула, хотела возмутиться, но на это не было ни сил, ни времени, и она, спотыкаясь и отмахиваясь от нападавших кровососов, бросилась за тащившим ее молодым человеком.
— Мы уже почти в зале!
Даниэль поддерживал спутницу и старался закрыть ее от маленьких кровососов своим телом. Кейтлин вжимала голову в плечи и старалась держаться как можно ближе к лорду Фармеру.
— Это ничего не значит, — просипела она. — Кто знает, вдруг мы ошиблись и нужного артефакта там нет?
— Вот и проверим!
Молодой человек, сделав последний рывок, ввалился в наполненный летучими мышами зал. Тот, как и боялась Кейтлин, оказался пуст.
— Ну и где нам тут искать? — всхлипнула она.
— В центре, — бросил через плечо Даниэль и вышел на середину зала.
Черные, хлопающие крыльями твари тут же облепили его с ног до головы, заставляя бежать.
— Иди сюда! — крикнул лорд Фармер, и Кейтлин осторожно, шаг за шагом двинулась вперед.
Центр зала и правда был особенным. Даже мышей оказалось на порядок больше, чем в покинутом коридоре.
— Мы не избавимся от них! — вскрикнула она и прикрыла голову руками.
— Нам нужно просто понять, что здесь.
— Точнее, нам нужно понять, где это — «здесь»? — уточнила девушка и ответила сама себе: — Если только на полу.
Кейтлин, не уставая отшвыривать от лица мышей, упала на колени и начала методично ощупывать пол…
— Посвети, — раздраженно бросила она. — Я не в состоянии ничего разглядеть в темноте.
— Тут какой-то рисунок, — пробормотал молодой человек, склонившись над Кейтлин и повесив светящийся клубок вместо ночника.
— Круг?
— Нечто похожее на сердцевину цветка или солнце…
— Точно, солнце! Я вижу расходящиеся в стороны лучи!
— Я больше не могу, — нервно огрызнулся Даниэль, стаскивая с плеча очередную впившуюся зубами тварь. — Джон, я тебя не прощу, если ты спрятал артефакт в другом месте. Пусть он будет здесь, нельзя же вечно водить нас за нос!
— Тут какая-то выемка. — Кейтлин медленно обследовала вырезанный на полу круглый диск. — Похоже, это крышка.
Девушка попыталась подцепить ее ногтями, но потерпела неудачу.
— Подожди, — остановил ее Даниэль. — Давай попробуем вот так.
Он повернул диск сначала в одну сторону, потом в другую и радостно присвистнул, когда раздался звук сработавшего механизма. Крышка небольшого люка со звоном отскочила в сторону, выпустив облако блестящей мелкой пыли. Та мигом распространилась по всей комнате. Осела на потолке и стенах, с которых, будто разбавленная водой краска, стала стекать иллюзия, обнажая совсем другой интерьер. Зал на поверку оказался обычным винным погребом с кирпичными стенами, бочками и бутылками коллекционных вин, вложенными каждая в свою ячейку. Мыши бесследно исчезли, так же как и струящаяся из многочисленных ранок кровь и покрывавший с головы до ног мышиный помет.
— У нас получилось? — неверяще прошептала девушка, сидя на полу. Сил для того, чтобы подняться, не осталось.
— Мне кажется, да. — Даниэль сам не был уверен.
— А зачем прятать винный погреб?
— Джон был гурманом, любил хорошие вина не меньше артефактов. Пойдем, нам туда. — Молодой человек указал на дверь в противоположной стене.
— Схрон там?
— Там, но идти до него еще порядочно. Как я и предполагал, нас забросило в другую часть подвала.
— То есть иллюзия — это еще не все? — Слезы навернулись на глаза, и Кейтлин размазала их тыльной стороной ладони.
— Нет. Сначала я подумал, что Джон накрыл иллюзией само хранилище, но потом понял, что это абсурд. Там слишком много ценного — неразумно и непрактично оставлять нас среди дорогих артефактов, пусть и замаскированных. Значит, заклинание, сработав, отправило нас на специально созданное поле для игр.
— Надеюсь, нас не ждут еще сюрпризы, — простонала Кейтлин и с трудом поднялась.
— Иди сюда. — Даниэль потянул девушку за руку и прижал к себе, обнимая. Он положил подбородок ей на макушку и тихо сказал: — С Джоном ни в чем нельзя быть уверенным, но будем надеяться, что все самое неприятное позади.
Кейтлин все равно заплакала, украдкой вытерла слезы о его плечо и, собравшись с духом, кивнула:
— Пойдем! — Она немного отстранилась и поймала внимательный взгляд блеснувших в темноте глаз.
Под этим изучающим нежным взглядом стало не по себе. По спине пробежал холодок. Обнимающие руки показались слишком сильными, а само объятие чересчур тесным. Внезапно оно из просто дружеского превратилось для девушки в нечто большее, и она отпрянула. Возможно, чуть резче, чем следовало, так как на лице Даниэля появилась понимающая улыбка, но он не стал комментировать ситуацию. Этого бы Кейтлин не пережила.
Последние несколько ярдов Даниэль тащил на себе обессилевшую спутницу. Увидев, что за очередным поворотом — длинные, тянущиеся вдоль стен стеллажи с книгами, а не полутемный коридор с серыми стенами, девушка присела на пол и, закрыв лицо руками, беззвучно заплакала. Она уже не верила, что блуждание по лабиринту, придуманному Джоном Маккензи, когда-нибудь закончится.