Страница 19 из 60
— Он посмел тебя обидеть? — возмутилась Кейтлин, готовясь выйти на тропу войны.
Лиз бывала настырна, настойчива, иногда утомляла, но девушка никогда и никому не позволяла даже повышать на нее голос. Отец, иногда отличавшийся несдержанностью, мог браниться на своих людей так, что содрогался дом, но Лиз не трогал, чтобы не навлечь на себя гнев Кейтлин.
— Да нет, не обижал. Какое там! Он и головы в мою сторону не повернул — так зыркнул исподлобья, у меня аж сердце в пятки ушло.
— Час от часу не легче! — вздохнула Кейтлин и, смирившись с неизбежным, отправилась знакомиться со своим родственником.
Дышалось плохо, все же с корсетом Лиз перестаралась, зато отражающаяся в зеркалах девушка имела безупречную осанку и невероятно тонкую талию. Только вот серый цвет Кейтлин не шел: ее яркая внешность терялась, а лицо казалось землистым. «К приходу Гарри переоденусь, — решила Кейтлин, остановившись перед высоким зеркалом на лестничной клетке между первым и вторым этажами и рассмотрев себя внимательнее. — Да и губы, пожалуй, стоит немного подкрасить», — заключила она.
Заливистый женский смех, колокольчиком разливающийся по унылым коридорам замка, девушка услышала издалека и сразу же напряглась. Насколько она знала, лорд Фармер женат не был, а если бы вздумал привезти с собой какую-то непорядочную женщину, Лиз бы об этом упомянула в первую очередь и ни за что бы не выпустила Кейтлин из комнаты, даже если бы ради этого пришлось забаррикадировать дверь.
Девушка терялась в догадках. Пока она шла по коридору в сторону гостиной, в голову пришли сотни версий. Но ни в одной из них не фигурировала Меган. Кейтлин даже представить себе не могла, что ее компаньонка умеет смеяться, да еще так заразительно.
В зеленой гостиной лежал песочного цвета ковер, висели изумрудные шторы и изумительной красоты люстра под сотню свечей — ею не пользовались, помещение вечером освещали газовые лампы, но она была настолько уместна в интерьере, что ни у кого не поднималась рука ее снять. Кейтлин не очень любила эту комнату: она казалась слишком просторной и старомодной. Хорош был только камин, большой и богато украшенный, но Кейтлин вообще питала к ним слабость.
Меган сидела на полу возле камина, положив хорошенькую голову на колено высокого мужчины, развалившегося в кресле. В широко распахнутых голубых глазах застыло обожание. Даниэль Фармер, в отличие от Гарри, не был красив в традиционном понимании этого слова. Вряд ли кто из известных живописцев захотел бы с него писать портрет Диониса или другого греческого божества, но в нем чувствовалась та неуловимая притягательность, из-за которой теряют голову многие женщины. Слишком грубые черты и некая асимметрия лица, пожалуй, только добавляли ему привлекательности.
Восточный, расшитый райскими птицами архалук распахнулся на груди, обнажая сильную шею и загорелую кожу. Поза мужчины была расслабленной, небрежной, а смуглые длинные пальцы лениво перебирали пепельные пряди волос на голове Меган. Едва заметное ласкающее движение — в нем не было ничего постыдного или пошлого, но Кейтлин поспешила отвернуться. Ей казалось, что она подглядывает в замочную скважину за чем-то очень личным. Правда, здесь смущение испытывала, пожалуй, она одна.
— Мисс Кейтлин, полагаю! — Низкий хриплый голос заставил замереть на пороге.
Кейтлин медленно перевела взгляд с пепельной головки Меган на лицо лорда Фармера: резкая линия скул, подчеркнутая трехдневной щетиной, прямой нос и тонкая полоска четко очерченных, неулыбчивых губ. Одна бровь чуть выше другой, из-за этого создается впечатление, что лорд Фармер вечно насмехается над миром. Этот мужчина пугал. От него хотелось бежать как можно дальше. Кейтлин не понимала, как Меган может сидеть так близко к нему и почему у нее на лице такое умиротворение.
— Лорд Фармер? — холодно отозвалась девушка и медленно подошла ближе.
Меган, увидав ее, подскочила с пола и перепорхнула на соседнее кресло. Легко и непринужденно. На лице девушки даже не мелькнуло тени стыда или смущения, а Кейтлин поняла, насколько же плохо знает свою компаньонку.
— Рада знакомству.
— Чего не могу сказать о себе, — пожал плечами грубиян и, махнув рукой в сторону низкого дивана, скомандовал: — Присаживайтесь, нам есть о чем поговорить.
— Считаете? — недовольно осведомилась девушка и не двинулась с места.
— Непременно, тем более, как я понимаю, мы с вами сейчас соседи. А чтобы жить под одной крышей, стоит узнать друг друга чуть лучше. И даже не думайте, у вас не получится меня выгнать. Отец разрешил здесь жить.
— Отчим, — поправила девушка.
— Не волнуйтесь, я в курсе нашего родства, но буду называть его так, как привык. — В низком голосе появились стальные, звенящие нотки, и Кейтлин поняла, что коснулась наболевшей темы. — Итак, барон Маккензи отличился и после смерти, — как ни в чем не бывало продолжил Даниэль. — Мы с ним повздорили, когда встречались в последний раз. Я отказался выполнять одну его, поверьте, не очень приятную просьбу, и он отомстил мне, переписав завещание и оставив мне в нагрузку к наследству еще и вас. Как это в его духе!
— Простите, — оскорбилась Кейтлин, — но я не ваше наследство!
— Формально — нет. Но вы живете в моем доме и будете мешаться у меня под ногами. Это раздражает.
— Я живу в своем доме. — Девушке как-то резко перехотелось отдавать дом Даниэлю, все же Гарри был прав.
— Конечно, но так как почти все вещи, находящиеся в доме, мои и по завещанию я имею право находиться здесь сколько пожелаю, все именно так, как я сказал. Джон всегда оставлял за собой последнее слово.
— То есть он переписал на меня дом исключительно из мести? — усмехнулась Кейтлин, не зная, как относиться к подобному обстоятельству. Она надеялась, что дядя руководствовался какими-то иными мотивами, хотя они ведь даже не были знакомы.
— Конечно, а какие еще могут быть причины? Мы любили друг друга, хотя и не были родней. Смерть Мари, моей матери, нас очень сблизила. Мы были похожи и, наверное, поэтому часто ругались. Никогда бы не подумал, что расстанемся навсегда мы тоже будучи в ссоре. — Между темными, вразлет, бровями пролегла складка, сделав Даниэля старше. — Кто расследует его смерть? Вы ведь должны это знать? Они вообще кого-нибудь прислали?
— Да, конечно. — Девушка поразилась внезапной смене темы и горячности собеседника. — Следователем назначен Гарри Дэвис, он должен прийти в ближайшее время.
— Зачем? Разве место преступления еще не осмотрели? Мэлори сказал, что Джона нашли в кабинете.
— Мистер Дэвис изучает записи у дяди в кабинете. Нам кажется, что причиной убийства могла стать одна из хранящихся в доме вещей.
— Может быть и так, но вообще это бессмысленно.
— Почему же?
— Найти без помощи Джона в этом доме что-либо практически нереально. Я бы понял грабителя, который убивает ради наживы и хватает все, что плохо лежит, но Мэлори сказал, что ничего не пропало, значит, искали конкретную вещь, а вот это сложнее. Никто, кроме самого Джона, не в состоянии найти что-либо в его коллекции. В этом доме сотни тайников, которые были известны только ему.
— Быть может, нападающий этого не знал?
— Или причина убийства другая.
— Или… — Кейтлин задумалась, закусив от усердия губу, — убийца не рассчитывал на мой приезд.
— А при чем здесь вы?
— Ну смотрите же! — оживилась девушка, забыв про то, как ее раздражает собеседник. — Если бы мы с Лиз не приехали, дом остался бы без присмотра до вашего возвращения, а значит, убийца получил бы возможность обыскать тут все не спеша.
— Ерунда. — Даниэль отставил в сторону бокал с коньяком и наклонился к Кейтлин. Она даже успела заметить, какие у собеседника длинные и черные ресницы. — Мэлори никого бы не подпустил к дому близко.
— Мэлори — пожилой человек, — горячо возразила девушка. — А преступники уже убили двоих. Мне кажется, дворецкий стал бы следующей жертвой. Ума не приложу: почему он остался жив? Нет, это, конечно, замечательно, — поспешила исправиться девушка. — Просто странно…