Страница 41 из 50
— Да так, знаешь, утренняя пробежка.
Я изобразила бег на месте и сразу остановилась, поняв, что выгляжу как кандидат в психушку.
— Ясно, — протянул он, подтвердив мои опасения. — А я как раз собирался прогуляться. Пойдешь со мной?
От угрызений совести не умирают, правда? Даже если они режут хуже ножа?
— Вообще-то, я уже выдохлась. Можно ведь и потом встретиться?
— Конечно, — согласился Кэл.
Глядя ему вслед, я твердила себе, что терзаться глупо. Вряд ли он будет сильно страдать, когда я объявлю о разрыве помолвки. Может, разозлится, но тосковать не будет. Нет у него ко мне сердечных чувств, иначе давно бы уже их как-нибудь проявил.
Пока я поднималась к себе, все было тихо. Я включила свет и приготовилась вздохнуть с облегчением.
Вздох застрял у меня в горле, как только я увидела, кто стоит посреди комнаты.
Элоди.
То есть, разумеется, ее призрак. Намного прозрачнее, чем в «Гекате», почти невидимый, но это совершенно точно была Элоди. Она парила в нескольких дюймах над полом, рыжие волосы развевались.
От потрясения я не сразу осознала, что она пытается заговорить.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я хриплым шепотом.
Никогда не слышала о том, чтобы призрак покинул Геката-Холл. Насколько я знаю, это невозможно.
Не могу точно сказать, но, кажется, она скорчила мне рожу. Меня вдруг поразила жуткая мысль.
— Это из-за Арчера? Пожалуйста, только не говори, что ты обиделась… Ты ведь мертвая!
Она подплыла ближе, совсем вплотную. Я было подумала, что она сейчас плюнет в меня эктоплазмой, а потом разглядела, что она опять что-то говорит. Я не мастерица читать по губам, но Элоди была так близко и произносила слова так медленно, что я смогла разобрать.
«Я тебя предупреждала, — выговорили бледные губы, — что буду являться тебе после смерти, в покое не оставлю!»
Я в ужасе смотрела на нее. Элоди злорадно улыбалась. А потом раз — и исчезла. Только сквознячком потянуло, как будто в комнате открыли окно.
— Этого еще не хватало! — сказала я в пустоту. — Нет, серьезно, сыта по горло!
Ответа не было.
Я рассчитывала как следует отоспаться, а вместо этого почти весь день просидела в библиотеке — штудировала труды о демонах и привидениях. Такие книги не назовешь легким чтением, и ничего полезного в них я тоже не нашла. О призраках везде говорилось одно и то же: духи привязаны к месту своей смерти, а не к людям. Что касается «Демонологии», я постепенно пришла к мысли, что ею лучше всего подпирать дверь. Ничто в ней не проливало свет на загадку Ника и Дейзи.
Я надумала спросить их за обедом — потихоньку, чтобы никто не слышал, — не осталось ли у них каких-нибудь необычных воспоминаний, которые можно было бы связать с увиденным в «Гекате», но в тот день подростки-демоны в столовой не появились. И на следующее утро я нигде не могла их найти, а это уже было странно. Одно дело — пропустить обед, а уж к завтраку Ник и Дейзи всегда выходили. Правда, никто, кроме меня, о них не тревожился.
— Ты же их знаешь, — сказала Дженна. — Небось, обнимаются где-нибудь в уголке.
И все-таки, когда они второй раз пропустили обед, я забеспокоилась всерьез. Почти до десяти вечера продежурила в коридоре возле их комнат — Ник и Дейзи так и не появились. Там, в коридоре, меня и нашел Родерик с известием, что папа вернулся.
— Быстро как, — сказала я, входя за Родериком в кабинет.
Нужно было рассказать папе о том, что я обнаружила в «Гекате», а я до сих пор не придумала убедительного объяснения, откуда у меня такая информация. Надеялась, что есть еще несколько дней на раздумья.
Когда я входила под мраморную арку, ведущую в штаб-квартиру Совета, коленки у меня дрожали и во рту пересохло.
Больше всего мне хотелось плюхнуться в папино кожаное кресло и выложить все. Впервые в жизни я поняла, почему солдатам после опасного задания полагается немедленно отчитаться о выполнении. Освободиться бы как можно скорее от всей этой истории, рассказать и стереть ее из памяти. Я вспомнила вурдалака со сборным лицом и вдруг испугалась, что меня сейчас вырвет прямо на ковер.
Но папа оказался в кабинете не один. С ним была Лара, и хотя они говорили тихо, магия вокруг так и потрескивала. У меня даже голова закружилась. Они так увлеклись спором, что на меня не обратили внимания. Вот и хорошо — можно пока присмотреться к Ларе. Конечно, по лицу все равно не поймешь, насколько она замешана; вряд ли существует специальное выражение, означающее: «Ну да, мы с сестрой создаем демонов в Геката-Холле». И все-таки вдруг увижу хоть какой-нибудь намек на то, что она знает — их тайное место раскрыто.
Ничего. Лара умела прятать свои чувства не хуже самой миссис Каснофф. Наверное, это у них семейное.
— Вот, значит, как, — сказала она, скрестив руки на груди. — Ты ничего не намерен делать.
— Что я могу сделать? — возразил папа обманчиво спокойным тоном. — Если вы с Анастасией отказываетесь мне рассказать, что именно произошло на острове Греймалкин.
Вот тебе и ответ. Я знала, что Лара и миссис Каснофф как-то связаны с событиями в «Гекате», но внезапно получить прямое подтверждение — это сбивало с ног. Как? Ну как могли эти дамы, папины ближайшие соратницы, втайне от него затеять такую гадость?
— Школа — наша территория, — отрезала Лара. — Все, что там происходит, касается только нас.
— Однако помощи вы просите у меня.
Лара вдруг рванулась вперед и с размаху хлопнула по столу ладонью.
— Кто-то проник в запретную часть острова. Охранная система повреждена.
У меня перед глазами возникла картинка: Арчер пластает мечом вурдалака. Да уж, можно сказать, что система повреждена.
Вдруг Лара сменила тактику.
— Ты дал слово! Ты обещал отцу, что сделаешь все возможное для защиты наших с Анастасией интересов в том, что касается «Гекаты».
Даже я могла бы ей сказать, что это неудачный ход. Папа только разозлился.
— Не впутывай его в эту историю!
Тут папа наконец-то заметил меня. Перехватив его взгляд, Лара обернулась и немедленно приняла приветливый вид, заулыбалась даже. Правда, глаза остались холодными и блестящими, как папин лакированный стол.
— Софи, ты здесь! Тебя в последнее время совсем не видно. Где ты пропадала?
— Да так, поблизости, — промямлила я, заикаясь и внутренне сжимаясь в комок. Потрясающее алиби, ничего не скажешь. — Папа мне велел целую кучу всего прочесть. Я вам не помешала?
Лара замахала рукой.
— Что ты! Мы обсуждали скучные рабочие вопросы. Тебя все это никак не касается. — Она оглянулась на папу. — Закончим разговор в другой раз. А пока вам, наверное, нужно поболтать, так что я вас оставляю.
Выходя из кабинета, Лара привычным жестом погладила меня по голове. Я еле удержалась, чтобы не шарахнуться от ее прикосновения.
Дверь за Ларой захлопнулась, и я перевела дух.
Папа указал мне на кресло. Когда я села, он произнес:
— Боюсь, поездка была не настолько удачной, как я надеялся. Эйлин Брэнник по-прежнему…
— В Геката-Холле призывают демонов, — перебила я скороговоркой. — Я там была, переместилась через итинерис и сама все видела. А еще там за восемнадцать лет пропало шесть учеников, и в том числе Анна и Честон, девчонки, на которых в прошлом году напала Алиса.
Хорошо-то как! Сняла тяжесть с души и даже не успела испугаться из-за того, что в моем рассказе заметны явные пробелы.
Папа уставился на меня, как будто я вдруг заговорила по-гречески. Хотя нет — папа наверняка знает греческий. Лучше — как будто я заговорила по-марсиански. В общем, вид у него был испуганный и растерянный.
— Что?
Я взяла себя в руки и изложила все по порядку. Конечно, об участии Арчера ни словом не обмолвилась. Якобы я вспомнила, как что-то в школе показалось мне странным, и решила проверить. Зато я подробно описала яму, камень и вурдалаков.
Когда я закончила, папа словно постарел. Я никогда еще не видела его таким грустным.
— Бессмыслица какая-то…