Страница 42 из 78
Он будет ей обязан. Мерси понимала, что долг не может превратиться в любовь.
— Мерси, подожди.
Крофт догнал ее и, схватив за руку, заставил остановиться.
Она взглянула на него.
— Что еще, Крофт?
— Я был не прав, — сказал он немного хрипло, сжимая ее лицо своими ладонями. — У нас довольно места. Черт побери, у нас есть все горное плато. Это же целый мир.
— А время? — прошептала она.
— Мы создадим время.
Мир для Мерси ожил, краски вернулись, когда Крофт опустил ее на траву. Она обвила руками его шею и подумала о том, как страстно он, должно быть, хотел ее, раз изменил свое решение и занялся с ней любовью. Она улыбнулась.
Крофт увидел улыбку и застонал.
— Ты, должно быть, действительно ведьма. — Он прижал ее к себе, торопливо стягивая ее футболку. — Ты только почувствуй, что ты со мной делаешь.
Он взял ее руку и положил на набухшую плоть под тканью джинсов,
— Когда ты рядом, мне кажется, что я совершенно себя не контролирую.
Мерси запустила пальцы в его густые волосы, ее глаза затуманились.
— Знаешь, у этого есть две стороны. Посмотри, что ты делаешь со мной.
— Я уж лучше почувствую, что я с тобой делаю. Когда я прикасаюсь к тебе, ты всегда кажешься мне такой приятной. — Он стянул футболку и принялся за джинсы. Он спешил, его нетерпение ощущалось в быстрых движениях, которыми он раздевал ее. Спустя несколько минут Мерси лежала обнаженная на поле диких цветов, ее кожа согревалась солнышком и прикосновениями мужчины.
— Твоя одежда, — пробормотала она протестующе, поскольку он не позаботился о том, чтобы раздеться. Ее дрожащие пальцы нащупали пуговицы его рубашки.
— Забудь о моей одежде, — вымолвил он. — Я позабочусь о ней.
Он расстегнул джинсы, уселся, скрестив ноги, и снова схватил ее за руку.
— А теперь ты можешь помочь мне. — Он направил ее пальцы к отверстию в джинсах.
— Крофт?
Выражение его лица было немного глуповатым, но в то же время безумно сексуальным. Его глаза сияли.
— И долго мне еще ждать?
Подстрекаемая его вызовом, Мерси сунула руку в образовавшееся отверстие, нашла кармашек его трусов, а затем ее пальцы сомкнулись вокруг его члена. Теплая мужская плоть с готовностью забилась о ладонь. Мерси нежно освободила жаждущего друга Крофта из его заключения. Она прикасалась к нему нежно, с любопытством, и Крофт застонал. Капля жидкости, сорвавшаяся с кончика его члена, омочила палец Мерси.
— Иди сюда, дорогая. Я не могу больше ждать. — Он наклонился к ней.
Мерси застонала, наполнившись вдруг дикой страстью, когда Крофт усадил ее к себе на колени, лицом к нему. Она ухватилась за его плечи, усаживаясь поудобнее, ее бедра были широко расставлены, а тайное место между ног совершенно обнажено. Неспокойный член Крофта уперся во внутреннюю поверхность ее бедер в тяжелом ожидании.
— Крофт, я не уверена, это… — Она не могла придумать никакую отговорку. Она вообще не могла думать. Мерси просто знала, что чувствовала чудовищное желание, сидя с широко расставленными ногами на коленях Крофта.
— Расслабься, — прошептал он. — Просто помни, что со мной ты всегда в безопасности.
А потом он дотронулся до нее, взрывая ее отчаянной властью своих прикосновений. Мерси задрожала, слабо вскрикнула и закрыла глаза. Он омочил палец во влаге, которую обнаружил между ее бедер, а затем своим ласковым прикосновением превратил ее маленький бутон желания в горящий расцветший цветок. Когда он был удовлетворен ее ответом, он еще глубже ввел палец. Он использовал ее женскую влагу для того, чтобы облегчить себе дорогу. Мерси вздрогнула, когда он ввел свой требовательный палец в глубь ее тела, а потом проник еще глубже туда, где была чувствительная, нежная плоть позади мягкого мокрого канала. Там он нарисовал утонченный маленький узор, что едва не лишило Мерси сознания.
— Крофт! — Она извивалась у него на коленях, стараясь получить больше этих необыкновенных ощущений. — О Господи! Крофт!
— Я знаю, — пробормотал он, его голос был хриплым от желания. — Я знаю, чего ты хочешь. И я дам это тебе. Сейчас.
Он прервал свое чувственное обследование и сжал ее ягодицы обеими руками. С безграничной, мучительной медлительностью сажал он ее на свой возбужденный член.
Мерси чувствовала в огромном нетерпении каждый сантиметр его пути в глубь ее тела. Ждала, когда Крофт полностью наполнит ее. Скорее! Возбуждение уже начинало струиться по ней, и она не могла контролировать его. Оно сжимало, покоряло и завораживало ее. И темный блеск в глазах Крофта говорил ей, что он был с ней каждый сантиметр их пути.
Когда же он похоронил себя в ее мягкости, Крофт начал набирать ритм. Он оперся о ее бедра и начал слегка покачиваться в своем сексуальном танце.
Это был акт покорения и упорства, и Мерси была возбуждена им не меньше, чем его ласками, когда он будоражил и взрывал ее.
Это был совершенно иной вид возбуждения, и она чувствовала, что сейчас это было то, чего она желала. И он оказался столь же неотразимым, как и предыдущий.
Экстаз, потрясший их обоих, казался естественным и величественным, как вид гор и горных плато, окружавших их.
Крик ликующего удовлетворения Крофта эхом отозвался на плато.
Когда все было кончено, они обрушились в объятия друг друга, ожидая, когда свежий ветер и бодрящий солнечный свет восстановят их силы.
Изабель Асканиус стояла у окна и наблюдала за тем, как Крофт и Мерси возвращались в поместье. Она видела, как Фальконе приостановился, чтобы стряхнуть травинки и сухие листья с волос Мерси. Нетрудно было догадаться, что как-то во время этой утренней прогулки Мерси оказалась лежащей на спине на лугу горного плато. И Изабель вдруг поняла, что страшно завидует этой недалекой продавщице книг.
Она не могла вспомнить, когда в последний раз мужчина занимался с ней любовью на траве под лучами солнца. Изабель вынуждена была поддерживать свой имидж холеной аристократки. Ее прекрасный, холодный облик привлекал к себе всеобщее внимание. Изабель никогда не знала отказов. Все ее любовники были опытными и изощренными, но им и в голову не могло прийти заняться с ней любовью на траве в горах. Даже Эрасмусу Глэдстоуну. Глэдстоун был совершенным любовником, однако иногда он вызывал у нее отвращение. Его страсть была холодной и механической, удовлетворяющей, но никогда не заполняющей до краев.
Изабель убеждала себя, что ей вполне достаточно лишенного эмоций секса с Глэдстоуном, потому что секс не был для нее главным. Изабель получала истинное удовольствие от того, что Глэдстоун уважал в ней профессионального консультанта по вопросам охраны и телохранителя, и теперь она планировала поразить его своим талантом стратега. Она непременно должна найти возможность убедить его в том, что он нуждается в ней.
В свое время она согласилась работать на Глэдстоуна, потому что чувствовала: однажды он станет очень могущественным и она получит свою частичку власти. Сначала маленькую. Но когда-нибудь она сама встанет во главе приносящего баснословную прибыль дела, основанного на поставке наркотиков. Она будет богаче, чем в своих безумных мечтах, женщина, обладающая властью над людьми и их жалкими жизнями. Это была ее единственная цель, и ничто не могло заставить ее отказаться от нее.
Однако наблюдая за возвращающейся к дому Мерси, Изабель вдруг подумала, что интересно было бы узнать, каково с Крофтом Фальконе там, на горном плато.
— Надеюсь, сегодня все пройдет как надо? — спросил Эрасмус, стоявший позади нее.
— Конечно. Вы уверены, что от Фальконе необходимо избавиться?
— Лучше перестраховаться, — пробормотал Глэдстоун. — На первый взгляд он кажется совершенно обыкновенным, неинтересным человеком. Идеальный любовник для нашей маленькой, скучающей Мерси Пеннингтон. Но в нем есть что-то, что сильно беспокоит меня. Он слишком плавно двигается, ты заметила?
Изабель снова выглянула в окно.
— Да, я заметила.
— И мне вовсе не нравится, что все пошло наперекосяк в ту первую ночь, в мотеле. Каким-то образом Фальконе опередил Далласа и вытащил книгу из сейфа. И мне не нравится также то, что прошлой ночью ты застала Фальконе и Мерси в саду. Слишком близко к подземелью. Однако больше всего меня настораживает то, что тебе ничего не удалось выяснить о Фальконе.