Страница 39 из 67
— Да, его зовут Джейкоб Хаустон. Я вам о нем говорила. У него дом и мастерская на Грик-роуд.
— Я куплю это, — сказала Юджиния, осторожно поставив скульптуру на прилавок.
— Вы собираетесь выставить ее в Либрукском музее? — усмехнулась Фенелла.
— Нет. Она станет экспонатом моей личной коллекции. Хотя я все же покажу ее на ежегодной выставке современных мастеров, работающих со стеклом. Она пройдет в Либрукском музее осенью.
— На выставке «Режущий край»? — расширила глаза Фенелла.
— Верно. — Юджиния вынула из бумажника кредитную карточку. — Мне бы хотелось взглянуть на другие работы Хаустона.
— Вы говорите серьезно?
— Очень серьезно.
— Джейкоб будет в экстазе, — заметила Фенелла, прокатывая карточку через машинку.
— Еще я хотела бы поговорить с ним, — сказала Юджиния, наблюдая за тем, как хозяйка заворачивает покупку в несколько слоев коричневой бумаги. — Вы можете дать адрес его мастерской?
— Грик-роуд находится примерно в миле от города. Когда увидите знак, поверните налево. Джейкоб обосновался в полумиле от поворота, но учтите, он весьма темпераментный. Чуть что не по нему, тут же срывается с тормозов. Правда, за работой он совсем другой человек. Холоден, как чай со льдом в жаркий летний день.
— Спасибо.
— Вам нравится жить в Стеклянном доме?
— Очень нравится. Оттуда фантастические виды.
— Да, я слышала.
Юджиния с любопытством взглянула на Фенеллу.
— Вы никогда там не бывали?
— Адам Дэвентри приглашал на вечеринки только художниц. — В глазах хозяйки промелькнуло отвращение. — Он был помешан на них, обожал с ними спать, наблюдать за тем, как они работают.
— Понимаю. — Надо быть поосторожнее, подумала Юджиния и вспомнила темное помещение, заставленное работами любовниц Дэвентри. — Я в курсе того, что о нем говорят. Похоже, у него действительно было много… романов.
— Да он переспал чуть ли не со всеми художницами острова, даже кое с кем из художников-мужчин.
Отличная возможность проверить сведения официантки Хитер о Ронде Прайс, подумала Юджиния и спросила:
— Включая художницу, которая написала купленную мной картину?
— Глупую Ронду Прайс он бросил очень быстро. Дэвентри решил, что у нее нет таланта, а он предпочитал спать с талантливыми. Хотя по внешности он не мог сразу определить, кто одаренный, а кто бездарный.
— Значит, он был глупцом, раз не увидел, что Ронда Прайс обладала исключительными способностями.
В глазах Фенеллы мелькнуло странное выражение, затем подобие гнева, впрочем, быстро подавленное — Да.
— Похоже, Дэвентри был немного больным.
— Его нет в живых. — Фенелла поджала губы. — Интересно, сколько времени потребуется его душеприказчикам, чтобы продать Стеклянный дом? Вряд ли в нашей округе найдется много покупателей.
— Пожалуй, вы правы. — Юджиния направилась к двери. — Чтобы поддерживать его в надлежащем состоянии, требуются большие расходы.
Выйдя из магазина на улицу, она почувствовала странное облегчение. Хотя у них с Фенеллой было много общего, тем не менее эта женщина вызывала необъяснимую неприязнь. Вероятно, потому, что в хозяйке «Полуночной галереи» ощущались злость и зависть. Фенеллу явно задевало то, что хозяин Стеклянного дома не приглашал ее на свои знаменитые вечеринки.
Взглянув в сторону пирса, Юджиния увидела приставший к берегу частный паром с большой группой пассажиров и пятью машинами. На остров вот-вот должна обрушиться первая за этот день волна туристов.
Юджиния прошла под транспарантом, приглашающим всех желающих принять участие в фестивале Дэвентри, и направилась к своей «тойоте». Открыв дверцу, она уселась за руль, аккуратно положила скульптуру Джейкоба Хаустона на пассажирское сиденье рядом с собой и хотела уже тронуться с места, когда заметила в одной из машин с парома светловолосую женщину.
Итак, Ронда Прайс вернулась на остров, хотя по идее должна еще находиться в больнице.
Выждав, пока Ронда свернет на Айленд-Уэй-драйв, Юджиния поехала следом на безопасном, как ей показалось, расстоянии. Собственно, не было необходимости прижиматься к машине незадачливой художницы, поскольку та явно направлялась к своему коттеджу.
Лучшей возможности для того, чтобы задать ей вопросы о картинах, входящих в серию Нелли, не будет, подумала Юджиния.
Двадцать минут спустя «тойота» затряслась на ухабах дорожки, заканчивающейся почти у самого дома Ронды. Малолитражка стояла рядом с коттеджем, багажник открыт.
Юджиния вышла из машины, подошла к крыльцу и заглянула в распахнутую настежь дверь. Она ничего не увидела, зато услышала доносящийся из спальни стук выдвигаемых и задвигаемых ящиков. Ронда Прайс собирала вещи, готовясь к отъезду.
Юджиния постучала, но, не получив ответа, шагнула через порог и двинулась прямо в спальню, где Ронда запихивала одежду в два потертых, невзрачных чемодана.
— Уезжаете? — вежливо осведомилась Юджиния. — Так скоро?
Приглушенно вскрикнув, Ронда повернулась, в ее глазах застыл неподдельный ужас. Однако как только она узнала Юджинию, его сменила злость.
— Ах, это вы.
— Да, я. — Юджиния прислонилась к дверному косяку и скрестила руки на груди. — Женщина, которая прыгнула в воду и спасла вас.
— Если вы ждете от меня благодарности, то напрасно. — Ронда снова повернулась к туалетному столику и с грохотом выдвинула очередной ящик. — У меня на это нет времени, я должна успеть на следующий паром.
— Почему?
— Потому что меня пытались убить, вот почему. — Ронда выгребла из ящика несколько свитеров. — И я не собираюсь дожидаться, пока тот, кто это сделал, предпримет следующую попытку.
— Значит, вас кто-то столкнул в воду?
— Столкнул — мягко сказано. — Ронда потрогала повязку на голове. — Мне плевать, что думают, я не сама упала в воду и головой о перила вовсе не ударялась. Сначала меня кто-то ударил, а уж потом я упала в воду.
— Вы кого-нибудь видели на пирсе?
— Только вас.
— Клянусь, я не била вас по голове.
Ронда бросила на Юджинию взгляд, в котором сквозило отвращение.
— Само собой. Если бы вы хотели, чтобы я утонула, вряд ли вы стали бы прыгать за мной в воду. Но повторяю, я уверена, что это был отнюдь не несчастный случай.
Юджиния вспомнила шаги, которые она слышала в темноте.
— Вы вообще ничего не помните?
— Ничего. Доктор в Беллингемской больнице говорил насчет того, что после травмы головы люди часто теряют память и забывают именно о тех событиях, которые произошли за несколько минут до несчастья.
— Кому могло понадобиться вас убивать?
— Не знаю. — Ронда принялась срывать с вешалок рубашки. — А поскольку я не могу доказать, что на меня было совершено покушение, то мне лучше на какое-то время исчезнуть.
— Как исчезла Нелли Грант?
Ронда обернулась, сжимая в руках очередную рубашку. Глаза ее широко раскрылись от изумления.
— Нелли Грант не исчезла. Она мертва.
— Да, так говорят. А вы продали ее картину, выдав за свою?
— Это ложь, — сказала Ронда, отводя глаза.
— Не забывайте, в области искусства я эксперт, профессионал, — негромко возразила Юджиния. — Я в состоянии запомнить, а впоследствии узнать стиль и технику художника. Я видела работы Нелли. Одна из ее картин, вошедшая в серию под названием «Стекло», висит у меня дома над камином.
— Значит, вот куда она делась, — пробормотала Ронда.
— О чем вы?
— Ни о чем. Вы ни черта не сможете доказать.
— Не будьте так уверены. Впрочем, я готова простить вас, если вы скажете, почему взяли ее картины.
— Я вам ничего не скажу.
— Перестаньте. Вы передо мной в долгу, как-никак, я спасла вас.
После некоторого колебания Ронда вздохнула, сдаваясь:
— Ладно, черт с вами. Когда Дэвентри меня бросил, он соловьем заливался, рассказывая, насколько в самом деле талантлива дурочка, на которую он меня променял. А когда оба отправились на тот свет, я и решила свистнуть эти великолепные шедевры.