Страница 68 из 82
— Что мне сказать? Материала много. И материал качественный. Отпечатки на обоих предметах четкие. Для идентификации они вполне пригодны. Но не в одной из баз данных, увы, ни тех, ни других пальчиков нет.
— Блин, — вырвалось у Никиты.
— Увы. Чем могу, как говорится. — Криминалист протянул бланк с приколотыми скрепкой листами с укрупненными отпечатками пальцев преступников Карпову, который стоял ближе. — О чем и свидетельствует эта, заверенная мной, бумага.
— Не повезло! — резюмировал Никита, механически принимая документ. Его тут же забрал капитан и, бегло просмотрев, положил в папку с делом журналиста Кивалова.
— Это как на это дело посмотреть. С какой стороны. Отпечатков могло б вообще не быть. Они могли быть размазаны, стерты, убийцы могли, наконец, просто работать в перчатках. А так полдела сделано. Пальцы для идентификации есть. Осталось сравнить их с отпечатками нужных субъектов. Спасибо большое, Сигизмунд Альбертович! — Капитан пожал криминалисту руку. — Вы нам очень помогли. Очень. Еще раз извините, что в такое время попросили приехать на работу. Всего доброго.
— Успехов вам, молодые…. офицеры.
— Всего доброго! — попрощался Карпов и первым выскочил из кабинета. Вытащил сигарету, вспомнил, что в коридорах управления категорически запрещено курить, сунул ее за поломанное борцовское ухо.
— Что теперь, Витя? Где будем искать нужных субъектов?
— У тебя есть сомнения? Боишься, что они от нас уйдут?
— Нет. Но хотелось бы быстрее с ними познакомиться.
— Быстро только… Сам знаешь, что происходит быстро. Идем в кабинет, перекурим!
Они поднялись на два этажа, Серегин отпер дверь, и они расположились в креслах, жадно поглощая никотин.
— Так что теперь будем делать, Витя? Почти двенадцать. Без двадцати. Похоже, что все кроме нас или уже спят или отходят ко сну. Перекимарим и мы до утра? Часиков пять-шесть? — расширил свой вопрос Никита и, демонстративно потянувшись, зевнул.
— Сейчас. Как раз наступил момент для команды: «отбой!» — саркастически отозвался Серегин. — Цитирую нашего начальника, полковника Смирнова: «В вашем возрасте и при вашем звании, лейтенант, сон — роскошь непозволительная». Работать надо.
— Да? Вот оно как? — сделал «круглые» глаза Никита. — Я готов. С чем или кем будем работать?
— Напрасно иронизируем. Ты забыл о координации действий и взаимодействии со смежниками. Судя по общему шороху в городе, вокруг этого убийства, они тоже не теряли времени даром. Не должны были, во всяком случае. Теперь, когда надежда на отпечатки пальцев померкла, самое время навестить Генеральную прокуратуру.
— Угу. Именно. Самое время, — Недовольно буркнул Карпов. — Они там по второму сну уже видят. Каждый.
— Уверен?
— Стопудово!
— Может, «забьем»? — Серегин протянул раскрытую ладонь.
— Спорить я с тобой не буду.
— Почему так? Боимся?
— Субординация не позволяет, — выкрутился Никита.
— Жаль. Мне бы сейчас лишняя бутылка коньяка не помешала. Мама учила, что в гости ходить с пустыми руками неприлично. — Капитан поднял трубку и набрал номер. — Сереге привет! Пламенный. Да. Ждешь? Молоток. В смысле, молодец. Да. Интересное что-нибудь есть? Даже так? Хорошо. Будет. Ну, тогда и ты готовь. Мы тоже день отработали не впустую. Уже выезжаем. Скоро будем. До встречи.
— Не может быть. Генеральная прокуратура не дремлет. — Карпов раздавил окурок о дно пепельницы.
— Может. Все может. — Серегин встал. — Поехали за списком.
— Бежевых «девяток»?
— За ним. За одно с прокуратурой мыслями поделимся. Серега следак путный. Да и парень ничего. Я рад, что он с нами контачить будет по делу Кивалова. Мы с ним уже пересекались… При определенных, несколько щекотливых, обстоятельствах. Так что, лейтенант, пузырь брать придется. И хороший. Не с руки…
— Про маму ты уже говорил, не повторяйся. Бутылку брать в пополаме будем? — вздохнул Никита и достал бумажник.
— Можешь взять сам.
— Нет уж. У вас, господин капитан, оклад больше. — Карпов пересортировал редкие купюры в обоих отделениях бумажника и обрадовано выдал: — Да тут еще и на пару пирожков останется!
— Вот видишь. Все в порядке. А ты нервничал. Только б мой «Фольксваген» на полдороге не стал.
— Мы же уже в городе. Если что, просто бросим его и возьмем такси. До Генеральной прокуратуры нас довезут бесплатно.
— Утешил. Спасибо, Никита.
— На здоровье, Витя. Пожалуйста.
******
— Знакомьтесь. Это Сергей Митехин. Самый толковый следователь Генеральной прокуратуры. Важняк. — Серегин театральным жестом, описав плавную дугу правой рукой, указал на владельца кабинета.
— Старший следователь,— поправил его высокий худощавый белобрысый парень лет тридцати пяти. На губах его блуждала легкая улыбка. — Уже давно, Виктор, старший следователь.
— Извини, Сергей. Исправляюсь. Старший следователь. А это мой напарник с дивным именем Никита. Фамилия его Карпов. — Капитан кивнул в сторону стоящего возле двери лейтенанта. — Большой оригинал и в некотором роде уникум.
— Очень приятно. Сергей. Толковый.
— Взаимно. Никита. Уникум.
Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями.
— А это, — Серегин движением фокусника извлек из внутреннего кармана пиджака бутылку коньяка и поставил на стол Сергея, — наш третий товарищ, забредший к вам вместе с нами посредине ночи в гости. Он желает познакомиться с тремя изящными утонченными девочками. Я прекрасно помню, у тебя такие были.
— Ладно. Только дверь закрою. — Нахмурившийся было Митехин махнул рукой и, повернув «собачку» замка, извлек из стола три рюмки. — Надеюсь, ты их имел в виду?
— Точно. Это именно они. — Виктор открыл бутылку и разлил коньяк. — Давай за встречу, Серега. Нечасто это случается, к сожалению, в жизни. Сколько мы с тобой не виделись?
— Два с половиной года. За встречу. — Старший следователь поднял рюмку. — Мы с тобой тогда лихо эту команду спортсменов «отморозков» за забор упрятали. Главное, оперативно. Долго еще они куковать там будут. Срока, если я не ошибаюсь, от восьми до пожизненного были.
— Не ошибаешься. Было дело. Мы тогда что-то в течение недели управились. — Серегин шумно выдохнул после приема алкоголя и снова взял бутылку. — Неплохой коньячок. Согласись.
— Согласен.
— Тогда еще по одной.
— Не возражаю.
— Хотя меня никто и не спрашивает, я тоже не против, — пробурчал Никита, поднимая наполненную рюмку.
— Это воспитываемая мной молодежь, — многозначительно поиграл глазами Серегин. — Мой ученик во всей своей красе. Так сказать, товар лицом.
— Тогда за молодежь. — Сергей растянул губы в улыбке и сделал приглашающий знак. — За их успехи.
— За тебя, Никита, как единственного, но полноправного представителя этой прослойки нашего общества. Только не зазнавайся. — Серегин опрокинул рюмку в горло и без всякого перехода поинтересовался: — Так чем там нас Генеральная прокуратура хотела удивить? По делу Кивалова? Это так, к разговору об успехах.
— Я понял, к чему это. А почему мы все стоим? Присаживайтесь. — Митехин отставил пустую рюмку и, обойдя стол, сел в свое кресло. Кивнул на стоящие возле стола оббитые дерматином полукресла. Достал из пачки сигарету, закурил. — Чем нам тут хвастаться? Рутина, бумажки. То ли дело у вас. Работа с людьми, на свежем воздухе. Погони, перестрелки, захваты… Масса всего интересного.
— Спасибо. — Никита сел, и сиденье жалобно затрещало под его борцовской фигурой. — Не сломается?
— Пытается соскочить с вопроса. Это на Сергея похоже. Но я не гордый. Могу повторить, — прокомментировал ответ старшего следователя прокуратуры капитан.
— Кто знает? Все может быть. Хотя до вашего визита выдерживало всех, — развел руки Митехин, игнорируя слова Серегина. — Так что выкладывайте. Расскажите, как вы биты в лесу нашли. Таким подвигом не похвастаться просто грех.
— ??? — Никита, с опаской устраивавшийся более удобно в хлипком полукресле, замер.