Страница 17 из 82
— Хорошо, давайте. Буду крайне признателен.
Свят с готовностью подставил лицо и прикрыл глаза, но тут же открыл их снова, исправляя ошибку, поскольку так он утратил способность рассматривать склонившуюся над ним незнакомку. Боли от прижигания ранок на лице он не чувствовал, поскольку прямо перед его носом под тонкой материей благоухала дивным запахом трепетная женская плоть. Свят неимоверным усилием воли оторвал глаза от груди девушки и посмотрел ей в лицо: «Не заметила ли она его реакцию?»
— Это нормально. Вполне естественно. Слюни текут обычно у всех мужчин. От двенадцати до восьмидесяти. Я уже привыкла, — перехватив его взгляд, без тени жеманства пояснила она.
— Ну, допустим, слюни у меня пока не текли. Они только собирались. — Свят густо покраснел, рассердился на себя за это и, чтобы не сморозить глупость, с максимальной непосредственностью поинтересовался: — Неужели так заметно?
— Безусловно. Если б было иначе, я бы очень удивилась, — она улыбнулась и сложила аптечку. — Готово. Как вы?
— Замечательно, — Свят поиграл рельефными мускулами голого торса, достал из сумки свежую футболку, вышел из машины и неторопливо ее надел. — Помнится, был разговор о кофе. Не забыли?
Девушка, пристально рассматривавшая его бугристые мышцы, будто очнулась:
— Да-да, я принесла. — Она взяла с капота небольшой термос и налила в крышку-чашку дымящийся ароматный напиток.
— Спасибо, — Свят почувствовал, что она смущена, что являлось первым признаком заинтересованности. — Сейчас я вас удивлю — мысль насчет кофе была последней перед аварией. Клянусь, не вру. Если читали Свияша, то, может, помните, что у него есть одна интересная доктрина. Очень верная, на мой взгляд. Человек получает все, что заказывает. Главное, чтоб желание было четко обозначенным. А то получится, как в том анекдоте… Знаете эту байку?
— Нет. Не припоминаю. Расскажите.
— Некоего очень набожного человека Бог решил наградить ― исполнить любое его желание. Этот самаритянин думал несколько дней… Потом еще… В общем, долго думал. И решил. «Хочу, — говорит, — чтоб у меня все было!» Бог: «Делов-то, пожалуйста!» Очнулся мужик глубоким старцем на пороге смерти и, конечно, возопил к небесам: «Как же так? Что за несправедливость?» А Бог ему так, слегка иронично: «Заказ выполнен. У тебя уже все было».
— Жизненно, — засмеялась девушка.
— Я захотел, и вот…
— Получил кофе, — улыбнулась девушка. — Только кому и как надо заказывать? У Свияша не написано? И стоит ли такой ценой?
— Стоит. А с заказами он рекомендует обращаться к Тонкому миру. Почему-то у него так называется эта инстанция. — Вячеслав посмотрел ей в глаза и, осмелев, добавил: — Только я имел в виду совсем не кофе. И теперь твердо уверен, что стоит.
— Тогда давайте для начала познакомимся, — ее ресницы едва заметно дрогнули, она опустила глаза.
Свят возликовал — он понят, и понят абсолютно правильно. «Господи, у этой красавицы еще и ум в наличии. Неужели так бывает?»
— Меня зовут Вячеслав. Слава. Если угодно — друзья меня называют Святом, — он шутливо протянул руку.
— А меня Алена. Очень приятно. — Она осторожно коснулась его руки своими длинными прохладными пальцами. — Мы здесь с братом недалеко живем. Давайте проедем к нам и начнем решать эту проблему. Авария все-таки по моей вине произошла. Брата, правда, сейчас нет, но мы что-нибудь с ремонтом придумаем.
— А где брат? — спросил Свят и прикончил кофе одним глотком.
— Ваня? Он по делам уехал. Но вы, Вячеслав, не беспокойтесь. Машину мы сегодня отремонтируем, ну, а если быстро не получится, рассчитаемся деньгами. У вас как со временем?
— Прекрасно. Для вас сколько угодно.
Свят попытался завинтить крышку термоса, который держала Алена, но она мягко забрала ее и приладила на место сама. Он нервно сунул руки в карманы брюк и с наигранной веселостью заявил:
— Я готов!
— Тогда следуйте за мной. Это здесь недалеко. — Она одарила Свята мягкой улыбкой, подхватила с капота аптечку и неторопливо пошла к «Жигулям».
«Время? О чем речь? Да хоть на всю жизнь, — не в силах оторвать взгляда от изгибов ее тела, думал Свят. — Какие ревизии? Какие вообще дела могут быть? Пошло оно все… Аленушка… Какое красивое имя… Я за тобой… Для тебя… Я…»
Вот сейчас она, садясь за руль, обязательно обернется и посмотрит на него. Свят легко представил свое безумное лицо, отвисшую челюсть, алчный взгляд, стекающую по губам слюну. Он в ужасе отвернулся и юркнул в «Мазду». Собрал в узел все свои вещи, включая сумку и кобуру с пистолетом, зашвырнул на заднее сиденье. Завел двигатель и тронулся вслед за зеленой «шестеркой».
Через несколько километров машины, одна за другой, словно ниточка с иголочкой, съехали с трассы и углубились в бескрайние степи. Вскоре асфальт закончился. «Жигули» и «Мазда» дробно протряслись километра три по булыжной мостовой и зашуршали скатами по пыльной грунтовке.
— Н-да! Цивилизация закончилась. И нашел Вячеслав свое счастье в русской глубинке. Обернулась лягушка прекрасной царевной. Взял он тогда кожу жабью и сжег, чем обрек их обоих на страдание, а себя, кроме того, еще и на изрядную кучу подвигов… Что ж, ради такой Алены Прекрасной можно пойти на многое. Практически, на все. Иванушка, Аленушка… Что-то это навевает… Ах, да! Копытце… лужица… козленочек… — Свят усмехнулся ходу своих мыслей и закурил сигарету. — Странно, но этот инфантильный пирсинг не портит ее. Даже, скорее добавляет некий шарм. Лоск. Утонченность. Что-то подчеркивает. И, в общем, получается очень гармонично. Красота — это совершеннейшая объективизация воли на высшей ступени ее познаваемости, — внезапно всплыла в памяти чья-то цитата. Свят попытался припомнить автора, но тут же отмахнулся: — Неважно. Блин, а в глазах все плывет, голова раскалывается. Это надо ж такое похмелье. Ничего. Переживешь. Важно то, что ты нашел совершенство. Естественное, разумное, вполне осознающее свою красоту. Оно, оказывается, есть. Не пустое и бездарное, как абстрагированная глупышка Барби, а вполне целостное и преисполненное смысла. И рядом с ней пошлость и вожделение глупы и сомнительны, как сонеты Шекспира в устах декана физмата. И это совершенство ― она, Алена. Причем, ее нельзя хватать жадными руками, это так же бессмысленно, как черпать солнечное тепло тазиком для бритья. Надо как-то проявить себя. Заинтересовать, заинтриговать. Показать себя умным, сильным мужчиной. А вдруг, и вправду, она твоя судьба? И дед с коровами неспроста про переломный период в жизни глаголил?
Машины въехали в деревеньку. Слева и справа замелькали перекошенные домики. Большинство ― без стекол в ветхих рамах. Куда ни кинь взгляд — полная разруха. Провалившиеся во внутрь зданий крыши. Заросшие бурьяном дворы. На различной стадии гниения деревянные заборы. Столбы с обрывками проводов.
Одичавшие собаки с безнадежным видом долгое время преследовали их машины.
— Господи! Царство старика Кощея! А ведь здесь когда-то жили люди! — весело воскликнул Свят. Даже столь плачевное зрелище не могло испортить его настроения.
Зеленая «шестерка» остановилась возле добротного дома, облицованного белым кирпичом. Таких, похожих на нормальное человеческое жилье, на всю деревню было не больше пяти. За высокими металлическими воротами, в глубине двора, виднелась крыша большого гаража. Свят услужливо помог хозяйке распахнуть створки ворот, и обе машины легко разместились на огромном бетонном пятаке перед домом.
— Чем еще могу помочь? — Свят, прикрыв ворота, подошел к «Жигулям», тряхнул головой и поморгал глазами — «шестерка» двоилась: «Чертово похмелье!»
— Нет. Больше ничего, — улыбнулась Алена и, достав из салона маленькую, в тон шлепанцам и тюрбанчику, женскую сумочку, пригласила его жестом проходить вглубь двора.
Свят посмотрел на нее, на «Жигули», заглянул в пустой салон и удивленно пожал плечами:
— Ну, если вы больше ничего не хотите… Готов следовать за вами, Алена, хоть на край света.
— А за край? — Она призывно улыбнулась.