Страница 43 из 78
Рембо со вздохом набрал номер Прохора и приложил трубку к уху.
— Есть желание выставить тебе пузырь водки, — после обмена приветствиями, особо не мешкая и не деликатничая, Рембо перешел к делу.
— Водка — это хорошо, — отозвалась трубка нейтральным тоном.
— Вот и я о том же.
— Помощь нужна, — утвердительно произнес авторитет.
— Догадливый.
— Что хотим? Уже чувствую, одним фуфыриком не отделаешься.
— Я тоже.
— Чем могу помочь?
— Парень мне нужен. Прямо сейчас. Поголовастей.
— Нет проблем. Сейчас посмотрю, кто под рукой есть. Куда прислать? — голос Прохора посерьезнел. — Что там за дела?
— Да так. Игры коммерческие. Ничего серьезного.
— Точно? Может, двоих-троих подослать?
— Одного, пожалуй, хватит. А то я с тобой не рассчитаюсь, — вздохнул Рембо и объяснил, где его найти.
— Чего тебя туда занесло? — недовольно пробурчал авторитет. — Не наша территория.
— Я знаю, — безрадостно отозвался Савельев и отключился.
Прохор прислал Рыку — Павла Рыкова, довольно грамотного парня из своего ближайшего окружения. Было уже темно, когда тот подъехал к месту встречи на своей «девятке». Серега рад был увидеть именно Павла. Он давно симпатизировал этому бойцу бригады Прохора. Немногословный, крепкий, умный и рисковый. К тому же, он, как и Рембо, служил в десантуре, правда, не в разведке, а в ДШБ. Где подготовка лучше — вопрос спорный.
Коммерсант давно хотел сблизиться с этим парнем, но тот почему-то держал дистанцию, не подпуская к себе. «Не нравится ему хлеб коммерческий», — довольно быстро сообразил Сергей, но хуже к Рыке относиться не стал. Мало ли какие у кого заблуждения в молодости. Не нравятся пацаненку барыги — не беда, просто не понимает еще он, что хоть и кажутся они на вид все одинаковыми, но бабки и власть разную имеют. И самые серьезные из них гораздо выше любых бандюков стоят.
Рыка в суть темы врубился сразу. Оставив машины в паре кварталов, они присели на лавочку возле подъезда дома напротив. Квартира Бессонова располагалась на третьем этаже, и вести наблюдение за ней было несложно. Решение было принято уже через полчаса. Стрелки показывали двадцать два часа двадцать минут, когда Павел сформулировал свое мнение:
— Судя по всему, он дома один. Откладывать смысла не вижу. Колоть будем на месте, если что — «вывезти» никогда не поздно.
— Согласен, — кивнул Рембо, — вламываемся в хату, глушим и базарим по полной программе.
Дверь квартиры генерального директора Бессонова И. Н. оказалась бронированная, отделанная красным деревом. На вид очень дорогая и крепкая.
— Можно выдерживать осаду, — мрачно заметил Рыка, прячась слева от двери.
— Будем надеяться на лучшее. Должен открыть, — сам себя подбодрил Серега и нажал кнопку звонка. Он улыбался рыбьему взгляду глазка, настроив лицо на максимальную доброжелательность.
За дверью раздались шаги, и уверенный мужской голос спросил:
— Кто?
— Михельсон, — ответил Рембо, продолжая растягивать губы в голливудской улыбке, — Конрад Карлович.
— Кто? — голос стал удивленно-раздраженно-непонимающим. — Какой к свиньям собачьим Михельсон?
— Тот самый. Конрад Карлович. Отчаянный охотник за табуретками. — Савельев поднял руку и дружелюбно махнул в сторону глазка.
— Охотник за табуретками? — собеседник по ту сторону двери растерялся. — Ничего не понимаю. Какие табуретки?
Замок лязгнул, дверь открылась. На Серегу смотрел здоровенный, коротко стриженый накачанный парень с толстой золотой цепью на шее. У Савельева возникло такое ощущение, словно он взглянул в зеркало. От такого типажа он на секунду замешкался, а Рыка среагировал мгновенно — всадил носок своей кроссовки в живот качку и затолкнул последнего вовнутрь. Рембо, опомнившись, бросился ему помогать.
Через пару минут Игорь Бессонов уже лежал в неудобной позе — разбитым лицом в пол. Руки за спиной стягивал его же ремень.
Рыка быстро осмотрел все три комнаты, ванну, туалет и кухню. Выглянул на лоджию. Они не ошиблись — хозяин квартиры был один. Павел закурил и, стряхнув пепел в стоящую на журнальном столике пепельницу, спросил:
— Ждешь кого?
— Нет. В блудняк, пацаны, залезли. Отвечаю, — процедил Игорь сквозь зубы.
Рыка выразительно посмотрел в лицо Сергею и сделал приглашающий жест: беседуй, я свое дело закончил.
Рембо двинул пару раз лежащему хозяину квартиры ногой под ребра и начал разговор. Продолжался он недолго. Уже через пятнадцать минут Серега замолчал и весь покрылся испариной. Действительно, блудняк и блудняк голимый. Как ему раньше в голову не пришла такая элементарная вещь?
Ни о какой фирме, плитке, складе и прочей мути Игорь Бессонов не знал, и знать не мог. Он только сегодня вернулся из командировки в столицу. Все расходы ему оплачивала охранная фирма «Пантера», поэтому в его барсетке Савельев нашел оправдательные документы, включая билеты — туда и обратно. Когда он дрожащими руками разглаживал счет за гостиницу, до него дошло:
— Слышь, Бессон, а твои документы где?
— Какие документы?
— Паспорт?
— Помыла какая-то сука, вместе с лопатником, на вокзале, когда уезжал.
— Это когда было?
— Дней семь-восемь назад.
— Вот дела!
Серега обхватил голову руками. Ему захотелось завыть в полный голос: «Японский Бог. Вот это попадалово. Ни за что отрихтовали братана у него же на хате. Это не блудняк, это БЛУДНИЩЕ. Что ж делать? Извиниться? Или, наоборот, завалить? Замочить, и концы в воду. Никто нас не видел, не знает. Как же быть?»
Он посмотрел на Рыку. Тот уже все понял и неопределенно пожал плечами: делай, мол, как считаешь нужным. Твоя тема — твои проблемы, мне-то что. Прохор дал отмашку на помощь, но не на передел ответственности. В случае чего все косяки на тебе повиснут. Так что думай сам.
Серега немного поразмышлял над сложившейся ситуацией и решительно отправился на кухню за ножом. Поигрывая отраженным от стали светом, он склонился над Бессоновым. Тот, стиснув зубы, наблюдал за своим мучителем:
— Ну, сука, давай! Чего ждешь? — больше он не издал ни звука, только веко левого глаза немного задергалось. Тик.
— Сейчас, не торопись. — Савельев примерился.
Рыка с неподдельным любопытством наблюдал за происходящим. Только на краю раскрывается внутренняя сущность человека. Чувствовать себя сторонним наблюдателем при таком раскладе довольно интересно и комфортно.
— Прости, братан, — Рембо взмахнул ножом и… перерезал ремень. — Под твой паспорт, Игорь, меня развели на шестьдесят две тонны баксов. Думал, ты при делах. Извини, такая непонятка, — он протянул Бессонову руку.
Тот в ответ от души заехал ему в глаз. Рыка усмехнулся и отвел взгляд.
***
Утро следующего дня напомнило Сереге о вчерашнем фиаско болью в районе левого глаза. Он отбросил одеяло, сморщился от боли и прошлепал босыми ногами к зеркалу в ванной:
«Ууу-ее, — с досадой выдохнул он при осмотре великолепной гаммы из синего, красного, фиолетового и коричневых цветов под глазом. — Ну, и как теперь? Людей пугать? М-да-а… Давно я не красовался на публике с бланшами. Хорошо, что хоть лето», — нашел он себе слабое утешение и прикрыл красоту солнцезащитными очками. Придирчиво осмотрел свое отражение в зеркале. Результатами остался доволен — синяка видно практически не было.
— Теперь можно и на люди показаться! — громко, на всю квартиру заявил Серега.
Сборы были недолгими. Еще вчера, когда они с Рыкой приехали домой и раздавили пару банок водки, он прикинул два направления поисков на сегодня. Так что ломать голову об утренних планах нужды не было. Надо было действовать.
Уже на подъезде к автостоянке он заметил черную «Тойоту» с разбитой фарой. Непроизвольно хищно оскалился: «Машина на месте. Даже если номера фальшивые, по номерам кузова и двигателя хозяин определится быстро. У него можно будет многое узнать… День начинается хорошо».
Однако и здесь ждало Савельева разочарование. Поспешил он с позитивной оценкой наступившего утра.