Страница 48 из 85
Из дневника Хейдена Стоуна.
Губы Чарити все еще оставались холодными и душистыми после лаймового шербета и слегка раздвинулись, когда Илиас прикоснулся к ним своими губами, Он почувствовал, как Чарити ответила на его поцелуй, и услышал ее тихий и страстный стон. От этого стона необыкновенный трепет пробежал по телу Илиаса.
— Мы еще не закончили десерт, — прошептала Чарити.
— Это и есть десерт. И, как я уже говорил, он будет несладким. — Илиас убрал руки с дверцы холодильника и обнял Чарити за талию.
Он приподнял ее, прижимая Чарити спиной к белоснежной поверхности холодильника. Руки Илиаса заскользили вниз по ее телу. Чарити прильнула к нему, проводя пальцами по его волосам и всем своим существом отвечая на его страстные поцелуи.
Жар от огня, еще более жгучего, чем огонь самого острого экзотического перца чили, разливался по телу Илиаса. Ладонями он почувствовал упругие округлые ягодицы Чарити и легонько сжал их, Затем его ладони опустились ниже, до края юбки.
Илиас услышал глубокий вздох Чарити, когда он быстрым движением поднял ее юбку вверх. Чарити не носила чулок, и Илиас ощутил пальцами ее теплую, шелковистую кожу.
— Обхвати меня своими ногами, — прошептал он.
— У меня, наверное, не получится.
— Ты просто поплотнее прижми их к моей спине. Илиас с наслаждением почувствовал ответный трепет Чарити, когда ее бедро начало медленно подниматься вверх, скользя поверх джинсов вдоль его ноги. Эта изысканная ласка вызвала у Илиаса такую бурю чувств, что он едва не потерял самообладание.
— Теперь другую ногу, — шепнул Илиас. — Не бойся, я тебя удержу.
— О Боже! — с наслаждением выдохнула Чарити, обвивая голыми ногами талию Илиаса.
Ее длинная бирюзово-синяя юбка весьма сексуально свернулась в трубочку и ярким цветом обрамляла бедра. Нарастающее возбуждение одурманивало Чарити, она со страхом подумала, что в порыве страсти может разжать ноги, обхватывающие тело Илиаса, и упасть.
— Илиас!.. — сладостно выдохнула Чарити, плотнее прижимаясь бедрами к телу Илиаса, когда его рука опустилась в заветное пространство между ее ногами, Уперевшись ладонями в плечи Илиаса, она прошептала:
— Господи, как хорошо!
Илиас двумя пальцами проскользнул ей под трусики и начал поглаживать ее набухшую скользкую и влажную плоть. При этом он почувствовал, как натянулась ткань его джинсов.
Чарити, в свою очередь, принялась расстегивать рубашку Илиаса. Распахнув ее, она стала поглаживать теплыми ладонями его торс, постепенно опуская ладони все ниже и ниже, путаясь пальцами в плотных завитках. Илиас тяжело дышал.
— О, ты уже готов, — пролепетала Чарити. — Такой твердый и сильный.
— Как, по-твоему, он не слишком большой? — спросил Илиас.
Чарити издала сдавленный смешок.
— Как раз то, что надо.
— Я чувствую, что ты тоже возбуждена. — Илиас провел пальцами по пухлым и горячим складкам кожи, защищающим заветные секреты Чарити. — Там уже достаточно влажно.
— Давай не будем сравнивать, лучше пройдем в спальню.
— Попробуем прямо здесь. Расстегни мне джинсы, пожалуйста.
Чарити расстегнула «молнию», освобождая мужское естество Илиаса. Она обхватила его орудие любви одной рукой, собираясь накрыть его своей плотью, но вдруг решимость оставила ее.
— То, о чем ты только что подумала, лежит в переднем кармане моей рубашки. Достань сама, пожалуйста.
Чарити обняла Илиаса и стала искать карман на рубашке, мягко поглаживая своими ладонями его тело. От избытка чувств у Илиаса даже перехватило дыхание, он на какое-то время закрыл глаза и попытался взять себя в руки.
— Ты даже это предусмотрел? — произнесла Чарити голосом, в котором звучали одновременно и удивление, и смех, доставая из его кармана пакетик с презервативом.
Илиас открыл глаза и встретил ее взгляд.
— Ну что ты, я просто хотел быть готовым ко всему.
— По-видимому, в детстве ты был бойскаутом.
— Вот и не угадала, я никогда им не был, — сказал Илиас, лаская ее разгоревшуюся плоть. — В этом ты можешь быть уверена на все сто процентов.
— Илиас, — привлекла его внимание Чарити. Ее ноги крепче обхватили его талию, Илиас почувствовал, как от напряжения у нее дрожат пальцы.
В этот момент Чарити не могла сама разорвать этот небольшой пакетик.
— Я сам достану, — произнес он.
Чарити протянула ему пакетик. Илиас порвал упаковку зубами и одной рукой надел презерватив. Он проследил, как широко раскрылись глаза Чарити, когда его орудие медленно входило в ее плоть.
Ногти Чарити впились ему в плечи, она запрокинула голову от удовольствия. Ее прерывистый шепот сводил его с ума. Илиас собрал все свои силы, чтобы удержаться на грани оргазма, его неотвратимо притягивал омут изящного расслабленного тела Чарити.
Удерживая Чарити руками, Илиас вместе с ней опустился на колени. Он медленно положил ее спиной на деревянный пол и плотно прильнул к ней. Чарити обняла его, соблазнительно и крепко прижавшись к нему всем телом. Это было так восхитительно! Илиас подумал, что еще немного — и он взорвется от переполнявшего его наслаждения.
— Да-да, Илиас. Продолжай, пожалуйста, я так хочу тебя.
Дикое возбуждение внезапно охватило Илиаса и уничтожило последние остатки его самоконтроля. Он снова и снова погружался в Чарити, пока не почувствовал, как напряглись ее ноги на его теле.
Судорожная дрожь пробежала по телу Чарити, передаваясь Илиасу. Он приник к ее губам, чтобы вкусить тихий стон ее высшего наслаждения.
Чувство огромного облегчения, переполнявшее Илиаса, было одновременно и грустным, и радостным. Невозможно объяснить словами, где грусть переходила в радость и, наоборот, где радость переходила в грусть. Илиасу хотелось только одного — каждой клеточкой тела слиться с Чарити в единое существо.
Через некоторое время Чарити зашевелилась под ним.
— Скажи мне, как по-твоему, то, что произошло сейчас между нами, не было сладким?
Илиас приподнял свою голову и коснулся пальцами ее щек.
— Конечно, нет.
Чарити загадочно улыбнулась:
— А какой же тогда вкус у этого чувства?
Озадаченный Илиас не знал, что ответить. Он решил укрыться на время в знакомом святилище, где никогда не испытывал никаких неудач. Он точно знал, что там всегда будет сильным, а на все вопросы найдет подходящие ответы. Этим прибежищем была философия Тэл Кик Чары.
— Говорят, что вода чаще бывает мутная, чем прозрачная.
Чарити накрыла губы Илиаса пальцем.
— Ты, наверное, забыл, о чем я спрашивала.
Она все еще продолжала улыбаться, но в ее глазах появилось выражение странной задумчивости, взволновавшее Илиаса. Он поднялся на ноги и помог подняться Чарити. После этого Илиас вместе с ней направился в темную спальню, обняв рукой ее талию. Он остановился рядом с клеткой Отиса, чтобы закрыть ее на ночь покрывалом. Отис уже сидел в клетке и, повернувшись спиной к Чарити и Илиасу, неразборчиво пробормотал что-то.
— Я думаю, мы смущаем его, — прошептала Чарити.
— Эта птица действительно очень строга в вопросах нравственности, — сказал Илиас, накрывая клетку. — Думаю, сказалось влияние Хейдена.
Внезапно Чарити снова охватил прежний страх, словно пришедший из далеких снов, в которых она не могла дышать. Старое чувство клаустрофобии ожило вместе с этим ночным кошмаром.
Чарити проснулась будто от толчка, каждой клеточкой своего тела ощущая нарастающую тревогу. Она открыла рот, чтобы закричать, но крик застрял у нее в горле. Чарити почувствовала, как ладонь Илиаса зажала ей рот. Она вдруг осознала, что причиной тревоги является не ее старый страх, а нечто другое. Что-то по-настоящему непонятное и страшное происходило в доме.
Чарити открыла глаза и с испугом посмотрела на Илиаса. Он находился рядом с ней, по-прежнему удерживая ее на кушетке одной рукой. В темноте она с трудом смогла разглядеть темный профиль его лица. Чарити заметила, что взгляд Илиаса устремлен на дверь спальни.
В тишине она услышала тихий скрип: так могла, скрипеть только древесина, скользя по древесине. Этот звук, наверное, издавала старая двойная рама, вынимаемая из проема окна. Отис издал тихий вопросительный свист из своей завешенной клетки. Скрип на несколько секунд прекратился, но затем возобновился снова.