Дорога к себе

- У кошечки появились коготки? - я удостоилась очередного оценивающего взгляда, причем, не только моего визави, но и всех членов его команды. Неприятное ощущение, надо сказать, когда тебя буквально раздевают глазами, измеряют, взвешивают. Я невольно поежилась от этого колючего пристального разглядывания.

- Ты же перевернул вверх дном и мою, и Женину комнаты, и ничего не нашел, разве это не доказывает мою непричастность? - продолжила попытки вразумить Райха.

- Ася, хоть ты и тряпка, но ведь не дура, чтобы прятать дома такую ценную вещь. Кроме того, твою новую квартиру мы не проверяли, может, быть ты там устроила тайник. Отнесла в камеру хранения, отправила посылочкой родителям. Способов сколь угодно много. Мне надоело это подвешенное состояние, я не для того через все это прошел, чтобы какая-то тварь меня опять...- откровения Андрея очень не вовремя были прерваны деликатным, но выразительным покашливанием одного из качков. Я осуждающе уставилась на этого индивида, а тот только улыбнулся в ответ своими ровными белоснежными зубами (как из рекламы зубной пасты, прямо) и отсалютовал мне двумя пальцами правой руки. Еще и улыбается, вражина! Почему-то подумала, до чего же эти два качка, сидящие напротив меня, похожи друг на друга. Как родных братьев их объединяло какое-то неуловимое сходство. В отдельных деталях, чертах лица схожести не было, но в общем... Холодные глаза, плавные, не смотря на комплекцию, движения, скупые слова. Показалось, что эти люди не так просты, как кажется на первый взгляд, что они только прикрываются личинами недалеких перекачанных парней. И совсем не факт, что Андрей в этой компашке главный, каковым он себя выставляет. Возникло ощущение, что ему только позволяют играть роль первой скрипки. Куда же ты вляпался, Андрей? Куда же вляпалась я?

Тем временем Райху надоело наблюдать за нашей игрой в гляделки и он продолжил:

- Ты ведь понимаешь, что я могу сейчас сделать тебе очень больно, тогда ты запоешь, как птичка. Но ради того, что было у нас когда-то, я готов дать тебе возможность самой исправить сложившуюся ситуацию. Ты сама добровольно принесешь мне диск.

- Ну как ты не понимаешь, мне нечего нести. Ни добровольно, ни принудительно. Я ничего не брала, - заметив скептическое выражение лица собеседника, попыталась зайти с другой стороны. - Когда у тебя пропал диск? Откуда он пропал?

- Он исчез в тот день, когда мы с тобой последний раз ездили в кафе недели три назад. Он лежал в бардачке машины, - казалось мужчина надо мной насмехается, воспринимая все это как развлечение. - Но ведь я все время была вместе с тобой, когда я могла его забрать? - недоумевала я.

- Я останавливался за сигаретами, тебе вполне хватало времени на то, чтобы открыть бардачок и забрать его оттуда.

- Но зачем? Вообще откуда я могла знать, что у тебя там лежит диск? Мы же совершенно случайно столкнулись на улице? Как я смогла все так хорошо спланировать? Абсурд. - я старалась быть очень убедительной, но похоже, меня не хотели слышать.

- Это просто случайность, увидела, взяла посмотреть. Возможно, ты хотела мне досадить, я не знаю. Если бы это был обычный диск, я бы этого мог и не заметить, но тебе не повезло. - мужчина наигранно вздохнул.

- А ты не думаешь, что это мог сделать кто-то, кто в курсе как для тебя важна та запись? Или тот, у кого есть ключи от твоей машины?

- Ключи есть только у Паука, - Андрей кивнул в стороны водителя, который привез меня сюда вместе с двумя качками. Он, кстати, внешне значительно уступал своим товарищам: невысокий, худощавый, с неизменно хмурым выражением на ничем не примечательном лице. Он не удостоил меня вниманием, а выжидательно смотрел на Райха, желая услышать окончание фразы. - И у меня нет повода не доверять ему, нас слишком многое связывает. Ведь так, Паучок?

Андрей теперь уставился на водителя, видимо, пытаясь что-то разглядеть в "озерах его души". Не знаю, что там ему открылось, но это его, кажется, успокоило:

- Поэтому, тут без вариантов, дорогая. Хотя ты была весьма убедительна, но как говорил Станиславский: "Не верю!". Уж извини. Я даю тебе один день на то, чтобы отдать мне диск.

- Одного дня мало, - попыталась я оттянуть время.

- Значит, отправила к родителям все-таки, - рассмеялся довольный парень, предположив, что сумел разгадать меня. Я не стала его разуверять в обратном.

- Мне нужна неделя.

- Ничего себе, заявочка! Даже, если предположить, что ты сама поедешь к родителям, сутки туда, сутки обратно, ну и там денек, чтобы не огорчать родственничков. Итого, трое суток. Видишь, какой я добрый, - Райх явно наслаждался ситуацией, полагая, что опять сумел поставить меня на колени. Чувствовал себя хозяином положения и кайфовал от этого.

- Хорошо, встретимся через три дня. Пусть твои ребятки заедут за мной вечером часов в семь, - попыталась я с достоинством принять поражение.

- И не надейся сбежать. За тобой будут следить "мои ребятки". Кроме того, не забывай, что и твоей Женечке мы можем сделать "бо-бо", если ты, выкинешь какой-нибудь финт. Можешь идти, свободна, - последовал царственный жест в сторону открытых дверей. Хорошо хоть ручку не пришлось за такую милость целовать.

- А что? Обратно меня уже никто не повезет? - решила я понаглеть немного, чувствуя, что сегодня меня никто убивать не собирается. Мужчины, вдруг, громко захохотали, услышав мои слова.

- Вот теперь я, кажется, начинаю вспоминать, что меня тогда в тебе зацепило, - отсмеявшись, выдал мой бывший парень. - Паук тебя отвезет, ведь так?

Водитель молча кивнул, встал и вышел из комнаты. Я тоже поднялась и, уже дойдя до двери, не сдержалась:

- Мальчики, ну, я не прощаюсь, - и гордо выплыла из комнаты, в глубине души страшась, что они могут и передумать меня отпускать. Выдохнула я кажется только тогда, когда мы выехали за пределы дачного поселка. Паук молча вел автомобиль, казалось, что он просто забыл о моем существовании. Мне это было только на руку, возникла острая необходимость провести разбор полетов с Райном.

- Ты чем таким меня накачал, признавайся? - мысленно наехала я на браслетик.

- Ничем, я только немного притупил твои отрицательные эмоции, ослабил волнение. Все остальное сделала ты сама, Ася. - обрадовал меня голос. - Ты не трусиха, как ты все время себя называешь, наоборот, довольно смелая женщина. Ведь смелым является не тот человек, который не боится, а тот , который может преодолеть свой страх. Ты однажды испугалась этого человека, спряталась в коконе своих переживаний, разочаровалась в себе. С его помощью, конечно. А сегодня ты нашла в себе силы взглянуть в лицо своим демонам, ты заставила себя идти дальше. Страх не ушел, но теперь ты можешь его контролировать, а это огромный шаг вперед.

- Если бы тебя со мной не было, я бы не справилась, - призналась я, обдумав сказанные браслетом слова.

- Я рад, что смог тебе помочь. Симбиоз, помнишь, - в голосе сквозила улыбка.

- Давай делись, что тебе удалось выудить из голов этих гадов?

- Мы с тобой оказались в полном... Ну, ты понимаешь. Как я понял Райх совершил какое-то преступление, и оно, уж не знаю каким образом, было заснято на камеру. Некая девушка, получив этот диск, стала шантажировать его. Полагаю, что по этой причине ему пришлось продать свою недвижимость. Настал момент, когда Райх был вынужден обратиться за помощью к этим выразительным ребятам. Те разобрались с шантажисткой одним довольно действенным способом и отдали диск владельцу. Ты попалась ему вовремя и должна была послужить алиби, чтобы Андрей был чист перед законом. После того, как он не обнаружил запись в бардачке машины, естественно, он подумал, что ты прихватила ее с собой. И как только поймешь, что за бомба попалась тебе в руки, тут же начнешь требовать с него денег за молчание, то есть все повторится снова.

- Значит, полный криминал? Так я и подумала. У нас есть только три дня. Надо обязательно что-то придумать. Моя жизнь для них - ничто, Одной больше, одной меньше. - у меня началась запоздалая реакция на пережитый стресс. Ноги и руки похолодели, меня стала сотрясать мелкая противная дрожь. Сердце пустилось в бешеный скач.