Страница 97 из 139
Сцена 4
Гостиная в квартире полковника Кублицкого. На полу у рояля большой куст гортензии. Входит Мария Андреевна Бекетова; ее встречает Александра Андреевна.
М а р и я А н д р е е в н а. Цветы какие!
А л е к с а н д р а А н д р е е в н а. Внес денщик со словами: "Для молодой барыни".
М а р и я А н д р е е в н а. А почему сюда? И от кого?
А л е к с а н д р а А н д р е е в н а. Что ж у меня спрашиваешь? Я ли здесь молодая барыня.
М а р и я А н д р е е в н а. Впрочем, я догадываюсь. Письма слишком красноречивы и сумбурны, чтобы произвести должное впечатление, а цветы - иное дело. Как приняли?
А л е к с а н д р а А н д р е е в н а. Смеясь, как брат и сестра от общего поклонника, но к себе не взяли. Теперь можно подумать, цветы предназначены мне.
М а р и я А н д р е е в н а. Как бы Франц не заревновал.
А л е к с а н д р а А н д р е е в н а. Когда поэт влюблен в земное воплощенье Вечной Женственности, это не удивительно; но Боре как-то фатально не везет...
М а р и я А н д р е е в н а. Еще бы повезло! Поэт-то Сашура, а Боря, прости меня, всего лишь стихотворец.
А л е к с а н д р а А н д р е е в н а. Я не это имею в виду. После знакомства с Сашей и Любой в Москве Боря приезжает в Петербург как раз в утро 9 января, а возвращается в Москву в день убийства великого князя Сергея; летом, посетив нас в Шахматове, влюбляется в Любу, и все вокруг у него окрашивается в кровавый цвет. Неудивительно, на грани безумия пишет нам письма, а тут прерывается связь - забастовка почтово-телеграфских служащих, и он приезжает в Петербург - в декабре, когда Москва покрылась баррикадами, опять кровь и кровь. Я думаю, он вне себя не от любви, а, как все мы, от тех ужасов.
М а р и я А н д р е е в н а. Так он и ищет у Любы спасения. Он и просил у нее спасти Россию и его.
А л е к с а н д р а А н д р е е в н а. Боюсь, как бы еще чего похуже не случилось у нас. Хотя куда еще хуже.
М а р и я А н д р е е в н а. Нет, нет, мне кажется, Боря успокоился, и цветы - это знак примирения.
А л е к с а н д р а А н д р е е в н а. Ты не понимаешь, это-то и опасно.
Раздается звонок; женщины вздрагивают и переглядываются.
АКТ II
Сцена 1
Квартира полковника Кублицкого. В гостиной с новыми корзинами цветов у куста гортензии Андрей Белый, Александра Андреевна, Любовь Дмитриевна и Блок.
Б е л ы й (сидя у рояля). Мне вспомнилось мое первое посещение Шахматова.
Б л о к (прохаживаясь с безмятежным видом). Цветы навеяли.
Б е л ы й (рассмеявшись). Странно: я удивился вам, Александра Андреевна, почти так же, как удивился Александру Александровичу при первом свидании с ним. Я не подозревал, что мать Блока такая.