Страница 34 из 101
До мая 1611 года Пит Хейн служил в Индонезии, главным образом на Молуккских островах, откуда через год с небольшим вернулся домой в должности капитана судна «Голландия».
Питер Хейн. Неизвестный художник
На родине Хейн женился на Аннеке Класдохтер де Реус, богатой вдове из Роттердама, которая была старше его на 12 лет. В течение некоторого времени он скитался в Атлантике и Средиземном море пока в мае 1618 года его корабль «Нептунус» не был задержан венецианцами; на службе у последних он участвовал в сражении против флота вице-короля Неаполя. На родину Хейн вернулся в 1621 году.
В мае 1622 года благодаря протекции со стороны двоюродного брата жены (одного из трех бургомистров) Хейн был избран членом городского магистрата Роттердама, а в следующем году поступил на службу в Вест-Индскую компанию (ВИК). Руководство компании – так называемые «Господа ХIХ» – разработало грандиозный проект, названный «Великим», осуществление которого должно было парализовать Испанскую империю за счет пиратского террора в Вест-Индии, захвата Бразилии и рабского рынка в Африке. Пытаясь реализовать намеченное, компания в конце 1623 года отправила за океан три экспедиции: эскадра Филиппа ван Зёйлена взяла курс на побережье Анголы, Питер Схаутен с тремя кораблями пошел в Карибию, а адмирал Якоб Виллекенс и вице-адмирал Пит Хейн, возглавившие от 23 до 26 кораблей с 500 орудиями и 3300 людьми, направились в Бразилию. 8 мая 1624 года они появились у порта Баия (совр. Салвадор). На следующее утро суда под командованием Хейна вошли в гавань и приготовились к высадке десанта. Следом за ними в бухту вошли другие корабли. К утру Баия была взята, а ее губернатор арестован в своем дворце.
Разорив город, голландцы погрузили добычу на 11 трофейных судов и отослали их в Голландию. Хейн, покинув Бразилию в августе 1624 года, поспешил к побережью Анголы, чтобы соединиться с эскадрой ван Зёйлена. В конце октября он появился близ Луанды, но соотечественников там не обнаружил. На рейде под защитой форта стояло 35 судов. У Хейна было только 6 кораблей, к тому же они сели на мель и попали под обстрел береговых батарей. Ночью, во время прилива, голландцам удалось сняться с мели. Отказавшись от плана захвата Луанды, Хейн двинулся к устью р. Конго, где застал разыскиваемую эскадру. К тому времени ван Зёйлен успел ограбить и потопить не менее 29 судов и думал об одном – как бы побыстрей доставить награбленные сокровища в метрополию. Таким образом, установка Вест-Индской компании о захвате рабского рынка в Африке оказалась невыполненной.
Баию голландцам тоже не удалось удержать: весной 1625 года испано-португальские силы под командованием дона Фадрике де Толедо овладели городом. Пит Хейн, разорив несколько бразильских гаваней, в июле того же года вернулся домой.
Следующие три экспедиции, снаряженные компанией, возглавили адмиралы Баудевейн Хендриксзоон (Хендрикс), Андреан Верон и Ян Дирксзоон Лам. Чтобы оказать Хендриксу поддержку, «Господа ХIХ» в начале 1626 года снарядили еще одну эскадру под командованием Пита Хейна.
Совершив трансатлантический переход, Хейн в начале июля вошел в Карибское море, а потом направился к западной оконечности Кубы – мысу Сан-Антонио. От пленных он узнал о смерти Хендрикса и уходе его эскадры из кубинских вод. Тем не менее он решил подстеречь «серебрянный флот» и одолеть его собственными силами. Однако у испанцев оказалось почти 40 кораблей, включая 13 галеонов, и возглавлял их генерал дон Томас де Ларраспуру. Не осмелившись вступить с ним в сражение, голландцы отошли к побережью Флориды, пересекли Атлантику, посетили Азорские острова и острова Зеленого Мыса и, наконец, перенесли район крейсерства в воды Бразилии; в начале марта 1627 года они ворвались в бухту Баии. Обстреляв город, Хейн захватил или потопил 26 торговых судов, после чего пошел на юг, к мысу Кабу-Фриу. Всю весну и лето он оперировал на коммуникациях у бразильских берегов, в июне снова потревожил Баию, а осенью, перегруженный добычей, вернулся на родину. За этот круиз «Господа ХIХ» наградили Хейна золотой цепью и медалью.
В начале 1628 года, изучив данные разведки, директора Вест-Индской компании решили отправить в Карибию крупное соединение кораблей с единственной целью – перехватить «серебряный флот» короля Испании. Руководителем операции был назначен Пит Хейн.
В апреле того же года Хейн получил от директоров подробные инструкции и назначение на должность адмирала и генерал-капитана флота, насчитывавшего 31 судно со 129 бронзовыми и 550 железными пушками. На их борту разместились 2300 моряков и около 1000 солдат. Флагманский галеон «Амстердам»; корабль «Голландский сад» имел 48 пушек; еще 17 судов несли от 26 до 38 пушек. Заместителем Хейна был утвержден 60-летний адмирал Хендрик Корнелисзоон Лонк. Основные силы флота оставили Тексел 20 мая 1628 года и, совершив переход через Атлантику, подошли к западной оконечности Кубы, где начали крейсировать в надежде перехватить одну или обе флотилии на их пути в Гавану. Постепенно сильное течение и неблагоприятные ветры вынудили голландские корабли переместиться к Гаване. Кубинский губернатор, имевший сообщение с Ямайки о появлении голландского флота, отправил в Новую Испанию не менее 9 посыльных судов с предупреждением «серебряному флоту», но ни один из них не достиг цели.
Флот Новой Испании, состоявшей из 23 судов, покинул Кадис 22 июля 1627 года под командованием бывалого моряка, рыцаря ордена Сантьяго генерала дона Хуана де Бенавидеса-и-Басана, и достиг Веракруса 16 сентября. Всю зиму и весну на борт галеонов грузили сокровища и колониальные товары, а летом они готовы были отправиться в обратный путь. 8 августа флот снялся с якоря, причем Бенавидес не позаботился об усилении охраны. Судя по ряду исторических источников, испанцы имели 21 или 22 судна, 11 из которых следовали в Сан-Лукар, а остальные – в Гавану и другие порты Вест-Индии. Только 4 корабля этого флота были хорошо вооружены: капитана «Санта-Ана-Мария», альмиранта «Санта-Гертрудис» и 2 вооруженных «купца» – «Сан-Хуан Баутиста» и «Нуэстра Сеньора де ла Антигуа».
В ночь с 7 на 8 сентября испанские корабли оказались в непосредственной близости от голландского флота. Перед рассветом отбившееся испанское судно, ориентируясь на огни голландских кораблей, приблизилось к ним и было взято на абордаж. Утром Пит Хейн увидел 12 испанских судов к северу от себя и еще 6 – в наветренной стороне, ближе к кубинскому берегу. Голландцы легко захватили 9 судов с грузом кошенили, какао, шкур, индиго и прочих товаров, позволив 3 оставшимся спасаться бегством. Позже 2 из них потерпели крушение.
Осмотрев захваченную добычу, Хейн понял, что серебро и другие сокровища должны находиться на борту 6 судов, замеченных в наветренной стороне. Ловко маневрируя в течение всего дня, он сумел отрезать им путь отступления к Гаване и вынудил повернуть на юг, к бухте Матансас. Ночью они вошли в бухту, но из-за ошибок пилотов капитана, альмиранта и еще один галеон сразу же сели на мель. Эта авария вызвала панику среди моряков и пассажиров, корабли флотилии скучились посреди бухты.
При свете луны корабли Пита Хейна вошли в бухту. Видя, что галеоны сели на мель, а их команды бегут на берег, Хейн приказал спустить на воду шлюпки и вскоре сам в числе первых взобрался на борт альмиранты. Испанцы, еще остававшиеся на 6 судах, побросали оружие и сдались.
Успех Пита Хейна был стопроцентным. Впервые в истории он одержал бескровную победу над «серебряным флотом». Вся следующая неделя была посвящена грабежу призов, описи их грузов и перевозке ценностей на борт кораблей. Хотя вначале со стороны моряков и солдат имели место хищения, строгие дисциплинарные меры, предпринятые Хейном, свели их до минимума.
Когда большая часть сокровищ была учтена и упакована, голландцы сожгли и утопили 5 призов. В руки победителей попали сокровища, включавшие 177 329 фунтов серебра, 135 фунтов золота, тысячу жемчужин и разнообразные товары на 11 509 524 золотых гульдена. Эта сумма превышала годовое содержание испанской армии во Фландрии и равнялась 2/3 годового содержания всей голландской армии. Присоединив к своему флоту 8 трофейных судов, Хейн приблизился к Гаване, надеясь подстеречь также флот Тьерра-Фирме. Но ввиду начала сезона ураганов от этого замысла пришлось отказаться.