Страница 33 из 75
Анжи забралась в комнату и осветила огарком, льющим на рукав горячий воск, оставленные на пыльном полу следы. Пройдясь по ним, наткнулась на скелет в седом от пыли, некогда-то цветном наряде. Том самом, в каком ей явилась призрачная женщина. Похоже, ее задушили цепью, служившей для битья в колокол. Рядом лежала крупная серьга.
— Анжи? – позвал снизу Адамант. – Все в порядке?
— Да подожди ты! – зло отозвалась Анжи и, подобрав подвеску, начала спускаться вниз. – Сто раз уже спрашивал!
— Зачем ты поднималась наверх?
— Избавь меня от вопросов хоть на мгновение!
Дэндалион опешил. Заверив, что не посмеет больше беспокоить, удалился. Анжи отвернулась и закрыла глаза ладонью. Ну за что она с ним так? Зачем нагрубила? Снова прорвались эти проклятые замашки Высшей Знати! Повелевать людьми, ставить себя на ступень выше остальных, считать, что все тебе обязаны подчиняться! Как же она ненавидела себя в подобные моменты. Как презирала это внутреннее Я! Оно всегда вылезало со своей пустой напыщенностью в самые неподходящие моменты. Только с таким трудом удалось его похоронить! И вот оно снова пробудилось от долгой спячки, учуяв это пустозвонное слово – власть. Нашла на ком отыгрываться за свои неудачи! На единственном поддержавшем ее человеке. Все остальные ждали момента, когда она признает себя самозванкой и отречется от рода Эвиса. А Адамант… Чем он провинился?
Она посмотрела на подвеску. Круглая, как плетеное колесо, изборожденная рисунками, та напоминала колодец.
— Дэндалион? – нерешительно позвала Анжи, ступив на лестницу.
— Слушаю, Правительница, – отозвался тот из темноты.
— У меня свеча сгорела, – пожаловалась Анжи, поставив на ступень шандал. – Я сожалею, что посмела тебя обидеть.
— Я тебе неприятен?
Она хотелось сказать решительное – нет! – а вместо этого обронила – да – за что чуть не откусила себе язык. Адамант напоминал о странном замке Валлиса, о птицах-светильниках, о смерти Сильи. Все это она хотела поскорее забыть. Она бежала от того кошмара, а он следовал за ней! Этот человек нес ее ужасные воспоминания. От него даже пахло той страшной кровавой ночью.
Адамант больше ничего не спросил, а Анжи, так как все еще держала предательский язык прикушенным, не осмелилась заговорить.
Все плохо. Это была одна здравая мысль. Они в ловушке. Тут еще Дэндалион, чтоб он пропал со своими обидами в такой неподходящий момент! Да еще она со своими криками и раздражением!
Держась стены, она спустилась в залу и нехотя вышла из башни.
— Адамант! Подожди! – увидев его, воскликнула Анжи и догнала. – Я очень надеюсь, что ты простишь меня.
— Не пристало Правительнице приносить извинения слугам.
— Ты вовсе не слуга! Ты мой верный сателлит.
— Им и останусь, что бы ни случилось.
— Благодарю.
Анжи попятилась: там, где стоял Адамант, мерцали светлые пятна. Глупо, но ей показалось, что она разговаривает с Тафией. И немудрено ошибиться! У ее поверенного в темноте светились радужки! Но ведь этого не может быть…
Она сделала шаг назад и словно оступилась в ямку, но душу заледенило болезненное, сковывающее все внутри падение.
* * *
Она вновь стояла в выжженном сердце колдовской обители.
Из трещин струились светлые полосы, строчащие платье Далькирии. Ее курносый носик и обиженные губки оставались детскими, но в глазах появилась зрелая печаль.
— Мое воззвание осталось без ответа, – заговорила девочка, и Анжи остро ощутила себя виноватой. – Мой дух так долго томится в оковах мертвой земли. Целая вечность в одном и том же дне, в безмолвии и одиночестве. Мой удел веками держать равновесие, чтобы не рухнуло поколебавшееся мироздание. В твоих силах освободить меня. Не позволь крови оросить Чародейское Поле! Не допусти, чтобы на нем посеяли семена смерти!
— Ты просишь нас отступиться от задуманного?
— Нет. Не вы, так другие придут с намерением поквитаться с завоевателями. Но у воинов во главе с Правительницей больше шансов одержать победу, избежав кровопролития на заколдованных землях.
— Видишь ли, я потеряла свое и без того невеликое воинство, – пробормотала Анжи, не желая лишать призрака последней надежды. – Нас восьмеро и к нам больше никто не примкнет. Мы уповали на Лекор, но он оказался пуст. Шансы противостоять Ридоронте ничтожны.
— В таком случае, я буду вам в помощь. Под Лекором покоится во тьме городок Ардора. В нем томится мастер. Ему известно, где спрятан ключ от сундука, в котором он запер особенные доспехи и мечи. Разыщите мастера. Узнайте, где спрятано это магическое творение и добудьте его. Тогда и ввосьмером будете чего-то да стоить.
— На картах городок Ардора не обозначен. Как туда добраться?
— А найденная подвеска тебе не подсказала? Она сделана в виде колодца. Точно такие же стоят за Долендумом – башней Богинь Света. Тот, что будет темнеть, и есть вход в подземелье Ардоры. Ты его не спутаешь. Из него доносятся искаженные, мерзостные звуки и голоса.
— Ясно. Куда пропали жители Лекора и наши сопроводители?
— Прозванные Посланниками слуги Ридоронты налетели на городок среди ночи и убили почти всех жителей Лекора. Спаслись бегством немногие. Тела погибших забрали Ардоровцы. Та же участь постигла и ваших воинов.
— И после этого ты продолжаешь уповать на меня? Думаешь, нам удастся разрешить проблему мирным путем? Или хотя бы выманить Ридоронту из дьявольской долины и сразиться с ней на нейтральной территории? Я взрастила дерево, на коем зреют плоды горя!
— Тебе нужно с этим смириться. Это передала тебе Силья. – Девочка протянула Анжи полупрозрачную дудочку. – Ее прах погребен, дух – свободен. Больше вы не увидитесь. Но если понадобится защита от духов, наиграй что-нибудь, и она поможет.
— Малышка Силья… Тебе известно, где сейчас Гардэя?
— Она тенью бредет за вами следом.
— Мы с ней еще когда-нибудь встретимся?
Далькирия трагично вздохнула и опустила глаза.
— Ступай на восход. Повидайтесь, а я приостановлю время.
— Благодарю.
Она сделала всего несколько шагов и окунулась в сумрак. Вокруг белели стройные деревья и серебрились тропинки. Трава длинным мехом покрывала землю, колышась на ветру. В воздухе висело ароматное летнее тепло.
Анжи с трудом добралась до мелкой реки, разделявшей две одинаковые стены леса. Впереди брезжил отсвет костра. В красноватом, беспокойном свете появился силуэт. Это была Ундина. Она улыбнулась, как могли улыбаться одни Гардэи: ласково, пьяняще и, пройдясь на цыпочках по глади воды, оказалась рядом.
— Будь во здравии, Правительница! – не сдержавшись и обняв Анжи, воскликнула она и тут же отстранилась. – Прости, я тебя заморозила.
— Почему ты меня оставила? – спросила Анжи, борясь со слабостью и головокружением. – Чем тебя обидел Турнен?
— Прости, я не смею о том говорить.
— Мне нехорошо. Еще немного, и я упаду… Где это мы? Какой странный лунный серп. Вон там, над кронами.
— Это – лодка духа принцессы Лунналель. Ты не знаешь это древнее сказание? Когда-то, миллионы лет до сегодняшнего дня…
Гардэя повела ее в сердцевину леса, раскрашенную мазками света.
…На небольшой поляне трепетал костер, окруженный людьми. Рядом стоял сплетенный из тонких прутиков треугольный шалаш. Завидев пришедших, сидевшие венцом незнакомцы замолчали. Все, похоже, забрели сюда из разных миров. Две совершенно одинаковые, белоголовые девушки равнодушно глядели в огонь. Бородатый старик с посохом в руке завлекательно зевал, утомленный разговорами. Молодой мужчина, накинув на голову просторный капюшон, подсев к свету, листал книгу. И лишь пожилая женщина в расписном балахоне и с повязкой на голове, завидев Ундину, поднялась с камня и подошла.
— Это – Хельга, – представила госпожу Гардэя. – Она врачевательница. Хельга, прошу тебя, исцели недуг Правительницы: она задела в лесу репейник-кровосос.