Страница 30 из 60
Казалось, он реально забыл, что оставил меня здесь.
Я промычала что-то бессвязное, и тогда Блэквуд повернул ко мне голову, лежа на спине рядом.
- О... женщина ждет меня в моей постели... чертовски приятно. - Ох, черт, казалось, он реально не соображает. Меня это напугало еще больше его злости и недовольства. - Ты не разговорчива, эйки.
Придурок сам заткнул мне рот. И сам... не помнит?
Ну, слава Господу, он не собирался протягивать ко мне свои грязные руки. Хотя почему-то мне казалось, что до этого не далеко. К тому же... судя по всему, Блэквуд был немного пьян. В смысле, он твердо стоял на ногах, но алкоголь сделал его абсолютно неуправляемым и неадекватным в край.
- Женщина. - Позвал он через несколько секунд. Ну говорю ж - спятил, обращаться ко мне так. - Твоя покорность и безмолвие... как благословение Древних Богов. - Тишина. Я была слишком растеряна и напугана таким его поведением. - От тебя слышать молчание так непривычно. - Слышать молчание! Умора. - Обычно ты яришься как бешеный... непослушный котенок. Знаешь... котята... они такие вездесущие и непослушные. - Боги, он меня действительно пугал. - Однако ты даже это им прощаешь... не знаешь почему? Меня это... интересует в последнее время все чаще. Они чертовски надоедливые... вечно куда-то лезут... а ты им все спускаешь. - Блэквуд, разговаривающий о котятах... клиника. - Никогда не думал, что возьму себе... эйки. За тобой нужен присмотр... м-да. - Мужчина тяжело вздохнул, его голос уже слышался тихим бормотанием. - Эйки... от тебя пахнет моим виски... мне нужен глоток-другой... но в баре ничего не осталось. Все оставшееся на тебе.
Ну все! Скотина! Я не могла терпеть его гадких намеков. Ну от кого угодно, только не от него!
Потому начала дергаться, пытаясь дотянуться до него и вмазать ногой куда-нибудь... где ему будет больнее. А он, скотина самодовольная, лишь рассмеялся быстро вставая с кровати.
- Я думал, ты уже мертва, маленькая женщина. - Тихо посмеивался Блэквуд, обходя кровать, приближаясь ко мне с другой ее стороны. - Покорность - это не про тебя, не так ли? Тише, Шерри-детка, я просто освобожу твой рот. - Поверив ему на слово, я замерла, чувствуя его руки на затылке. И через пару секунду я могла глубоко вздохнуть.
- Не называй меня деткой, Блэквуд-ублюдок! - Выдала я сходу.
- Ты называешь меня Блэквудом, я тебя - деткой. Это честная игра. - Бросил Блэквуд, уходя за дверь, ту, что вела черт знает куда.
Я слышала, как он там копается, явно не собираясь выслушивать мое мнение по поводу 'четной игры'. А я ведь уже набрала воздуха в грудь, чтобы рассказать о том, как... он ошибается, считая данную позицию истинной.
Когда он не появлялся больше минуты мой гнев чуть стих. Мне даже стало интересно, где он шатался все это время. Конечно, я его спрашивать не собиралась... так, просто любопытство. Возможно, это от того, что все эти часы показались мне тут вечностью. Мне даже казалось, что я становлюсь частью интерьера этой Блэквудовской спальни, что даже пахну так же, как все здесь... ну, не считая виски. И с этим надо что-то делать.
Через пять минут мужчина вернулся. Однако нельзя было что-либо разобрать из-за этой темноты.
- Свет. - Проговорила я неохотно. - Включи свет, Блэквуд.
Мужчина непонятно усмехнулся, проходя к тумбочке рядом с кроватью с его стороны. Он что-то поставил на нее с тихим стуком.
- Тебе хочется посмотреть на меня, Шерри-детка?
- Я не люблю темноту, Блэквуд. И так уж получилось, что я не люблю ее... с самого детства, а тебя только пару дней.
- О, мне это льстит. - Промурлыкал мужчина, проходя ко мне, чтобы включить маленькую ночную лампу. - Ведешь себя как маленькая малышка, Шерри.
- Взрослыми вещами я буду заниматься с твоим чертовым повелителем. - Выплюнула я, зажмуриваясь, пытаясь привыкнуть к свету.
Кровать опять прогнулась, а я уже приготовилась выпустить волну недовольства и брани на этого чертового Блэквуда. Я открыла глаза, кидая взгляд в его сторону, и мой рот захлопнулся.
Кажется, он догадался, что мне иногда нужно питаться, потому принес вазу с фруктами, начиная чистить мне апельсин. Вы бы это видели. Блэквуд с маленьким ножом чистит для меня фрукты. Вот это да! А я почему-то вместо смеха, распахнутыми глазами смотрю на его руки.
Бедный... мне его реально стало жалко, потому что он... спятил совершенно.
- Сегодня, эйки, тебе придется ограничиться этим. - Бормотал Блэквуд, словно был утомлен настолько, что ленился даже разговаривать. Он чистил эти фрукты - апельсин, яблоко, резал персики, кладя их на тарелку, а я смотрела на это как на восьмое чудо света. - Мой дом пуст. Совершенно не подготовлен для таких... - Он бросил на меня взгляд исподлобья. - Требовательных, как ты.
- Мне ни черта от тебя не надо. - Получилось не слишком грубо, нет так, как я планировала. Наверное, я до сих пор была слишком шокирована происходящим.
- Твое... высказывание... лишено логики, маленькая женщина. - Продолжал бормотать Блэквуд. - Потому что ты теперь полностью от меня зависишь. Понимаешь?
- Психов обычно довольно трудно понять, Блэквуд.
Он опять посмотрел исподлобья, я же задержалась взглядом на порезе на правой стороне его щеки, который чуть затянулся. А еще по рассеченной брови, а эта ранка была свежей. Кровь запеклась и, кажется, мужчину не волновало, что у него теперь появился новый шрам на лице. Хотя его бы это украсило... Тьфу! О чем я думаю?!
- У тебя был питомец, эйки? - Неожиданный вопрос от него.
Я вспомнила свою кошечку, которая была мне подарена на десять лет родителями. Сколько я тогда слез пролила, умоляя их о домашнем животном. И вот я получила в подарок кошку. Правда... Пика умерла уже через пару лет от чумки.
- Не вижу связи.
- Ты плохо смотришь. - Проговорил Блэквуд, начиная кидать на тарелку виноград. Отрывать ягоду от веточки и укладывать рядом с почищенными фруктами. - Посмотри. Ты... принадлежишь мне. Я, следовательно, должен смотреть за тобой. Ты должна выжить до назначенного дня, следовательно, мне нужно позаботиться об этом. Разве люди не так следят за своими питомцами?
- Ты псих. Конченый. - Не грубо, скорее как констатация факта. - Я не принадлежу тебе, Блэквуд. Это твоя самая жестокая ошибка.
- По всем законам природы ты принадлежишь мне, Шерри-детка.
Меня сейчас стошнит от слащавости этого его 'детка'.
- А по законам США - нет. И тебя бы упекли за решетку лет на... десять точно.
- Законы США, эйки, даже не нужно ставить рядом с законами природы. Не оскорбляй нашу великую мать. Вы люди - прах, пыль... ваши законы еще ниже и ничтожнее. А теперь скажи мне, что может быть ничтожнее пыли?
- На ум приходишь только ты со своим... - другому бы я сказала 'членом'. Но не Блэквуду. Он бы не понял. Точнее понял бы неправильно. - Законом!
Он как-то непонятно на меня посмотрел, скривив губы в ухмылке.
- Мой Закон велик, эйки. Он и твой закон. Вы все ему подчиняетесь. А теперь молчи. Не говори ничего. - Он придвинулся ближе, беря в руки дольку мандарина. По виду фрукт был невероятно сочным и сладким. Рот наполнился слюной, я уже представляла, как лакомство оказывается у меня во рту...
- Иди ты к черту, я не буду есть с рук. Ты ведь не такой идиот, чтобы думать, что я... - Чтоб тебя!
Но когда долька попала в рот, я уже забила на мужчину.
Это было райской едой, воистину. После дня на одном воздухе этот мандарин был просто пищей богов.
Я хотела еще, но... это означало покорится ему. И я не знала, что я хочу больше - есть или же еще поскандалить с Блэквудом.
- Отвяжи мо... - Он издевается!
Но, ладно, я спущу ему это с рук.
- Тише. Я же сказал, эйки. Ничего не говори.
- Да пошел...
А мне начинало уже это нравиться. А это яблоко... из Эдема, воистину.