Страница 53 из 91
– Спасибо, Ваша честь. Итак, из нашего разговора, мистер Сандерс, можно сделать вывод, что, хотя вы и чувствовали, что можете потерять нынешнюю должность, мисс Джонсон не давала вам оснований для подобного утверждения.
– Нет, не давала.
– А мистер Блэкберн?
– Не давал.
– Кто-нибудь еще?
– Нет.
– Хорошо. Давайте поговорим о другом. Скажите, как на вашей шестичасовой встрече оказалась бутылка вина?
– Мисс Джонсон сказала, что она принесет вино.
– Вы просили ее об этом?
– Нет, это была ее инициатива.
– И как вы на это отреагировали?
– Да не знаю, – пожал плечами Сандерс. – Никак, в общем-то.
– Вам эта идея пришлась по душе?
– Мне было как-то все равно…
– Тогда позвольте мне сформулировать вопрос по-другому: когда вы услышали, что такая привлекательная женщина, как мисс Джонсон, собирается выпить с вами после работы по глотку вина, о чем вы подумали?
– О том, что она – мой начальник и что мне лучше принять ее предложение.
– И это все?
– Да, все.
– А не говорили ли вы кому-либо о том, что хотите провести с мисс Джонсон романтический вечерок вдвоем?
Сандерс, удивленный, выпрямился:
– Нет…
– Вы в этом уверены?
– Да, – кивнул Сандерс. – Я не понимаю, к чему вы клоните.
– Мисс Джонсон ранее находилась с вами в интимных отношениях?
– Да…
– А не хотели ли вы возобновить вашу прежнюю, скажем, дружбу?
– Нет, не хотел. Я просто надеялся, что мы сможем найти общий язык, чтобы впоследствии избежать недоразумений по работе.
– А что, это трудно? Я бы, наоборот, предположил, что, имея за спиной такой богатый опыт взаимного общения, вы быстро и легко сработаетесь…
– Ну, в общем-то, как раз наоборот. Это довольно не удобно.
– В самом деле? Почему же?
– Ну… Как вам сказать… Фактически я ведь никогда с ней вместе не работал. Наши отношения были совершенно из другой области, и я чувствовал определенное неудобство…
– Как закончились ваши прежние отношения с мисс Джонсон?
– Ну, мы просто… вроде как разошлись.
– В тот период времени вы проживали вместе?
– Да. Ив наших отношениях были и взлеты и падения, пока наконец мы оба не почувствовали, что нам нужно разойтись в разные стороны. Что мы и сделали.
– И никаких обид?
– Нет.
– Кто кого оставил?
– Насколько я помню, это была обоюдная инициатива.
– А чья была идея разъехаться?
– Я думаю… В общем-то, я не помню точно, но, кажется, моя.
– Значит, когда ваша связь десять лет тому назад прервалась, ни у кого из вас не осталось чувства неловкости от факта расставания?
– Нет.
– А сейчас вы чувствуете себя неловко?
– Конечно, – пояснил Сандерс, – поскольку характер наших нынешних отношений в корне отличается от того, что был десять лет назад.
– Вы подразумеваете то, что мисс Джонсон теперь стала вашим начальником?
– Да.
– Вас это рассердило? Я имею в виду ее назначение.
– Немного.
– Совсем немного? Или все-таки сильнее, чем немного?
Фернандес выпрямилась и собралась было запротестовать, но Мерфи метнула в ее сторону предупреждающий взгляд, так что та только подставила под подбородок сложенные кулаки и промолчала.
– У меня было много разных чувств, – сказал Сандерс. – Я был и расстроен, и разочарован, и смущен, и обеспокоен…
– То есть хотя вы и испытывали много разных противоречивых чувств, вы тем не менее уверены, что ни при каких обстоятельствах не предусматривали возможность вступить с мисс Джонсон тем вечером в интимные отношения?
– Да, уверен.
– Вам это и в голову не приходило?
– Нет, не приходило.
Пауза. Хеллер порылся в своих бумагах и снова поднял глаза:
– Вы ведь женаты, не так ли, мистер Сандерс?
– Да, женат.
– Звонили ли вы вашей жене для того, чтобы сказать, что у вас будет поздняя встреча?
– Да.
– Рассказали ли вы ей, с кем собираетесь встретиться?
– Нет.
– Отчего же?
– Моя жена ревнует меня к моим прежним знакомым. У меня не было желания заставлять ее нервничать или тревожиться.
– Вы хотите сказать, что, если бы вы сообщили ей о встрече с мисс Джонсон, она могла бы подумать, что решили возобновить вашу сексуальную связь?
– Я не знаю, что она могла бы подумать, – огрызнулся Сандерс.
– Но, во всяком случае, вы не стали говорить супруге о мисс Джонсон.
– Нет, не стал.
– А что же вы ей сказали?
– Я сказал ей, что мне предстоит поздняя встреча и что я приеду домой поздно.
– Как поздно?
– Я сказал, что встреча продлится до ужина, а то и позже.
– Ясно. А что, мисс Джонсон предлагала вам поужинать?
– Нет…
– Значит, когда вы звонили своей жене, вы предполагали, что ваша встреча с мисс Джонсон затянется допоздна?
– Нет, – ответил Сандерс, – я не предполагал. Но я не знал точно, когда освобожусь. А моей жене не понравилось бы, если бы я позвонил ей, сказал, что задерживаюсь на час, а через некоторое время позвонил бы снова и заявил, что задерживаюсь уже на два часа. Это бы ее рассердило, так что намного проще было, если бы я просто сказал, что буду после ужина. Она бы не дожидалась меня, а если бы я вернулся домой раньше – что же, тем лучше.
– Это ваша обычная практика в отношениях с женой?
– Да.
– Ничего необычного?..
– Нет.
– Иными словами, это ваша обычная линия поведения – лгать жене, поскольку вы считаете, что она все равно не сможет должным образом принять правду.
– Протестую! – воскликнула Фернандес. – Не вижу никакой связи.
– Да ее здесь и нет, – рассерженно подтвердил Сандерс.
– А как же понимать ваши слова, мистер Сандерс?
– Ну посудите сами: в каждой семье есть свои определенные методы сглаживать острые углы. У нас в семье принято делать так, как я сказал. Это не имеет никакого отношения к обману жены, это просто вопрос ведения домашнего хозяйства.
– А разве вы не солгали, когда при встрече с женой умолчали о встрече с мисс Джонсон?
– Протестую! – вмешалась Фернандес. Мерфи сказала:
– Я полагаю, что об этом достаточно, мистер Хеллер.
– Ваша честь, я только пытаюсь доказать, что мистер Сандерс намеревался довести встречу с мисс Джонсон до понятного всем нам конца, что подтверждается всем его поведением, и, в дополнение к этому, показать, что он, как правило, относится к женщинам с презрением.
– Вам не удалось этого показать, – возразила Мерфи. – Вы не смогли даже приготовить почву для подобного утверждения. Мистер Сандерс изложил свои причины, и в отсутствие серьезных аргументов против я принимаю их. Или у вас есть серьезные аргументы?
– Нет, Ваша честь.
– Прекрасно. И прошу вас обратить внимание на то, что пристрастные и необоснованные характеристики не могут способствовать достижению взаимоприемлемого решения.
– Да, Ваша честь…
– И я хочу, чтобы всем было ясно: это разбирательство потенциально опасно для обеих сторон – и не только своими последствиями, но и самим фактом разбирательства. В зависимости от того, что мы решим, может статься, что мисс Джонсон и мистеру Сандерсу в будущем все-таки придется работать вместе. Я не могу допустить, чтобы ход настоящего разбирательства отравил их отношения. Дальнейшие необоснованные обвинения, поступившие от любой из сторон, могут привести к тому, что я прерву наше заседание. У кого-нибудь есть вопросы по поводу сказанного мной?
Вопросов не было.
– У вас, мистер Хеллер?
Хеллер откинулся на спинку стула:
– Никаких вопросов, Ваша честь.
– Вот и прекрасно, – сказала судья Мерфи. – Тогда объявляю перерыв на пять минут, а после него заслушаем версию мисс Джонсон.
– Вы держитесь отлично, – сказала Фернандес. – Просто отлично. Голос сильный, ровный, уверенный. Вы провели хорошее впечатление на Мерфи. Все прекрасно.
Они с Сандерсом стояли во дворике около фонтана. Сандерс чувствовал себя как боксер в перерыве между раундами, которого накачивает его тренер.