Страница 19 из 91
– Никто не может это прекратить, – ответил Сандерс.
– Может, Мередит? – ухмыльнулся Черри.
– Она начальник, – пожал плечами Сандерс.
– Ага. Кстати, а тебе-то что нужно было?
– Твои диагностики работают с образцами «мерцалок»?
– Точно. Или, правильнее будет сказать, мы работаем над обломками и ошметками, которые нам остались после того, как над аппаратами повозились косорукие клоуны Ливайна. Какого черта машинки сначала отдали конструкторам? Никогда, повторяю, никогда не допускай конструкторов до электронных приборов, Том. Пусть они рисуют картинки на листочках бумаги. И смотри, не давай им больше одного листочка за раз!
– Что ты там нашел? – нетерпеливо спросил Сандерс. – В дисководах?
– Ничего пока, – ответил Черри, – но у нас есть идеи, которые нужно обмозговать.
– И поэтому вы потребовали у Артура Кана, чтобы он прислал вам десять аппаратов, запечатанных на фабрике?
– Ты прав, как всегда.
– Кан ломает голову, зачем тебе это нужно.
– Да ну? – равнодушно спросил Черри. – И пусть себе ломает. Это ему на пользу: меньше будет времени на разные неприличные вещи.
– Меня это тоже интересует.
– Заметно, – сказал Черри. – Возможно, наши идеи и окажутся мыльным пузырем. В настоящее время у нас нет ничего, кроме одного подозрительного чипа. Это все, что нам оставили клоуны Ливайна. Не от чего отталкиваться.
– Чип плохой?
– Нет, чип прекрасный.
– Что же в нем подозрительного?
– Слушай, – сказал Черри, – вокруг этой работы уже полно слухов. Я могу единственное сказать: мы над этой проблемой работаем, но результат пока нулевой. Это все. Завтра или в среду мы получим новые дисководы и будешь знать ответ через час. Устроит?
– Но проблема-то хоть большая или маленькая? – взмолился Сандерс. – Нужно же что-то говорить на завтрашнем совещании.
– Так и придется ответить: «Не знаем». Это может означать все, что угодно. Мы над этим работаем.
– Артур считает, что проблема может оказаться очень серьезной.
– Может, Артур и прав. Разберемся. Это все, что могу тебе сейчас сказать.
– Дон…
– Я понимаю, тебе нужен ответ, – сказал Черри. – А вот ты можешь понять, что у меня его нет?
– Тогда бы ты мог мне просто позвонить, – посмотрел на него Сандерс. – Почему же ты пришел сюда сам?
– Раз уж ты спросил… – ответил Черри. – У меня тоже маленькая неприятность. Довольно деликатная ситуация – случай сексуального преследования.
– Еще один? Похоже, у нас этим только и занимаются.
– И не только у нас, – подтвердил Черри. – Я слыхал, что прямо сейчас в «ЮниКом» разбирается четырнадцать таких дел. В «Диджитал Грэфикс» и того больше, и в «МикроСайм»… Они там все свиньи. Но я бы хотел, чтобы ты с этим разобрался.
– Ладно, давай, – вздохнул Сандерс.
– Одна из моих групп занимается доступом к удаленным базам данных. Персонал уже в возрасте – от двадцати пяти до двадцати девяти лет. Инспектор подразделения факс-модемов, женщина, положила глаз на одного парня и захотела с ним встретиться; думала, он от нее тащится. Он ее продинамил. Сегодня во время ленча она перехватила его на автостоянке: он опять сказал «нет». Так она села в свою машину, разогналась, вмазалась в его тачку и уехала. Никто не пострадал, и парень не собирается подавать жалобу. Но он, ясное дело, беспокоится, не пойдет ли она дальше. Пришел ко мне посоветоваться. Что мне делать?
– Ты думаешь, все так и было? – нахмурился Сандерс. – Она начала беситься оттого, что он ее отверг? А может, он ее чем-то спровоцировал?
– Вряд ли. У него фантазии не хватит выдумать. Такой, знаешь ли, простачок, просто шут гороховый.
– А женщина?
– Дамочка с характером, это без вопросов. Она и в группе иногда шороху задает. Я с ней уже проводил беседы по этому поводу.
– А что она говорит по поводу инцидента на автостоянке?
– Не знаю. Тот парень просил с ней об этом не говорить. Говорит, что и без того расстроен и не хочет усугублять.
– Ну и что ты можешь сделать? – задумался Сандерс. – Люди обижены, выносить на люди сор не хотят… Не знаю, Дон. Все же я думаю, что если женщина разбила автомобиль парня, то он должен был бы что-то предпринять. Может быть, он, скажем, переспал с ней разок, а потом дал отбой, и она распсиховалась. Мне это так видится.
– Мне тоже, – согласился Черри, – хотя, возможно, мы не правы.
– А что с автомобилем?
– Да ничего серьезного. Стоп-сигнал разбит. Парень просто боится, как бы чего похуже не произошло. Итак, я, дело замну?
– Если он не зарегистрирует жалобу, я бы замял.
– Поговорить с ней по душам?
– Не стоит. Ты ее обвинишь – пусть и неформально – в нарушении приличий и сам напросишься на неприятности. И никто тебя не поддержит, потому что, возможно, этот парень все-таки чем-то ее спровоцировал.
– Даже если он утверждает обратное?
Сандерс вздохнул.
– Дон, они всегда говорят, что ничего не делали. Я никогда не слышал о таком оригинале, который бы честно сказал: «Я сам это заслужил». Не бывало такого.
– Значит, спустить на тормозах?
– Напиши на всякий случай справку о том, что парень тебе рассказывал, охарактеризуй ее как безосновательную и забудь.
Черри кивнул и пошел к двери. Уже у выхода он обернулся:
– Ты мне вот только что скажи: с чего это мы оба убеждены в том, что парень сам нарвался?
– Просто прикинули вероятность, – ответил Сандерс. – А теперь иди и займись этим чертовым дисководом.
В шесть часов вечера Сандерс попрощался с Синди и, собрав папки с материалами по «мерцалкам», отправился на пятый этаж на встречу с Мередит. Солнце еще висело высоко в небе, бросая свет через стекла окон, и казалось, вечер еще не наступил.
Мередит заняла большой угловой кабинет, который прежде занимал Рон Голдмен. Секретарша у Мередит была новая, и Сандерс решил, что она приехала вместе со своей шефиней из Купертино.
– Я Том Сандерс, – представился он. – У меня назначена встреча с мисс Джонсон.
– Я Бетти Росс из Купертино, мистер Сандерс, – ответила секретарша и посмотрела на Сандерса. – Не нужно комментариев.
– Хорошо.
– А то все что-нибудь говорят. Что-нибудь насчет флага. Меня тошнит от всего этого.
– Ладно.
– И так всю жизнь.
– Хорошо. Прекрасно.
– Я доложу мисс Джонсон, что вы пришли.
– Том! – приветственно помахала рукой Мередит, продолжая держать в другой руке телефонную трубку. – Входи, присаживайся.
Окна ее кабинета выходили на центральную часть Сиэтла: вышка космической связи, башни Эрлай, здание СОДО. В лучах заходящего солнца город выглядел восхитительно.
– Я сейчас закончу. – Мередит вернулась к прерванному приходом Сандерса телефонному разговору. – Да, Эд, ко мне как раз пришел Том, и мы с ним все это проработаем. Да. Он принес с собой все документы.
Сандерс держал в руке манильский конверт с данными по дисководам. Мередит показала ему рукой на открытым чемоданчик, лежавший на углу ее стола, предлагая положить конверт туда.
– Да, Эд, я думаю, что совещание пройдет гладко, – продолжала Мередит. – И я определенно не вижу никаких признаков того, что у кого-то есть желание отыграть назад… Нет-нет… Ну это мы можем сделать сразу же с утра, если вас это устроит.
Сандерс положил свой конверт в чемоданчик.
– …Правильно, Эд, правильно. Абсолютно верно, – продолжая говорить, Мередит подошла к Сандерсу и боком присела на краешек стола так, что ее юбка цвета морской волны скользнула вверх, открывая бедро. Чулок на ногах не было. – …Все согласны, Эд, что это очень важно. Да.
Она поболтала ногой, раскачивая туфлю на высоком каблуке, повисшую на кончиках пальцев, и улыбнулась Сандерсу. Тот, чувствуя себя весьма неудобно, слегка отодвинулся.
– …Это я вам обещаю, Эд. Да. На сто процентов. – Мередит положила трубку на рычажки аппарата, стоявшего за ней, для чего ей пришлось откинуться назад, развернувшись таким образом, что ее груди отчетливо обозначились под шелковой блузкой.