Страница 125 из 126
– И это еще не все?
– Не все. Нам нужен новый механизм спонсирования научных исследований. Ведь в настоящее время ученые находятся примерно в том же положении, что художники эпохи Ренессанса, писавшие портреты, следуя пожеланиям их господ. И чаще всего им хватало ума польстить в этом портрете господину. Ну, не слишком грубо. Зачастую была тонкая, даже изысканная лесть. И в тех областях науки, что тесно связаны с политикой, надежной исследовательской системы не существует. Потому как стоит решить какую-то проблему, финансирование тут же прекращается. Все это тоже необходимо изменить.
– Но каким образом?
– Есть кое-какие идеи. Надо заставить ученых по-другому взглянуть на финансирование. Сделать их независимыми от этого финансирования. И выделенные деньги надо распределять разумно. В тех областях науки, что тесно связаны с политикой, можно создать сразу несколько групп ученых, проводящих одно и то же исследование, но независимо друг от друга. Почему нет, если это действительно так важно для общества? И потом, надо еще изменить систему подачи материалов в научных журналах. Почему бы, к примеру, не публиковать в одном выпуске и саму статью, и комментарии к ней с другими мнениями? А также обзоры, показывающие подход к этой проблеме в разное время? Это быстро охладит пыл тех, кто привык делать необдуманно сенсационные заявления. Научные журналы надо вывести из-под зависимости от политики. Ведь до сих пор многие редакторы таких изданий в открытую становятся на ту или другую сторону по ряду вопросов. Так не годится.
– Что-то еще? – спросил Эванс.
– Еще перед нами стоит проблема навешивания ярлыков. У нас находятся ученые, могущие написать, к примеру, следующее: «Считаем, что антропогенные парниковые газы и сульфаты оказывают значительное воздействие на изменение уровня моря». И все это звучит так, словно они лично выезжали на место и занимались замерами. На самом деле – ничего подобного. Все это лишь рассуждения, продиктованные результатами компьютерного моделирования, и они пытаются выдать рассуждения и предположения за свершившийся факт. Эту проблему тоже следует исправить. Лично я предпочел бы такой штамп, предваряющий подобного рода публикации: «ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: КОМПЬЮТЕРНОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ НЕ ПРОВЕРЕНО И МОЖЕТ БЫТЬ ОШИБОЧНО». Ну, типа предупредительной надписи на пачке сигарет. Если разместить такую же на газетных статьях или же где-нибудь в уголке телевизионного экрана во время выпуска новостей, будет, мне кажется, намного честнее. «ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: СПЕКУЛЯЦИЯ ЧИСТОЙ ВОДЫ, ФАКТАМИ ПОКА НЕ ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ». Представляешь себе первые полосы газет, сплошь пестрящие такими штемпелями?
Эванс улыбался уже во весь рот.
– Какие еще будут идеи?
– Есть еще несколько, – ответил Мортон. – Все они очень важны и носят обобщенный характер. Совершить все это будет очень трудно. Нам придется преодолевать множество препятствий. У нас тут же найдется масса врагов, нас будут саботировать, унижать, смешивать с грязью. Обзывать разными нехорошими именами. Истеблишмент такого не потерпит. Газеты поднимут вой, над нами будет издеваться всяк кому не лень. Но рано или поздно к нам потекут деньги, а все потому, что мы начнем выдавать результат. И тогда все сразу заткнутся. В один прекрасный день мы проснемся знаменитыми, и вот это будет самым страшным испытанием.
– Ну а потом?
– О, не стоит заглядывать так далеко. К тому времени меня уже не будет в живых. К тому времени вы с Сарой будете руководить организацией уже лет двадцать. И последней вашей задачей станет ее роспуск. Он необходим, чтобы наша организация не превратилась в еще одну выдохшуюся старую природоохранную контору наподобие тех, что существуют сейчас. Изрекающие устаревшие мудрости, напрасно тратящие средства и приносящие больше вреда, чем пользы.
– Понимаю… – протянул Эванс. – Ну а что делать потом, когда она будет распущена?
– Найти какого-нибудь умного блестящего молодого человека или девушку, заразить его своими идеями. И пусть он или она займутся тем, что необходимо уже следующему поколению.
Эванс вопросительно взглянул на Сару. Она пожала плечами:
– Мне кажется, тут без вариантов.
Через полчаса они долетели до берегов Калифорнии. Из иллюминаторов был виден коричневатый туман, повисший над океаном. По мере приближения к земле он становился все плотней и гуще. И вот наконец показались огни города, они тянулись на многие мили, насколько хватало глаз. Но их затеняла пелена смога.
– Похоже на ад, верно? – заметила Сара. – Просто не представляю, как наш самолет сможет здесь приземлиться.
– Я же сказал, работы у нас непочатый край, – пробормотал Мортон.
И вот самолет приземлился в Лос-Анджелесе. Посадка была мягкой…
ОТ АВТОРА
Роман, подобный «Государству Страха», где нашли отражение самые разные взгляды на природоохранную проблему, может вызвать у читателя законное недоумение: каких же именно взглядов на проблему придерживается сам автор? На протяжении трех лет перед его написанием я читал научные материалы по проблемам экологии, что само по себе уже является занятием изнурительным и могущим привести человека в полное смятение мыслей. Зато мне представилась возможность ознакомиться с массой данных и, уже исходя из этого, сформировать собственную точку зрения. А заключается она в следующем.
Мы удивительно мало знаем об отдельных аспектах окружающей среды как в прошлом, так и нынешнем ее состоянии; почти ничего не знаем о том, как следует ее сохранять и защищать. В каждом споре на эту тему все стороны преувеличивают значение существующих данных и знаний, относятся к ним со слишком большим доверием.
Содержание углекислого газа в атмосфере увеличивается, одной из возможных причин является деятельность человека.
Мы также пребываем где-то в середине периода естественного глобального потепления, начавшегося около 1850 года, после четырехсотлетнего периода похолодания, известного под названием «малый ледниковый период».
Никто не знает, можно ли отнести настоящее потепление к явлению естественному, и если да, то до какой степени.
Никто не знает, в какой степени это явление вызвано хозяйственной деятельностью человека. Никто не знает, будет ли иметь место потепление в следующем столетии и насколько сильным оно будет. Компьютерное моделирование выявило расхождения до 400% – твердое доказательство того, что никто ничего не знает. Но если строить догадки – а это единственное, чем все в настоящее время и занимаются, – я бы предположил, что потепление составит в среднем 0,812435 градуса Цельсия. И нет никаких свидетельств в пользу того, что это мое предсказание на будущее столетие чем-то лучше или хуже остальных. (Мы не способны ни «оценить» будущее, ни «предсказать» его. Все это эвфемизмы. Мы можем лишь строить догадки. Догадка даже хорошо информированного человека все равно остается всего лишь догадкой.) Считаю, что отчасти нагревание поверхности может быть вызвано хозяйственной деятельностью человека. Считаю, что главное воздействие «человеческого» фактора происходит в области землепользования. И что атмосферный компонент тут значительной роли не играет.
Перед принятием каких-либо дорогостоящих политических решений на основе климатических моделей я бы посоветовал следующее: будет куда разумнее, если мы потребуем, чтоб эти модели аккуратно предсказывали температуры хотя бы на период в десять лет. Хотя лучше двадцать.
Думаю, что люди, верящие в неминуемое сокращение ресурсов в самом ближайшем будущем – и это после почти двухсот лет ложной тревоги, – в лучшем случае глубоко заблуждаются. Не знаю, можно ли объяснить все эти сегодняшние заблуждения невежеством, незнанием истории, слепым догматизмом, ненормальной приверженностью к теориям мальтузианства или же просто обычной глупостью, но факт остается фактом: в эти расчеты еще издавна вкралась ошибка.
Есть много причин отказаться от ископаемых видов топлива, и в следующем столетии мы непременно придем к этому, причем без законодательных запретов, финансовых стимулов, без программ по консервации угольных и нефтяных месторождений, без этого бесконечного нытья сторонников насаждения в обществе разных страхов. Насколько мне известно, в начале двадцатого века гужевой транспорт никто не запрещал.