Страница 11 из 62
Сам Шулер отзывался о евреях как о «сдохшей козлоподобной падали». Козлоподобным, как правило, представляли сатану, а потому демонизация евреев представлялась Шулеру логичным шагом в борьбе между светом и тьмой. Впрочем, несмотря на подобные высказывания, в частной жизни у Шулера никогда не возникало никаких проблем с евреями. Он не возражал, чтобы они присутствовали среди слушателей — хотя очень часто бурно и невыдержанно реагировал на своих чисто немецких последователей.
Глава 3
МИСТИЧЕСКИЕ ИДЕИ ДЛЯ КОНКРЕТНОЙ ПОЛИТИКИ
Итак, национал-социализм и Альфред Шулер. На первый взгляд кажется, что между ними нет ничего общего. Но это весьма поверхностное суждение. Почему же тогда немецкие исследователи среди прочих «нацистских пророков» — Отто Рана, Карла Марии Вилигута, Юлиуса Эволы, Гвидо фон Листа, Йорга Ланца фон Либенфельса, Рудольфа Зеботгендорфа — особо выделяют фигуру Альфреда Шулера, помещая ее на первое место в этом списке. На первое место не только по хронологии, но и по значению.
Тема влияния гностицизма на национал-социализм еще ждет своего исследователя. Потребуется, пожалуй, не один год, чтобы осуществить междисциплинарный исследовательский проект, в котором бы самым подробным образом были изучены все следы гностических идей, оказавших влияние на национал-социализм в период его становления и развития. Достаточно даже беглого взгляда на нацистскую элиту, чтобы убедиться в том, что гностические элементы достаточно глубоко проникли в национал-социалистическое движение. При этом не стоит забывать, что гностицизм был всего лишь одним из фрагментов в идеологической мозаике нацизма. Он соседствовал со многими другими факторами, которые превратили германский национал-социализм в некий феномен, легко узнаваемое историческое явление. Здесь можно назвать и социал-дарвинизм, и социально-исторические процессы, происходившие во всем мире, и конкретные условия внутренней и внешней политики Германии в первой трети XX века, и психология масс, и даже биография отдельных из нацистских бонз.
Одна нельзя не отметить, что первые попытки срастить европейское гностическое наследие с расистскими установками было предпринято далеко за пределами Германии. Рано или поздно нам бы пришлось столкнуться с гражданкой США русского происхождения — Еленой Блаватской (1831–1891). Именно она в своей «Тайной доктрине» разработала систему коренных рас. В свое время на нее произвел неизгладимое впечатление вполне безобидный фантастический роман Эдварда Бульвер-Литтона «Грядущая раса». В своей «Тайной доктрине» Блаватская упоминала эту художественную утопию чаще других произведений. Именно этот роман подтолкнул основоположницу теософии к мысли о создании новой расы: «Оккультная философия учит, что именно сейчас, как раз на наших глазах, происходит создание новой расы и новая раса подготавливается, чтобы уже втайне преобразоваться в Америке». Центральным стержнем ее произведений являлся обзор происхождения человека. Впервые на немецком работы Блаватской были опубликованы в 1903 году. В них рассказывалось о существовании пяти «коренных рас», которые разделились на некоторые подрасовые виды: «Первая раса не имела никакой собственной истории. То же можно сказать и о второй расе. Поэтому, прежде чем начать историческое описание нашей собственной пятой расы, мы должны уделить тщательное внимание лемурам и атлантам». В доктрине Блаватской определенную роль играли и арийцы: «Мы находим последних атлантов, смешавшихся с арийским компонентом 11 тысяч лет до нашей эры. На это указывают огромный охват территории расой, последовавшей за ними». Египтяне, греки и римляне объявлялись Блаватской остатками атланто-арйицев. Блаватская разделяла расы на «высокоинтеллектуальные» и «низшие расы, от которых еще осталось несколько схожих явлений — как быстро вымирающие австралийский аборигены». Именно Блаватская впервые совместила миф об Атлантиде с расовой теорией. Именно она впервые смешала спиритуализм и расизм. Можно говорить о мощном мистическом импульсе в развитии расизма. Именно Блаватская придала ему новое звучание. Использование исторических мифов вызвало к жизни «расовую мистерию».
Но, собственно говоря, что являет собой расизм? Различия людей по их цвету кожи? Или нынешнее понимание расизма не сводится только к физическим признакам? Патрик фон Мюлен дал, наверное, самое исчерпывающее понятие расизма. Расизм определяется как групповой конфликт, в котором индивидууму приписывается действительное или предполагаемое происхождение, а также на основе действительной или предполагаемой наследственности придаются неизменно действующие физические и психические свойства и групповые признаки.
Развивая эту тему, мы неизменно должны были столкнуться с Рудольфом Штайнером, который, сначала являясь теософом, затем разработал собственное учение, названное антропософией. В 1920 году Штайнер опубликовал в берлинском «Теософском издательстве» небольшую книжку, которая назвалась «Наши атлантические предки». В ней он собирался изложить тайные знания «Хроники Акаша». Этот мифический документ, который нельзя было найти ни в одной библиотеке, упоминала в «Тайной доктрине» и Елена Блаватская. Так вот, эта хроника определялась теософами как «существующая универсальная душа, матрица Вселенной, магическая мистерия, из которой рождено все». Очень несложно узнать в этих словах уже знакомый гностический мотив, когда из универсальной души рождается все существующее в мире. Так что же сообщает нам Штайнер, ссылаясь на этот таинственный источник? «Предки атлантов жили на исчезнувшей части света, основной участок которой лежал к югу от нынешней Азии. В теософских работах его называют Лемурией. После того, как Лемурия прошла через различные стадии развития, она пребывала в упадке. Ее население стало хиреть. Потомков [этой расы] можно встретить и сейчас в определенных частях света, среди так называемых диких народов… Пока основная масса атлантов пребывала в упадке, некоторые из них произвели так называемых арийцев, к которым принадлежит наша современная человеческая культура. Лемуры, атланты, арийцы являются, согласно тайным наукам, коренными расами человечества». «Посланцы других богов помогали Ману [творцу коренных рас] вывести отдельные жизни и работать над развитием новой расы». «И только из последних двух [рас] Ману действительно смог создать зародыш новой расы. Затем он удалился, чтобы усовершенствовать ее, в то время как другие смешивались с остальным человечеством. От упомянутого небольшого числа людей, которые в последний момент собрались вокруг Ману, затем происходит все, что до нынешних дней создается истинными зародышами прогресса пятой расы. Однако во всем развитии этой пятой коренной расы можно найти две характерные черты. Одна черта обычно присуща людям, воодушевленным высокими идеями, которые рассматривают себя в качестве детей мирового божественного царства. Другая — проявляется у тех, которые думают только о личных интересах и собственной корысти». Отметим, что здесь велась речь не о трансцендентных сущностях или давно исчезнувших народах и этносах. Штайнер говорил о существующих людях: диких потомках лемуров, носителях культуры — арийцах, расе людей, которая носила в себе зародыши прогресса. Обе группы людей, которые выводились из теософской расовой системы, не сгинули в прошлом, а продолжают существовать и по сей день. По крайней мере, так утверждал Штайнер. В данной ситуации Штайнер видоизменил гностическую схему деления человечества. Он сделал ее дуалистической, разделил людей на две группы. С одной стороны — воодушевленные люди «мирового божественного царства», а с другой стороны — стяжатели прибыли и корыстолюбцы, которых можно интерпретировать как воплощение материи. На основе настоящего или предполагаемого различного происхождения человеческим группам приписывались особые физические (захиревшая раса) и психические (воодушевленные люди) свойства. Если взять приведенное выше определение расизма, то мы обнаружим, что построения Рудольфа Штайнера были типично расистскими. Харальд Штром в своей книге «Гнозис и национал-социализм» комментирует эти мысли Штайнера: «Многие из идей Штайнера были сомнительными, но не опасными, по крайней мере, пока толпа его приверженцев не воспринимала их как бесспорную истину».