Страница 19 из 58
- Да, сделал, - отзывается Анна. Затем ее голова поворачивается вокруг своей оси и щелкает. На секунду ее волосы вьются, словно живые змеи. – Но ты не сможешь.
Она знает, что мертва. Это интересно. Потому что большинство призраков не могут этого осознать. Большинство из них ведут себя агрессивно и напугано, и отпечаток ложится на них тяжким грузом. Конечно, вы можете с ними разговаривать, но они обычно принимают вас за чужого. Ее осведомленность меня поражает, поэтому я обращаюсь к ней, пытаясь выиграть время.
- Милая, мой отец и я уничтожили больше призраков, чем ты можешь себе представить.
- Я единственная в своем роде.
Когда она отвечает, я слышу нотку гордости или что-то похожее в ее голосе. Гордость с оттенком горечи. Я молчу и предпочитаю, чтобы она не знала, насколько права. Я никогда не встречался с призраками, похожими на Анну. В ней плещется безграничная сила наряду с ее набором хитростей. Она не ловкий фантом, разозлившийся на то, что ее застрелили. Она сама смерть, страшная и жестокая, и, даже когда она заляпана кровью и на ней проступают вены, я все равно на нее смотрю.
Но я не боюсь ее. Все, что мне нужно, это один точный удар. Сейчас она находится вне досягаемости моего атаме, и, если я к ней подберусь ближе, она, как и все остальные другие призраки, проворно растает.
- Возможно, тебе следует обратиться за помощью к отцу, - говорит она. Я сжимаю лезвие.
- Он мертв.
Непонятное выражение мелькнуло на ее лице. Не могу поверить, но я разглядел то ли сожаление, то ли смущение.
- Мой отец тоже умер, когда я была ребенком, - приглушенно говорит она. – Шторм на озере.
Я не мог позволить ей продолжать в том же духе. Я ощущаю, как в моей груди что-то смягчается, перестает полностью грохотать. Ее сила делает уязвимость трогательной. Меня это не должно касаться.
- Анна, - проговариваю я, и ее глаза смотрят в мои. Я поднимаю нож, и он вспышкой отражается в ее глазах.
- Иди, - приказывает она, королева темного замка. – Не хочу убивать тебя. И по некоторым причинам, кажется, я не должна этого делать. Поэтому уходи.
Вопросы роем кружатся в моей голове, но я упорно стою на месте.
– Я не уйду, пока ты не покинешь этот дом и не отправишься в землю.
- Я никогда не лежала в земле, - она шипит сквозь зубы. Ее зрачки темнеют, чернота клубится вихрем, пока белое полностью не исчезает. Вены пересекают щеки и добираются до виска и горла. Кровь пузырится на коже и стекает по всей ее длине, с широкой юбки капая на пол.
Я вонзаю нож и чувствую, как что-то тяжелое обволакивает мою руку, затем меня швыряют об стену. Твою ж мать. Я даже не заметил ее передвижения. Она все еще парит посреди комнаты, где только что находился я. Мое плечо болит в том месте, где соприкоснулось со стеной. Так же, как и моя рука, за которую ухватилась Анна. Но я достаточно упрямый, поэтому поднимаюсь и иду снова на нее, теперь пытаясь не просто ее убить, а хотя бы полоснуть. На данный момент я бы начал с волос.
Следующее, что я чувствую, меня снова швыряют через всю комнату. Спина горит от скольжения. Анна продолжает оставаться на месте, рассматривая меня с возрастающей обидой. Звук ее стекающего платья на половицу напоминает мне о моем учителе, который всегда медленно подносил пальцы к вискам, когда был слишком раздражен моим нежеланием учиться.
Я поднимаюсь на этот раз медленнее. Надеюсь, моя попытка больше похожа на план следующих действий, нежели на то, что я в большой заднице, где последнее было истиной правдой. Она не пыталась меня убить, и этот факт потихоньку стал меня раздражать. Меня отдубасили, как какого-то игрушечного кота. Тибальта бы это развеселило. Интересно, видит ли он происходящее из окна авто.
- Прекрати это, - проговаривает она своим глубоким голосом.
Я бегу на нее, а она хватает меня за запястья. Я вырываюсь, но это смахивает скорее на борьбу.
- Просто позволь мне убить тебя, - бормочу я в отчаянии.
Ярость разгорается в ее глазах. На секунду в голове пролетает мысль, что я сделал ужасную ошибку, что я забыл, кто она на самом деле, и что она разделается со мной как с Майком Андовером. Мое тело на самом деле сжимается, пытаясь не допустить своего расчленения.
- Я никогда не позволю сделать это – фыркает она и подталкивает меня обратно к двери.
- Почему? Не кажется ли тебе, что это было бы разумно? – спрашиваю я. В миллионный раз я задаюсь вопросом, почему никогда не могу вовремя закрыть свой рот?
Она щурится, смотря на меня, словно я идиот.
– Разумно? После всего, что я сделала? Дом, в котором полным-полно растерзанных парней и выпотрошенных странников?
Она приближает свое лицо слишком близко к моему. Ее черные глаза расширены.
– Я не могу позволить тебе убить меня, - говорит она, а затем кричит, достаточно громко, чтобы мои барабанные перепонки начали пульсировать, затем выбрасывает меня через входную дверь, по дороге я задеваю собой сломанную лестницу и приземляюсь на заполненной гравием дороге.
- Я никогда не хотела быть мертвой.
Я упал на землю, сжавшись, и поднимаю взгляд в тот момент, когда захлопывается дверь. Дом выглядит по-старому, будто бы сейчас ничего такого здесь не произошло. Я осторожно проверяю свои конечности и понимаю, что они еще в хорошем рабочем состоянии. Затем я взмываю на колени.
Никто из них не хочет быть мертвым. Не в действительности. Не только самоубийцы, которые передумали в последнюю минуту. Я бы хотел сказать ей об этом на чистоту, что Анна не будет чувствовать себя одинокой. Это заставило меня ощущать себя менее глупо после того, как она швыряла меня, словно анонимного приспешника в фильме Джеймс Бонд. Такого, как я, профессионального убийцу призраков.
Пока я иду к маминой машине, то стараюсь успокоиться. Потому что я собираюсь добраться до Анны, и не имеет значения, что сама она об этом думает. Потому что я никогда так не просчитывался, а также потому, что в тот момент она сказала, что не может позволить убить себя. Ее слова звучали так, будто бы она хотела этого. Такая осведомленность делает Анну особенной в большинстве случаев. Как и другие, она сожалеет. Я задеваю свою левую руку и уже знаю, что буду весь в синяках. Сила не сработала. Мне нужен план Б.
Глава 11
Переводчик: Анастасия Харченко
Редактор: Анна Корлов
Мама дала мне проспать большую часть дня и разбудила только для того, чтобы сказать, что ванна с чайными листьями, лавандой и белладонной готова. Последний ингредиент она добавила для того, чтобы умерить мой пыл, но я не против. Все мое тело болит. Вот что бывает, когда тебя всю ночь швыряет по дому богиня смерти. Я медленно погружаюсь в ванну, сморщив лицо, и начинаю обдумывать свои следующие действия. Дело в том, что меня превзошли. Это случалось нечасто и никогда в такой степени. Но периодически мне приходится обращаться за помощью. Я тянусь за своим телефоном на ванной полочке и набираю номер старого друга. Друга на протяжении поколений, если честно. Он знал моего отца.
- Тесей Кассио, - говорит он, когда берет трубку. Я ухмыляюсь. Он никогда не называет меня Касом. Его слишком веселит мое полное имя.
- Гидеон Палмер, - отвечаю я и представляю его по другой конец телефонной линии, на другой стороне мира, сидящим в красивом английском доме, с видом на Хэмпстед-Хит, в северной части Лондона.
- Давненько мы не общались. – говорит он, и я так и вижу, как он закидывает одну ногу на ногу. Я почти слышу через телефон шуршание его твидового костюма при этом движении. Гидеон – это классический пример английского 65-летнего джентльмена, с седыми волосами и очками на переносице. Он из того типа мужчин, что носят с собой карманные часы и имеют дома запылившиеся книжные полки от пола до самого потолка. Когда я был ребенком, он часто катал меня по полкам на лестничке на колесиках и постоянно просил достать ему какие-то странные тома про полтергейстов или про сдерживающие заклинания и в таком духе. Мы с моей семьей однажды провели у него целое лето, пока папа охотился на привидение Уайтчепела – какой-то подражатель Джека Потрошителя.