Страница 4 из 5
Предложений! Да, трудно думать…
Но на то мы и разум высший -
Больше мыслей! И меньше шума!
Ну - смелее! - кто скажет первым?
Ты, Петровна?
Петровна:
- Я что гутарю…
Надо взять и всем энтим стервам
Всем совхозом начистить хари!
Председатель:
- А… кому?!
Петровна:
- И курам и уткам!
Их же перья не помогают!
Председатель:
- Фу-х… ребята, не место шуткам!
Все устали, я понимаю,
Но пора здраво мыслить взяться!
- Я хочу… - изрекла портниха.
Председатель:
- Перестань, Нюрка, здесь некстати!
(Хохот в зале.)Ну, тихо! Тихо!
Встал кузнец: - Я прошу прощенья…
Народилась одна мыслишка:
Президенту послать прошение…
Он умнее…
Председатель:
- Ну, это слишком!
Топот. Грохот. Вбегает Ваня:
- Всё, сельчане, конец дискуссий!
Пока вы тут вели собранье,
Улетел он!..
Все:
- Как?!
Ванька:
- Сам не в курсе!
Уж под утро, мой пёс залаял,
Выхожу, солнце встало, ярко…
Ну а он мне: "Я улетаю!
Понимаешь ли, ждёт доярка…
Передай всем, что не забуду
И, возможно, вернусь однажды.
И… стремись, - говорит мне, - к чуду!
Чудо может случиться с каждым."
7
День был солнечным, но не жарким.
Над бескрайним простором рея,
Ангел нёсся к своей доярке,
К своей сладкоголосой Фее.
Одиночества голос долгий
Единит человечьи души.
И ни склоки, ни кривотолки
Не способны их связь разрушить!
Непредвиденная разлука
Доказала ему и Фее,
Что нет смысла им друг без друга
Жить, от слёз усыхать, старея…
Ангел:
«Вот она! Вот Любовь! Здесь! Слышу
Голосов её всеобъятье!
Тише, ветры! Прошу вас, тише!
Ведь не вправе ей не внимать я!»
Незаметно сгустились тени.
Чернота кольцевала сферу.
Слаб землянин, в том нет сомнений,
Пред внезапной грозы Химерой.
Засигналили молний вспышки!
Загремела громада грома:
«Размечтался ты что-то слишком!
Полетал? - не мешай другому!»
Вот и ливень. Промокший Ангел
Опустился на землю тут же.
Местом вынужденной посадки
Оказалась большая лужа
Посреди десяти домишек,
Составляющих поселенье.
Три бабуси и пять детишек
Подбежали в одно мгновенье.
Бабуся:
- Он!!! Его я видала в хате!
Этот бес напугал нас в полночь!
Колька! ну-ка, беги за батей!
Колька:
- Ух! Задаст тебе батька, сволочь!
В грязной луже, размером с площадь,
Бедный Ангел, чернее чёрта,
Так увяз, что иная лошадь
Заявить не смогла бы твёрдо,
Что ей вынуть его под силу!
Собрались мужики и бабы.
Крепко держат лопаты, вилы.
Ангел:
- Что ж, представиться мне пора бы…
Не успел! Сбили с ног, избили,
Налетев оголтелой стаей.
Поломали, порвали крылья.
И закрыли, связав, в сарае.
«Что же вы - человекобесы -
Натворили? - он вслух промыслил.
- Мир - Театр… Кто ж ставит пьесы?
Заигрались… в людей ли? В крыс ли?
Сколько правд для любых событий!
Сколько гадостей вековечных!
Человек - сам актёр и зритель -
Что несёшь ты в горбах заплечных?
Крылья?! Нет… Роль, порой чужую…
А успел ли прочесть сценарий -
Тот, что сам начеркал вслепую,
Под мотивы всеобщей хмари?
Год за годом, как мыши в норах,
Как кроты. Всё - в свою темницу.
Врозь кулисы, а души в шторах…
Умирают в зашторье птицы!
Больно… Страх… там, внутри, под кожей.
За себя? Нет! За Представленье!
За неслаженность труппы божьей,
За спектакль людского тления…»
- Ха-ха-ха! Вот и я о том же! -
Донеслось из угла напротив:
Что-то чёрное, полулёжа,
Там сидело.
- Как в анекдоте:
Не живём, над собой хохочем!
Ангел:
- Кто тут?
Голос:
- Я тут - виновник шума,
Происшедшего этой ночью…
Отдохнуть здесь немного вздумал.
Он привстал, оперенье скинул.
Маску ворона снял - исчадье! -
И, ехидную скорчив мину,
Прокартавил:
- Привет, приятель!
Вот придурки - нашли с кем путать!
Я же - Ворон! А ты - цыпленок.
Что летаешь ты - просто чудо:
Нет ведь вовсе в тебе силёнок!
Слышал я, как мозги ты паришь
Недотёпам, о Высшей Сути.
Божьи твари есть божьи твари,
И какие там, к чёрту, люди!
Современной эпохи детям
В век безумств, где не счесть соблазнов,
Проповедовать добродетель
Глупо (даже небезопасно!).
Может, ныне живущей массе
И не нужно цветов и фруктов?!
Слаще - запах машинных масел
И отходы нефтепродуктов?!
Человечеству жизнь - охота.
Все на всех остро точат зубы.
Кто-то должен убить кого-то,
Чтоб насытиться мясом трупа!
На поверхности подсознанья,
Там, где Дьявол щекочет мысли,
Все мы - Грязи и Тьмы создания,
Нашей грешности рой бесчислен.
Мир, как блохами пёс, взъерошен.
Человечья душа - берлога.
Эти твари, под толщей кожи, -
Жертвы алчности и порока!
Ангел:
- Ты не прав.
Демон:
- Чем докажешь? Нечем!
Ангел:
- Оттого-то мне и обидней,
Что пред чёртом бессильны речи:
Смысл Слова не виден злыдню!
А прибей чёрта, за чертою
Будешь сам…
Демон:
- Полужив, а учит!
Раздавить бы, одной ногою,
Да пусть эти глумятся лучше.
Всё. Прощай, добродушный слизень!
Ангел:
- Я прощу… жаль, не станет проще…
Бес исчез в необъятной выси.
А судьба потянула вожжи…
Из-за стен, уже слышно было,
Расшумелся народ горячий:
«Сжечь нечистую эту силу!
Вместе с хлевом, к чертям собачьим!»
Сиротка:
- Ну а, может, не надо всё же?
Строил хлев мой покойный батя…
Мужики:
- Тебе что, твой сарай дороже
Мирной жизни твоих собратьев?!
Сиротка:
- Батя мой, Долгогоров Павел,
Не имея талантов дюжих,
Всё что после себя оставил -
Этот хлев, возле этой лужи.
Мужики:
- Ну а если, собравшись с силой,
Этот бес разорвёт верёвку?
Что тогда?!
Бабуси:
- Господи помилуй!
Да не слушайте вы плутовку!
Жгите!
…Как же! Дождь. Мокнет лето,
В небе - серо, под небом - сыро…
Мужик:
- Жаль, бензина в деревне нету!
Бабуся:
- Может, спиртом?
Мужики:
- Неси, Глафира!
Не жалей! Для благого дела!
Принесли самогона флягу.
По 100 грамм - для сугрева тела,
И, готовые на отвагу,
С песней в бой!
Мужики:
- Бабы, бабки, детки!
Разбегайтесь по избам, щас же!
Притащили солому, ветки…
- А для храбрости, может, вмажем?!
По 100 грамм - для поднятья духа!
А потом… За детей, жен, птичек…
За Глафиру! За ту проруху,
Что нашла на старуху нынче…
Мужики:
- Ты, Федот, хорошо скумекал:
Не сжигать самогон. Ты - гений!
Мысли мудрого человека
В черепке твоём, нет сомнений!