Страница 49 из 60
— Здесь не проходил человек в белом балахоне? — спросил Жюв у служащего.
— Он только что взял билет и прошёл на платформу, — ответил тот.
Комиссар бросил в окошечко кассы серебряную монету, получил два билета и, не дожидаясь сдачи, кинулся на платформу. Здесь стоял готовый к отправке поезд, который по расписанию должен был отойти через пять или шесть минут. Уверенный, что теперь его подопечный от него не уйдёт, Жюв, не торопясь и стараясь оставаться незамеченным, шёл вдоль состава, бросая испытующие взгляды в каждый вагон, где сидели редкие пассажиры. Он обнаружил «примитивного человека» в первом, моторном вагоне, издававшем негромкое равномерное гудение. Кабина управления была ещё пуста: водитель стоял в стороне и о чём-то разговаривал со своими коллегами.
Уауауа стоял внутри вагона у его передней двери. Он делал вид, будто не замечает полицейского, но на самом деле внимательно следил за ним краем глаза. Уверенный, что теперь таинственному персонажу от него не уйти, Жюв остановился у двери вагона вместе с Вульфом, не отстававшим от него ни на шаг. Толстый полицейский вздрогнул, увидев, что комиссар вынул из кармана браунинг и держит его в руке.
Дальнейшее произошло в считанные секунды. Воспользовавшись тем, что водитель стоит в стороне, Уауауа одним прыжком перескочил в кабину и схватил рычаги управления. В ту же секунду состав дёрнулся. Быстрее молнии Жюв успел вскочить в вагон. При этом он вскрикнул от боли: пытаясь его удержать, Вульфенмименгляшк схватил его за руку так, что заломил ему пальцы. От боли и неожиданности Жюв выронил браунинг, оставшийся лежать на платформе, в то время как поезд уже углубился в туннель…
Услышав крик Жюва, немногочисленные пассажиры первого вагона подняли головы и с удивлением посмотрели на этого человека, ворвавшегося в вагон с диким видом и блуждающими глазами. Затем, переведя взгляд на кабину, они увидели, что вместо машиниста их поезд ведёт непонятный, странно одетый субъект. С перрона вслед уходящему поезду неслись растерянные восклицания служащих, но их перекрывал зычный крик, вырвавшийся, несомненно, из груди Вульфенмименгляшка:
— Фантомас!
Вскочив со своих мест, пассажиры ринулись вслед за Жювом к дверце, соединявшей вагон с кабиной машиниста, чтобы схватить забравшегося туда злоумышленника или сумасшедшего… Но вынуждены были отступить: оттуда раздался револьверный выстрел, пуля просвистела в воздухе… Поезд стремительно набирал скорость, а онемевшие от ужаса пассажиры смотрели, как таинственный злодей одной рукой переводит рычаги управления, а другой — угрожает им ещё дымящимся после выстрела револьвером!
От бессильной ярости Жюв до крови закусил губу. Из-за кретина Вульфа он оказался безоружным и был вынужден, спрятавшись за спинку сиденья, пассивно наблюдать за действиями преступника.
Поезд вихрем пролетел станцию Трините, затем станцию Сен-Лазар, не обращая внимания на сигнальные огни и крики служащих, метавшихся по перрону. Пассажиры взбесившегося поезда нажимали на кнопки сигнализации, на краны экстренного торможения — всё было бесполезно!
«К счастью, — думал Жюв, — мы не рискуем врезаться во впереди идущий поезд: наш состав первым вышел на линию, и путь впереди свободен… Но на конечной станции он вынужден будет остановиться. Впрочем, до того времени Фантомас — а у меня теперь нет сомнения, что в кабине находится именно он! — придумает, как нас всех погубить…»
В бессильном бешенстве Жюв сжимал кулаки.
— Оружие! Оружие! — взывал он громким голосом, надеясь, что, может быть, у кого-то из пассажиров оно есть. — Дайте мне револьвер!
Но его призывы не имели отклика. Вне себя, Жюв уже был готов без оружия броситься на бандита и, пренебрегая смертельной опасностью, вступить с ним в борьбу.
Как вдруг свет в поезде погас и наступила полная темнота. Злобное ругательство вырвалось из груди «примитивного человека», тогда как Жюв издал торжествующий крик. Полицейский понял, что произошло: кто-то из персонала метро догадался вырубить электричество, и поезд теперь неизбежно остановится. Он успел заметить, что за секунду до того, как отключился свет, поезд миновал станцию Конкорд и, следовательно, сейчас находился в туннеле под площадью.
Жюв понимал, что теперь шансы на его стороне. Как только поезд остановится, он бросится на преступника и постарается его схватить. Конечно, револьвер и в темноте — опасное оружие, но в сто раз менее эффективное, чем при свете… Жюв приподнялся, готовясь к прыжку… И как раз в это мгновение сверкнула искра, за ней последовал оглушительный взрыв… Поезд резко остановился, пассажиры попадали друг на друга. Свод туннеля с грохотом обрушился на крыши вагонов. Послышались панические крики, стоны раненых, звон разбитого стекла…
Потом всё смолкло…
Колеблющееся пламя факелов бросало красноватые отблески на стены рокового туннеля. Жюв мало-помалу приходил в себя после обморока. Ему ещё трудно было отдать себе отчёт в том, что же произошло. Приподнявшись и ориентируясь на ощупь, он убедился, что всё ещё находится в вагоне метро. Он постарался освободиться от навалившихся на него сверху обломков крушения. До его слуха доносились голоса спасателей и мерный плеск струящейся воды.
Жюву удалось добраться до окна с выбитым стеклом и выглянуть наружу. В туннеле он увидел парижских пожарных, которые длинными баграми растаскивали и гасили дымящиеся обломки. Возникший откуда-то сквозняк постепенно вытягивал едкий дым, от которого першило в горле. Подняв глаза вверх, он увидел, что чудовищный взрыв не только покорёжил вагоны, но и разрушил верхнюю часть туннеля, так что цементные глыбы, куски асфальта, обломки труб и булыжники мостовой валялись на крышах вагонов.
Работники метро вместе с пожарными оказывали первую помощь пострадавшим. Было много раненых, но, по счастливой случайности, мёртвых, кажется, не было.
Убедившись, что сам он вышел из переделки в целости и сохранности, Жюв вылез из вагона. Он ходил от группы к группе, вглядывался в лица раненых, надеясь обнаружить среди них «примитивного человека». Тщетно! Тот, кто был известен под странным именем Уауауа, исчез бесследно…
«Ясно… Сбежал!» — с досадой подумал Жюв. Осмотрев кабину машиниста, он убедился, что она не пострадала от взрыва.
— А вот и путь для побега! — проворчал полицейский, рассматривая пролом в своде туннеля, откуда сочился слабый свет начинавшегося утра.
Желая понять причины произошедшего взрыва и всё ещё не теряя надежды напасть на след бежавшего Фантомаса, Жюв вскарабкался на крышу первого вагона и оказался таким образом как раз на уровне пролома. И тут ему показалось, что сверху доносятся слабые стоны. Хватаясь за обломки труб, используя выступы и протискиваясь в расщелины, Жюв полез наверх. Теперь стоны доносились до него более отчётливо, и, продвинувшись ещё немного, он увидел человека, безжизненно лежавшего между двумя цементными глыбами. Застрявшая между ними толстая металлическая труба служила распоркой и, несомненно, спасла жизнь этому человеку.
«Как он здесь оказался? — спрашивал себя Жюв. — То ли его подбросило взрывом, то ли, наоборот, он свалился сверху в образовавшуюся дыру…» Но размышлять было некогда. Полицейский осторожно вытащил из опасной расщелины покрытое грязью, пылью и копотью безжизненное тело. Был ли человек жив, или уже умер, — он не мог бы этого сказать…
С огромным трудом с телом несчастного на плечах Жюв выбрался наконец на поверхность. Вокруг провала уже образовалась изрядная толпа любопытных, которых с трудом одерживала цепь полицейских. Появление Жюва толпа приветствовала криками «Браво!». Не обращая внимания на знаки одобрения, полицейский направился со своей ношей к находившемуся рядом бассейну фонтана, того самого, который с недавнего времени именовался «поющим». Намочив в воде платок, он выдавил несколько капель на пересохшие губы пострадавшего и стал осторожно протирать платком его покрытое грязью и сажей лицо.
Вдруг рука Жюва задрожала, щёки покрыла смертельная бледность. Он упал на колени рядом с человеком, которого только что вырвал из когтей смерти, повторяя: