Страница 5 из 20
Как бы ни вел себя Советский Союз, что бы он ни делал, нападение на него все равно состоялось бы. План «Барбаросса» был разработан еще в 1940 году. Обратите внимание: бесповоротное решение об агрессии принято Гитлером задолго до того, как состоялось выступление Сталина 5 мая 1941 года и началась переброска советских войск на Запад. И менять свое решение Гитлер не собирался.
— Какими были планы советского командования, предусматривало ли оно при определенных условиях упреждающий удар по Германии?
— Главная военно-политическая цель советского руководства состояла в том, чтобы любой ценой избежать войны или хотя бы оттянуть ее до 1942 года, чтобы выиграть время и завершить подготовку страны и Вооруженных сил к обороне. В случае нападения фашистской Германии на СССР стратегическим планом предусматривалось вначале силами армий прикрытия отразить наступление противника, обеспечить развертывание главных сил и затем переходить в решительное наступление. Была подготовлена и записка Жукова от 15 мая 1941 года, как один из возможных вариантов действий Вооруженных сил, где предлагалось (после создания необходимых группировок войск и их соответствующего материально-технического обеспечения) нанести упреждающий удар с целью срыва агрессии со стороны Германии. Но этот план не был принят Сталиным, ибо политически для нас такие действия были невыгодны: это сближало бы наших потенциальных союзников с Германией.
Версию о готовившемся упреждающем ударе с советской стороны некоторые авторы пытаются обосновать тем, что войска фронтов не располагались в оборонительной группировке, что не были подготовлены и оборудованы в инженерном отношении оборонительные рубежи в глубине. Но все это не имеет прямого отношения к идее упреждающего удара. Эти упущения связаны с устарелым представлением о характере военных действий в начальный период войны и общей недооценкой в предвоенные годы оперативной и стратегической обороны. Ведь не только оборонительные, но и наступательные операции не были подготовлены должным образом. Как вообще можно переходить в наступление, имея впереди не мощные ударные группировки, а растянутые вдоль границы части прикрытия?
Следовало бы задуматься и над таким парадоксальным фактом: накануне войны в полосу приграничных военных округов перебрасывалось несколько армий из глубины, в то время как соединения первого эшелона не приводились в полную боевую готовность, они не занимали обороны на назначенных рубежах. Судя по опровержению, которое было дано ТАСС 9 мая 1941 года, можно предположить, что переброска резервных армий из глубины, которая даже не маскировалась, а как бы специально демонстрировалась этим «опровержением», была больше политической, а не военной акцией с целью оказать сдерживающее влияние на военные приготовления Германии. Кстати, Сталин и военные приготовления Германии рассматривал больше как средство политического давления на СССР с тем, чтобы добиться от него далеко идущих уступок.
— Иногда пишут и говорят, что наша страна вообще не была подготовлена к войне. Вместе с тем, как свидетельствует историческая литература, как уверяют многие люди старшего поколения, весь народ жил в то время мыслями о назревавшей войне и направлял все усилия на укрепление обороны страны…
— После Гражданской войны самоотверженными усилиями народа была осуществлена индустриализация страны, армия и флот получили новые виды оружия — танки, самолеты и другую технику. Наряду с высоким патриотизмом населения это стало важнейшим условием того, что наша страна выстояла в этой войне. Были, конечно, и крупные ошибки руководства, военного командования, большой ущерб моральному состоянию армии и ее боеспособности нанесли репрессии 1937–1938 годов.
Но в целом, несмотря на крупные упущения и обстановку, затруднявшую подготовку войск к отражению агрессии, советским командованием накануне войны был все же осуществлен ряд кардинальных мер по усилению боеспособности Вооруженных сил, и в первую очередь западных военных округов. С 1939 года Красную Армию перевели на кадровую систему, и ее численность в 1941 году увеличилась с 2 млн до 5 млн человек. В 1941 году осуществлен призыв на учебные сборы около 800 тыс. военнообязанных запаса, что было равносильно частичной мобилизации. В состав западных округов было переброшено 28 дивизий из восточных районов страны.
Удалось существенно увеличить производство новых образцов вооружения. Усиленными темпами продолжалось оборонительное строительство. Уточнялись оперативные и мобилизационные планы в соответствии с изменившимися условиями обстановки. Советско-финская война имела не только отрицательные военно-политические последствия. Опыт этой войны сыграл и положительную роль.
Более объективно и остро стала оцениваться боеспособность Красной Армии, и на этой основе были приняты срочные меры по устранению выявившихся недостатков и слабых мест в ее строительстве и подготовке. Под руководством нового наркома обороны Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко особенно много было сделано по укреплению единоначалия, порядка и воинской дисциплины, активизации и максимальному приближению обучения войск к условиям боевой действительности.
Военачальники в своих воспоминаниях, историки называют много причин неудач нашей армии в 1941 году: и то, что неправильно было выбрано направление сосредоточения основных усилий (основные силы советских войск были сосредоточены на Украине), недоукомплектованность соединений и частей личным составом и техникой, неудачное базирование авиации и материальных запасов… Все это имело место и оказало отрицательное влияние на общую стратегическую обстановку в 1941 году. Но, на мой взгляд, не имело столь решающего значения, как иногда изображается.
Когда-то Петр I подходил на корабле к одной крепости на Балтийском море, и комендант крепости не устроил положенного салюта в честь императора, последний, разгневанный этим, схватил коменданта за горло и спросил: почему не было салюта? Последовал ответ: «На это было 12 причин: во-первых, не было пороха…» Петр I тут же прервал допрос: «Хватит! Остальные причины уже не имеют значения».
— Какой фактор в 1941 году можно приравнять к отсутствию пороха?
— Главной причиной наших неудач было то, что Сталин, надеясь политическими мерами оттянуть войну хотя бы на 1–2 года и всячески стремясь ее не спровоцировать, вплоть до 21 июня 1941 года не разрешал приводить войска приграничных военных округов в полную боевую готовность. Поэтому к моменту вражеского нападения они оказались на положении мирного времени и не могли своевременно занять предназначенные оборонительные рубежи и оказать организованное сопротивление противнику. Именно это, убежден, и привело к большим потерям в первые же дни войны, особенно в авиации.
Нарком обороны С. К. Тимошенко и начальник Генштаба Г. К. Жуков, командующие войсками округов неоднократно ставили вопрос о повышении боевой готовности. Но все их предложения в то время отвергались, а попытки командиров что-то сделать по своей инициативе жестко пресекались. Сталин приказал наркому внутренних дел следить за выдвижением даже отдельных подразделений к госгранице и докладывать ему об этом.
10 июня 1941 года Генштаб был вынужден направить военному совету КОВО следующую телеграмму: «Донесите для доклада наркому на каком основании части укрепленных районов КОВО получили приказ занять предполье. Такое действие может немедленно спровоцировать немцев на вооруженное столкновение и чревато всякими последствиями. Такое распоряжение немедленно отмените и доложите, кто конкретно дал такое самочинное распоряжение. Жуков».
В связи с тревожной обстановкой некоторые командиры ставили вопрос о нецелесообразности отправки на учебные сборы артиллерии и зенитных средств, но были отстранены от должностей за «панические настроения». Накануне войны германские разведывательные самолеты осуществляли систематические полеты над советской территорией, но Сталин требовал эти самолеты не обстреливать. Были даже случаи, когда они садились на советские аэродромы, их дозаправляли и отправляли обратно. Некоторые командующие (в частности, М. П. Кирпонос) просили у Москвы разрешения хотя бы предупредительным огнем препятствовать действиям немецких самолетов. Ответом им было: «Вы что, хотите спровоцировать войну?»