Страница 47 из 57
В Красном Яру два взвода, приехавших на обучение под руководством… а это сюрприз… выпускник моего Училища Роман К… Ромка, учился курсом младше. Мы выясняем, что являемся однокашниками, через три минуты знакомства — ощущение, что брата родного встретил. Суббота. Конечно, оба затарены водкой. Пьём. У него командуют сержанты. Мои спят отдельно, у меня тихо. А у него ловим движняк. Я не суюсь — не мои подчинённые. Рома в итоге даёт пиздюлей одному из своих сержантов, решившему воспитывать молодняк ночью. Воспитание у нас-то одно. Хотя, конечно, надо было убедится, что спят, и тогда уж пить, но всё правильно только в кино бывает.
В воскресенье у Ромки свои дела, у меня — свои. Техника заправлена и готова, механы поднимают с колен сообща две машины, на которые приволокли запчасти с собой. Техника у меня с запасом в две машины аж, это с учётом ремонтируемых. Курорт почти.
Неделя проходит махом. Занятия угробили мне только одну бэху. Молодой бмпводитель загнал её в противотанковый ров и там разул… еле вытащили. А потом она же встаёт намертво со сцеплением. Рабочий момент — бывает. Это поправимо, а вот водки нет, и опять суббота. Занятий нет. Надо что-то думать.
Достали у местного лесника, благо недалеко жил. Съездили к нему на БМП. Он ругал нас, но на тушняк выменяли литр. Ругался за то, что гусянкой дороги ему разбиваем, мол, запрещено, и всё такое.
Выпили литр под картофан с грибами и тушонкой. Показалось мало. Время — 12 ночи. До ближайшей деревни километров 15. Пустяки для двух ужаленных белой водой безголовых лейтенантов. И мы, конечно, поехали. Карта района у Ромки была. Запасливый.
В итоге заломились в какую-то деревню. Нашли самогон и поехали назад. Ночь. Ни хрена не видно. Прожектора-то у меня мощные, только заплутали мы плотно. В итоге самогон пошёл уже без закуси, для сугрева. Я в зюзю кривой, как турецкая сабля, на штурвале по-походному — башка из люка торчит. Ромка, так тот вообще песни орёт и карту в свете прожектора пытается втыкать. Рулит, навигатор хренов. Нарулил он единственный выход. Едем до асфальта, а там разберёмся. Разобрались в итоге так, что соляры хватило в аккурат до расположения добраться. Причём парадной дорогой, о которой лесник и упреждал. Там было три моста через меленькие речушки метров в десять в ширину. Два мосточка по габаритам БМП. Днём то ехать — стрёмно. Но пьяному сам чёрт не брат — проскочил ровнёхонько. А вот третий мост, там и две БМП разъехались бы. Я же чётко залезаю правой гусянкой на перилки и сминаю их к чёртовой матери.
На утро воскресенья в весьма грустном настроении иду смотреть, что я ночью накуролесил. Мосток высотой метра полтора, как мы не кувыркнулись не понимаю. Кто из нас с Ромкой такой везучий — не знаю, но если бы упали, то на этом бы и была точка моей безбашенности. В прямом и переносном смысле. Да и Ромка опять-таки.
А перилкам-то пиздец полный. Полые трубы диаметром в хуй приварены к рельсе. Сварка нужна и трубы. Благо полигон рядом. Договорился с прапорами, даже сварку нашёл. Самогоном и расплатился, да остатками тушёнки. На картошке и грибах протяну — фигня. Только вот не бывает, чтобы после таких похождений было всё гладко.
Перилки варят, я сижу на бережку — отхожу под уже неласковым осеннее-холодным солнышком, смолю какую-то дрянь типа «Луч».
Сзади властно:
— Лейтенант, ко мне!!
— Лейтенант Скворин, — подбегаю, докладываю, стараясь дышать и говорить носом. Какое там… выхлоп от местного самогона, смешавшись с ещё более убогой водкой, даже когда я не дышу, убивает всё живое в радиусе метра. Полковник, что меня подозвал, морщится. Он грузен и усат. Красный нос сливой выдаёт стойкого бойца с алкоголизмом в рядах ВС и вне рядов, наверное, тоже.
— Твоя работа?? — кивает на мост.
— Так точно, — а чего, собственно, отмазываться?? Вон и лесник, падла, невдалеке маячит.
— По асфальту и дорогам подъездным, стало быть, ты катался??
— Я.
— Понятно. За водкой??
— За самогоном.
— За рычагами кто??
— Я.
— Один??
— Один.
— Мдааа, — полковник видит, что я не отпираюсь, и расслабляется.
— Товарищ полковник, я перилки исправлю, — тоже киваю на мост.
— Вижу. Лейтенант, это хорошо, что ты приучен убирать за собой своё говно, но вот жопу тебе теперь вытрет лично командир полка. Лесник звонил напрямую оперативному дежурному. Я, п-к Горлов — замкомандующего по боевой, вместо того, чтобы заниматься своими делами, в воскресенье вынужден тут с тобой разбираться. Усвоил уровень??
— Так точно.
— Ну, поехали смотреть твоё хозяйство.
Смотреть-то, в общем, было нечего. Всё завелось и поехало, кроме той, у которой сгорело сцепление. Ромка устроил своим оболтусам спортпраздник, и п-к Горлов, удостоверившись, что мои люди и техника в наличии и в нормальном состоянии, только и ограничился напоследок саркастическим замечанием:
— Ювелир ты, лейтенант… два таких мостика прошёл, а на этом, поперёк себя шире, чуть шею не свернул… пить в дороге начал??
Молчу. Киваю. Чего тут скажешь??
Петровичу, приехавшему следом, точно так же доложил. Бойцам своим сказал только, чтоб о Ромке молчали. Те понятливо протрясли хоботами, да и какой им резон в это дело соваться??
Поехал в Читу. Клыков опять в Яр. Благо, разминулись… я б себя на его месте грохнул прямо там на этом мосту в той самой бэхе. Так и спихнул бы на хрен, как оно должно было быть.
Командиру полка пошёл докладывать лично.
— Скворин, ты алкаш, что ли?? — П-к Колодченко.
— Никак нет.
— А чего попёрся за самогоном??
Молчу.
— С однокашником жрал??
Молчу.
— Ездили вместе??
— Никак нет. У него молодняк же.
— Врёшь.
Молчу.
— Всё-таки не зря тебя сюда отправили с Москвы, надо было дальше…. Я, по-твоему, должен за твои подвиги в штабе выслушивать??
Молчу.
— Ну, что молчишь??
— Виноват, вот и молчу.
— Пить ещё будешь??
— Буду… в меру…и подальше от техники…я там чуть шею не свернул…
— Да знаю я… Шумахер хренов…. Первые мостки на какой скорости шёл??
— На 4-й.
— У тебя совсем головы нет, как я посмотрю. Только у зелёных дураков страха нет. А ты — командир взвода. Офицер. Такие, как ты, бараны тупоголовые, и себя, и людей губят. Всё у вас на 4-й. Кроме мыслей. Ты когда голову-то с нейтралки снимешь?? Понаберут детей в армию, чтобы они пузом ДОТы затыкали, блядь. Увижу нетрезвым около техники — отправлю назад в Борзю…
Служить после такого залёта по-первости, конечно, сложновато. Каждая собака в части знает. Подъёбы неизбежны. Приходится не пить. Петрович грузит работой так, что разогнуться некогда. Да ещё и стрельбы ночные назначили батальону, а у нас механы только водить умеют. Стреляем офицерским составом. Зима уже вовсю.
Странно. В училище стрелял на 3–4, а тут за роту отбарабанил на пять. Прыгая с машины на машину. Меж направлениями не так и далеко бежать, проверяющим глаза стаканом закрывают. Им какая разница, кто стреляет, механик или лейтенант, ужаленный задачей, чтобы рота отстрелялась? И надо же, чтобы в момент моей ковбойской стрельбы ночной, Горлов (знакомец мой) на вышку зарулил. Естественно, с комполка. Увидев результаты и разнобой по времени в залпах, скомандовал героя стрельб на вышку.
Захожу.
— Товарищ полковник, лейтенант Скворин, по вашему приказанию… — докладываю Командиру полка.
Откуда-то справа, что-то каракулевое, вдруг, удивлённо басит:
— Тыыыы???!!!
Поворачиваюсь. Бегать-то заебался, да и в полумраке вышки плохо видать. Мать честная, Горлов!
— Я, товарищ полковник.
— Ну, я, блядь, удивлен, что ты последним выстрелом вышку не расхуячил… Ты бы смог — верю. К утру бы отстроил, как новенькую.
Секундное молчание… потом начинает ржать комполка, Горлов подхватывает… мне не до юмора, и я гыгыкаю пару раз чисто за компанию, раз начальство шутит — не плакать же, и вот только тут до меня доходит, что он мне третий мост припомнил. Шутник, блядь.