Санкция на черную магию

– Я не собираюсь со слезами умолять Ала о помощи. Я могла бы еще смириться с твоим присутствием, но твои советы я не обязана выполнять. Ты был не прав в том, чтобы в первую очередь не говорить Алу о Ковене. Ты был не прав в том, чтобы покинуть церковь. И ты был не прав в том, чтобы сесть в автобус. Ты знал, что Вивиан почти всех в нем убила? Я не стану прятаться в Безвременье!

Брови Пирса нахмурились.

– Может быть, они бы не умерли, если бы мы были там.

Я поморщилась, подумав о том же самом.

«Это его двусмысленный способ обвинить во всем меня?»

Айви вернулась из прихожей и встала, расставив ноги и настороженно прислушиваясь. Ее глаза все еще были черными, но, по крайней мере, она не выглядела так, словно готова прыгнуть на кого-нибудь. Дженкс присоединился к ней, шумный стрекот его крыльев громко раздавался в тишине опустевшей от пикси церкви.

– Мы можем защитить жизнь Рэйчел, – сказал Дженкс почти сердито. – Нам не нужна твоя помощь.

Пирс скрестил руки на груди, но я не собиралась уходить, и все тут. Мне было все равно, сколько бы он не хмурился и не прочищал горло. Запустив руку в свои спутанные со сна волосы, я попыталась вспомнить, как давно я делала чары от сгорания. Несомненно, меньше года назад. Но мне нужна была возможность поговорить с Пирсом наедине. Я не хотела, чтобы мои друзья услышали то, что при этом вылетит из моего рта.

– Дженкс, сколько у нас есть пиретрума девичьего?

Он отлетел от меня, его выражение было раздраженным, когда он увидел, что я пытаюсь избавиться от него.

– Пойду проверю… Рэйчел, – сказал он едко и вылетел из комнаты.

Затем я в ожидании повернулась к Айви.

– Пойду, проверю периметр, – пробормотала она. – Держись подальше от окон.

Громко стуча каблуками сапог, она вышла из передней, тщательно убедившись в том, что Рекс не выскользнет вместе с ней. Я мельком увидела проблеск утра, когда дверь открылась, показывая яркое солнце, сверкающее на тротуаре, до сих пор мокром от вчерашнего дождя. Прохладного и мирного.

«Ну, скоро это изменится», – подумала я, оборачиваясь обратно к Пирсу.

Его плечи были напряжены, челюсти сжаты, щеки, без намека на щетину, покрывал слабый румянец.

«Когда он нашел время побриться?»

– Пирс, – сказала я, зная, что Дженкс подслушивает. – Спасибо, что заставил Ала… Я хотела сказать, тебе не следовало… я бы справилась с этим, – закончила я жалобно, а потом сдалась, притихнув. – Спасибо, – повторила я искренне. – Ты уверен, что в порядке?

Поза Пирса смягчилась, и он утратил свое жесткое выражение.

– Пожалуйста.

– Но я не оставлю церковь, – закончила я, и его хмурый взгляд снова вернулся. – Я попробовала, и все пошло не так. Здесь мои друзья, и я застряла вместе с ними.

Мои пальцы легонько пробежались по его раненной руке, вытаскивая ее наружу, чтобы посмотреть на ожог, но он не позволил мне этого сделать.

– Насколько Ал в бешенстве? – спросила я. Рекс терлась об мою ногу, прося выпустить ее на улицу, и я взяла кошку на руки. – Поэтому ты хочешь, чтобы я вернулась туда, не так ли? Ты полагаешь, что если я вернусь, прося защиты, он не будет так зол на то, что ты выстрелил в него?

– Боже упаси, – ответил Пирс, его глаза блестели. – Я думаю о твоей безопасности.

Как будто я поверила в это.

– И ты считаешь, что я принимаю неправильные решения, – сказала я, неся Рекс на кухню, чтобы достать чары от сгорания. Я знала, что он последует за мной.

– Он был, словно дикарь с топором для мяса, – произнес колдун, стоя у меня за спиной. – Он мог бы избить меня еще до заката, но оно того стоило, – пробормотал Пирс. – Я полагаю, что нам обоим нравится то, что больше всего нас пугает.

Кухня казалась синей из-за задернутых штор и такой мирной.

– Извини?

Он пожал плечами и понурился.

– Мне нравится пытаться убивать демонов, и я считаю, что тебе нравится Айви.

Мои пальцы, ласкающие Рекс, приостановились.

– Извини? – снова сказала я, более резко.

Пирс наклонился, удивляя меня, его лоб почти коснулся моего.

– Она может спасти тебя, знаешь ли, – прошептал он, его пальцы потянулись, чтобы прикоснуться к Рекс между нами, и я замерла. – Если ты предашь себя и привяжешься к ней, полностью признав ее власть над собой, ты будешь до конца своей жизни защищена вампирами. Они видят тебя как свой следующий скачок.

Ах. Это. Я не могла посмотреть вверх, и сосредоточилась на наших пальцах, прикасающихся среди шерсти мурлыкающей кошки.

– Тогда бы я не была собой, – сказала я, гадая, почему он поднял этот вопрос.

– Действительно, ты была бы другой. Но ты была бы сильной. И тебя бы навсегда запомнили, – он сделал вздох, и его пальцы оторвались от моих; я подняла глаза. – Ты ее любишь?

Его вопрос ужасно удивил меня.

– У тебя много вопросов, не так ли?

Над его глазами пролегли те же обеспокоенные морщины. Я уже видела их раньше, когда он говорил со мной о Нике, и мой пульс ускорился. Он хотел, чтобы я сказала «нет».

– Ну так? – спросил он серьезно. – Не перепутай мой очевидный простодушный нрав с глупостью. Вампиры существуют почти так же долго, как и мы. У нас нет иммунитета от их чар. А Айви очаровательна.

Его челюсти сжались, и я вспыхнула.

– Она хорошо относится к тебе, пока не умерла и, вероятно, после этого она будет к тебе относиться так же.

Я прижала Рекс ближе, чувствуя ее тепло.

– Мы с Айви… – начала я, потом мысленно остановила себя. – Это сложно, – выкрутилась я. – Но между нами сейчас нет ничего, кроме расстояния.

Его глаза не отрывались от моих, он соотносил мои слова с тем, что он видел в прошлом году.

– Ты любишь ее? – настаивал он. – Больше, чем любовью сестры?

Мои мысли вернулись к поцелую, который она подарила мне. И к тому моменту на кухне, когда мы пытались разделить что-то без потери ею контроля – и не смогли. Ощущения, которые она вытянула из меня, навсегда переплелись с вампиром, который пытался привязать меня к себе и насильно взять кровь. Больше, чем любовью сестры. Я знала, о чем он спрашивал, и зная, что ответ – «да», я покачала головой, считая, что то, что я чувствовала, ничего не значит, поскольку я больше не собираюсь продолжать это.

– Я не вернусь к тому пути, Пирс, – сказала я, мой голос задрожал, когда я почувствовала внезапную злость – злость на то, что я была недостаточно умной, чтобы найти способ быть человеком, которым я хотела бы быть, а еще – человеком, в котором нуждалась Айви. – Спасибо, что напомнил.

Раздраженная, я повернулась, чтобы открыть свой шкаф для посуды и магических принадлежностей, и кошка начала вырываться.

– Где-то здесь у меня были чары от сгорания, – сказала я натянуто, отпуская Рекс. – У меня, по всей вероятности, есть несколько минут, прежде чем мои убийцы покажутся.

Звуковая волна качнула котелки, висящие над столом, и я услышала нестройный звон сотни легких колокольчиков.

«О нет», – подумала я, мои глаза направились садовому окну.

– Дженкс? – закричала я, бросаясь к задней двери.

Яркое сияние пикси вынудило меня остановиться в задней части гостиной. Это был Джакс, и его обнаженный меч уже отливал красным.

– Фэйри, – чуть ли не выплюнул он, его лицо было перекошено. – Ковен отправил фэйри. Они атакуют сад. Все их отродье!

«Фэйри».

Слово скользнуло сквозь мой разум, охлаждая меня. Маталина и дети. Черт возьми, их всех убьют из-за меня. Я схватилась за ручку задней двери и потянула. Она выскользнула из моих рук, когда Пирс толкнул ее, закрывая, оставив открытыми несколько дюймов.

– Это приманка, чтобы вытянуть тебя наружу, – сказал колдун. Его взгляд был злым, он стоял, положив одну руку на дверь.

– Тогда это сработало.

Оттолкнув его в сторону, я встала на линию позади церкви и распахнула дверь. Бросившись вперед, я чертыхнулась, когда горсть игл воткнулась в диван за моей спиной. Я пригнулась на нижней ступеньке, свернувшись в клубок. Мягкая, влажная от дождя земля смягчила удар, когда я кувыркнулась к столу для пикников, на зиму подпирающему одной стороной большое дерево. Я сделала вздох, и Пирс неожиданно присел на корточки рядом со мной.