Санкция на черную магию

– Я сказала, вставайте, – повторила Вивиан, снова опустив руку в передний карман пальто, и мы вместе с Пирсом поднялись. – На парковке стоит белый фургон. Забирайтесь в него. И оставьте свое кофе здесь, – добавила она, и Пирс толкнул меня, ставя его вниз.

– Вы ему доверяете? – прошептал он, его дыхание мягко коснулось моего уха.

«Нику?»

– Нет. Но у меня нет выбора, – я с трудом сглотнула. – Будь готов. Он очень изобретателен.

– Он вор, – возмутился Пирс.

– Верно. Он скользкий маленький воришка, который знает, как выживать.

Я споткнулась, когда Вивиан толкнула меня.

– Прекратите разговаривать, – пробормотала она. – Том, ты первый выйдешь через двери. Потом она.

Но верный своей природе, Пирс придержал дверь передо мной, первым схватившись за ручку, и бросил чопорный взгляд на Вивиан из-под краев шляпы, вызвав у нее протест.

– Таракан! В моем кофе! – взорвался высокий, возмущенный голос.

Я улыбнулась, останавливаясь на пороге и оборачиваясь как раз вовремя, чтобы увидеть Ника, который споткнулся на ровном месте, стремясь показать свой кофе продавцу. Стакан подлетел, и ударил в лицо Вивиан черным прибоем.

– Наружу, – прошипел Пирс, толкая меня, но я полуобернулась, желая остаться и досмотреть представление.

Пирс посмотрел вверх, и все уставились с шумным, шокированным участием на Вивиан, схватившуюся за лицо. Ник стоял рядом, сочувственно притрагиваясь к нему, но дела ее стали хуже, когда мерцающая пыльца пикси стала падать вниз, и Вивиан неожиданно не смогла открыть глаза.

– Ооо, это будет больно, – сказала я, споткнувшись, когда Пирс, подхватив мою сумку оттуда, куда ее бросила Вивиан, толкнул меня в дверь.

Я замешкалась при звуке жужжащих от возбуждения крыльев пикси.

– Там отъезжает автобус, – запыхавшись, сказал Джакс, паря в дюйме от моего носа. – Не садитесь на него.

– Отстань от меня! – закричала Вивиан, отпихивая Ника.

Ник свалился на прилавок с тортами и импортной водой, но его нога зацепилась за ногу Вивиан, и они оба упали.

Пирс вытолкнул меня за дверь. Холодный солнечный свет ударил в меня. На остановке стоял автобус, и Пирс кинулся к нему.

– Остановите карету! – закричал он, размахивая моей сумкой и догоняя его. – Остановите автобус! – поправился он, и автобус с шипением затормозил, открывая раздвижные двери.

Ради меня они никогда не останавливались. Как же они могли остановиться ради него?

Я оглянулась на шум позади, потом на машину моей матери.

Поперек парковки стояли белый фургон и видавшая виды Импала, и я была готова спорить, что последняя принадлежала Нику. Боже, как же у меня болели колени.

– Рэйчел! – позвал Пирс, держу одну ногу на ступеньке автобуса. – Забирайтесь в автобус!

Его глаза были дикими и прекрасными, и хотя он выглядел как Том, это был Пирс.

– Нет, – сказала я, доковыляв до него. – Мы поедем с Ником.

В мгновение ока его брови нахмурились и глаза сузились.

– Я говорю, что мы садимся на автобус. Не капризничайте. Залезайте в автобус.

Я вырвалась из его хватки, разозленная.

– Не указывай мне, что делать! – закричала я, вынимая прядь волос изо рта. – Я еду с… Я еду с Ником!

Водитель тяжело вздохнул.

– Вы садитесь или нет, леди?

Я одарила его неприятным взглядом.

– Нет, – сказала я. – Проваливайте отсюда к чертовой матери.

Это сработало. Пирс едва успел отскочить, когда мужчина захлопнул дверь прямо перед нашими лицами, и двигатель взревел.

– Вы поступаете неправильно, – громко ворчал Пирс, пока я тянула его к контейнеру для мусора. – Неудивительно, что Ал согласился послать меня наблюдать за вами.

– Эй, – сказала я, закипая.–– Я прожила свои двадцать шесть лет без тебя. Моя жизнь, может, и рушится, но я-то жива. А ты умер, помнишь?

Я резко затормозила, когда мы почти столкнулись с лепреконшей, она держала длинную трубку в зубах, в ожидании транспорта облокотившись на грязный низкорослый клен.

«Дерьмо».

Глазами умоляя ее о милосердии, я затолкала Пирса, восхваляющего самого себя, в узкую щель между контейнером и стеной перед собой.

«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста».

– Заткнись, – прошипела я, вырывая свою сумку. Дерьмо. Неужели я могла бы выглядеть глупее?

– Она скажет ей, где мы спрятались, – шепотом ответил колдун, его дыхание прошлось теплом по моей щеке. – Проклятая, глупая женщина. Я же говорил вам садиться на автобус.

– А я сказала тебе заткнуться!

Действительно, я проклятая глупая женщина. Но когда я вытаскивала Пирса из автобуса, я еще не заметила лепреконши.

Дверь кафе со звоном раскрылась, и я услышала стук каблуков Вивиан по тротуару. Разраженная, я предусмотрительно оттолкнула Пирса рукой и, приподнявшись на цыпочки, выглянула наружу, прячась за пустым контейнером, пахнущим кофейными бобами. Выглядя измученной, Вивиан бросилась к моей машине, и бросив взгляд на пустые места, она посмотрела на автобус, заворачивающий сейчас за угол.

– Она уехала на автобусе? – крикнула ведьма лепреконше, и я втянула голову, прижавшись лбом к холодному металлу.

«Только не так».

Мы находились так близко, что я слышала, как лепреконша посасывала деревянный мундштук.

– Я видела, как ее друг сел в автобус, – сказала она как ни в чем ни бывало, и мои глаза закрылись от облегчения.

Вивиан ругнулась, и я услышала, как она побежала к своему фургону. Двигатель заурчал, коротко взвизгнули шины, и она унеслась прочь. Дверь кафе снова зазвенела, и оттуда вышли двое людей, возбужденно смеясь.

Мы с Пирсом медленно вышли из-за контейнера. Вздохнув, я сняла свой маскирующий амулет, и, встряхнув волосами, убрала его прочь. Я посмотрела на маленькую женщину, улыбающуюся мне и курящую.

– Спасибо, – сказала я серьезно и потянулась вперед, чтобы пожать ее руку. Ее рука в моей казалась действительно маленькой, но сильной. – Если тебе когда-нибудь что-то понадобится, обращайся. Что угодно.

– Да не стоит, – сказала она, кивнув на удивленное лицо Пирса. – Мне просто показалось, что тебе нужен перерыв, вот и все.

Она раскрыла карман, показывая горсть денег.

– Ты ничего мне не должна. Если лепрекону в руки попали деньги, значит, они принадлежат ему. А все, что у нее осталось, так это сухие дубовые листья.

Потом она засмеялась, как довольный ребенок. Я поняла, что улыбаюсь, не жалея трех тысяч, что она забрала. У Айви глубокие карманы.

Моя голова вскинулась, дверь кофейни зазвенела, и Ник, споткнувшись, вывалился наружу. Он держал пачку экологически чистых коричневых салфеток у носа, и Марк тащился рядом. Парень рьяно извинялся, пихая ему в руки мешок с чем-то, в то время как Ник пытался от него избавиться. Даже не взглянув на него, он оттолкнул руку Марка и, шатаясь, побрел к своей машине.

Марк сдался, сиротливо стоя в своем фартуке, пока Ник заводил свою машину, в ожидании откинув голову на подголовник. Марк развернулся и медленно побрел обратно.

– Я предполагаю, что вы поедите на этом, – сказала лепреконша, указывая на ржавую машину Ника своей трубкой.

– Только потому, что глупая женщина не села в автобус, – пожаловался Пирс, и я одарила его мрачным взглядом. Заметив это, он сделал громкий и медленный вдох и пошел через парковку к Нику; его голова была опущена, руки лежали в карманах длинного шерстяного плаща.

«Сработало», – подумала я, но все легко могло обернуться по-другому. С трясущимися коленями я двинулась следом за Пирсом, но заколебалась, когда лепреконша легонько постучала трубкой по контейнеру и сказала:

– Я не предсказательница…

– Но?.. – подсказала я.

Она посмотрела на меня, перебирая деньги, которые я оставила ей.

– Доверяй своему суждению, маленькая ведьма. И ничьему больше. У меня хорошие инстинкты на кого-то, кто имеет более слоев, чем корка пирога моей мамы.

Пирс с нетерпением ожидал меня у открытой двери, Ник сидел за рулем.

«Мое суждение – дерьмо, – подумала я. – Она, должно быть, пошутила».