Страница 57 из 76
Лили, ничего не ответив, кивнула. Найт замолчал, и Лили поняла, что он пытается решить, как поступить в случае появления Монка и Боя. Она уже хотела извиниться и выйти из-за стола, когда Найт внезапно сказал:
— Лили, пожалуйста, зайди в гостиную минут через десять. У меня кое-что есть для тебя.
— Что? Что? — потребовала Лора Бет.
— Не твое дело, пуговка. Сиди смирно и доедай сливовый пудинг.
— Что?
— Лора Бет, дядя Найт хочет, чтобы ты хорошо себя вела, или отправишься в детскую.
— Прекрасно сказано, Тео, — одобрил Найт. — Учти, Лора Бет, там холодно и Царица Екатерина может отморозить ноги.
Девочка засмеялась:
— Мама, пойду посижу с Сэмом.
— Спасибо, Тео. Джон, вы заслужили небольшой отдых.
— Позже мы с Тео поедем кататься, миссис Уинтроп. Тогда и отдохнем.
— Еще один мученик, — заметил Найт, ни к кому в особенности не обращаясь.
Ровно через десять минут Лили закрыла за собой дверь гостиной:
— Вы хотели меня видеть?. Найт вынул из-за спины большую коробку. Лили недоуменно пожала плечами:
— Что это?
— Почему бы тебе не открыть и не посмотреть? — Лили медленно подошла к нему.
— Если тебе понравится содержимое коробки, может я получу за это поцелуй?
— Возможно, — ответила Лили и, взяв коробку, понесла к столику маркетри с изогнутыми ножками. Подняв крышку, она развернула серебряную обертку и ахнула:
— Найт!
Он, не отвечая, смотрел, как Лили вынимает из коробки великолепный подвенечный наряд из белого шелка. Круглый вырез, длинные узкие рукава и подол были отделаны валансьенскими кружевами. Как только Найт увидел платье, он сразу понял, что оно создано для Лили.
— Это твой свадебный наряд, — сказал он, когда молчание стало невыносимым.
— Он необыкновенно красив, но… — ошеломленно пролепетала Лили.
— Никаких «но», пожалуйста. По дороге к епископу Морли я заехал к модистке и уговорил ее с ним расстаться. Это платье пойдет тебе, вот увидишь. У ее помощницы примерно такая же фигура и…
Он осекся, поняв, что говорит слишком быстро, а Лили безмолвно взирает на него с видом испуганной мыши.
— Лили? Лили покачала головой и отвернулась.
— Тебе не нравится? — нахмурился Найт.
— Конечно нравится, глупый!
Найт широко улыбнулся:
— А я уж было подумал, что ты вот-вот превратишься в настоящую лейку и зальешь меня слезами. Я знаю, что жених не должен видеть невесту перед свадьбой, но…
— Нет, нет, ни в коем случае.
Лили обернулась и, к удивлению Найта, оказалось, что она безмятежно невозмутима, как святая на церковной фреске.
— Спасибо, Найт. Ты очень добр. Найт пристально вгляделся в девушку:
— Возможно, ты наконец поверила, что это в самом деле произойдет, Лили. Завтра, в это время, ты станешь моей женой, и все мы будем одной семьей. Не такая уж отвратительная мысль, правда?
Лили снова тряхнула головой:
— Мы все-таки не нашли драгоценности, — прошептала она, и Найту незамедлительно захотелось задать ей трепку.
— Понимаю, — язвительно бросил он. — Найди ты «побрякушки Билли», давно бы сбежала отсюда, из этой гнусной тюрьмы, с первыми лучами солнца — точно так же, как с Дэмсон Фарм.
— Да, — кивнула Лили, и Найт шагнул к ней, чувствуя, как с каждой минутой все больше чешутся руки.
Лили, прижимая к груди платье, поспешно-отступила:
— Я бы хотела, чтобы этот брак оставался фиктивным.
Найт остановился как вкопанный:
— Что?!
— Фиктивным. По крайней мере, дня на три.
— Очень короткий фиктивный брак. И через три дня ты решишь пустить меня в свою постель?
— Пожалуйста, Найт, только три дня. Это не очень долго, а я была бы тебе очень благодарна.
— Кажется, я начинаю понимать. Все еще надеешься найти несуществующие драгоценности, так? Еще три дня поисков без опасений, что я награжу тебя ребенком?
Лили ничего не ответила.
Слепящее бешенство затопило Найта. Схватив платье, он скомкал его и швырнул через всю комнату:
— Мадам, в вашем распоряжении три года, тридцать лет. Мне все равно! Я дам вам пятьдесят тысяч фунтов. Можете уезжать. Только детей я вам не отдам. Понятно?
Он схватил ее за плечи и начал с криком трясти:
— Ты не отнимешь у меня детей! Не позволю! Лили не пыталась сопротивляться. Она слушала, действительно слушала.
— Но ты знаешь детей меньше месяца. Не можешь же ты так сильно их любить!
— Попробуй только увезти их, и я лично… вне себя от ярости зарычал Найт…
— Лично что? — спросила она, очень мягко. Он смотрел на нее, зная, что побежден, сдался без борьбы. В этот момент Найт ненавидел ее. Он не чувствовал себя нормальным человеком с тех пор, как она ворвалась в его упорядоченную жизнь и превратила ее в сумасшедший дом. Найту ненавистна была и сама мысль, что он перестал быть хозяином положения.
— Господи, как бы я хотел вырвать тебя из сердца?
Лили улыбнулась Найту и обвила его руками за талию. Найт застыл, но не отстранился. Лили прижалась к нему.
— Найт?
— Что тебе, чертова ведьма?
— Это правда, что я в твоем сердце?
— Нет, я совсем не это хотел сказать. Это оговорка, минутное затмение. Я имел в виду, что ты, как заноза в моих чреслах. У моей мужской плоти совершенно пет разума.
— Ах вот как.
Его ладони легли на руки Лили, осторожно провели сверху вниз:
— Лили, я просто разочарован: судя по твоим словам ты, похоже, действительно ко мне неравнодушна..
— Скажем, я не нахожу тебя совсем уж отвратительным, Найт.
— Ты выйдешь за меня?
— Да.
— И никаких трех дней?
— Ни часа. Ни мгновения. Найт почувствовал себя беззаботным и легким как бабочка и, схватив Лили за талию, поднял над головой:
— Давно пора, глупая женщина! Поцелуй меня так, словно любишь страстно, так, как будешь целовать завтра, когда мы наконец окажемся в постели.
Он медленно опускал Лили на пол, пока она целовала Найта, ощущая силу его желания, его мощь, его нежность. Она целовала его самозабвенно, но, чего не смог понять Найт, — совершенно неумело.
Брачная церемония Найта Кардена Пейджета Уинтропа, восьмого виконта Каслроза, и мисс Лили Офелии Тремейн проходила в достаточно торжественной обстановке, хотя в церкви присутствовали только дети и слуги Каслроз.
Кузен епископа Морли, известный поверенный мистер Дрейк Сент-Джон, выступал в роли посаженого отца и, осторожно вкладывая ее руку в ладонь лорда Каслроза, подумал, что жених, должно быть, счастливейший на земле человек.
Знай Найт о его мнении, несомненно горячо согласился бы. И дети тоже.
— Мама — ангел, — сообщила Мимсу Лора Бет.
— Тише, — нервно прошипел Тео.
Сэм нетерпеливо взглянул на брата и сказал достаточно громко, чтобы слышал Найт:
— Мама красивее, чем павлины Каслроз.
В настоящее время в поместье жил всего один павлин, представляющий собой довольно жалкое зрелище.
Лили поперхнулась.
— Мама красивее, чем Вайолет, — добавила Лора Бет, всегда стремившаяся оставить за собой последнее слово.
Сэм, посмотрев в сторону епископа, пояснил:
— Вайолет — мамина кобыла. Лора Бет в приливе откровенности дернула епископа за полу облачения:
— Взгляни на мамино кольцо? Это нас… нат… в общем наследие, и ужасно старое, потому что все папы дяди Найта тоже были ужасно старые, когда женились.
— Лора Бет!
— Но дядя Найт так любит маму, что женится совсем молодым.
— Нет, пожалуйста, Лора Бет, — вымученно пробормотал Тео.
— Все в порядке, Тео, — заверил Найт, едва удерживаясь от смеха. Лора Бет просто перепутала все, что услышала. После церемонии я обязательно спрошу, от кого она узнала эту историю.
— Как от кого, от…
Лили перегнулась и крепко запечатала ладонью рот девочки:
— Лучше соси палец и молчи!
— Но, мама, ты не любишь, когда я это делаю! Лили воздела глаза к небу, но тут вмешался Найт и повелительно сказал: