Страница 34 из 211
Гигант испустил победный вопль. В это мгновение Во проскользнул под его руками и лягнул его коленом в живот. Яридорас качнулся, утратив равновесие, но кулак его, украшенный устрашающими буграми суставов, настиг отступавшего противника. Сраженный ударом, Дайконас Во рухнул на пол, и Яридорас тут же навалился на него всем своим весом. Несколько мгновений Во был полностью скрыт от глаз публики за спиной могучего противника.
«Конец, — подумал Вэш. — Надо признать, парень проявил себя молодцом».
Верховный министр и в самом деле был удивлен — он привык считать, что перикалезские наемники берут лишь размерами и варварской свирепостью. Обнаружив среди них воина, способного сражаться с расчетом и выбирать тактику боя, Вэш даже слегка встревожился.
Но драка еще не завершилась. Бойцы, сцепившись, катались по полу. Яридорасу удалось зажать голову противника между ног. Хватка его становилась все крепче, лицо Дайконаса Во приобрело багрово-красный оттенок. Он отчаянно извивался, пытаясь освободиться и нанести сопернику удар локтем в пах. Ему удалось вывернуться, но его силы были на исходе, и через несколько мгновений огромная ручища петлей захватила шею Во. Гигант снова навалился на соперника, и тому оставалось лишь лягаться, защищая грудь и живот. Яридорас, залитый кровью и потом, оскалился, как зверь. Во задыхался и хватал воздух ртом. В конце концов он затих, обнажив зубы в жуткой гримасе.
— Убит, — пробормотал Вэш.
— Нет, Яридорас лишь придушил его. Скоро он придет в себя, — пояснил Марук. — Он никогда не будет убивать без крайней необходимости, тем более воина из своей когорты. У него большой опыт по части таких сражений.
Дайконас Во, по-прежнему багровый, распростерся на каменных плитах, бессильно раскинув руки и ноги. И вдруг, к удивлению собравшихся, он вскинул одну руку и крепко уперся локтем в пол. В следующее мгновение в зале раздался треск, столь оглушительный, словно кто-то выстрелил из мушкета. Противники сцепились в клубок, сплелись руками и ногами, снова покатились по полу и неожиданно затихли.
Окровавленный Дайконас Во с трудом выбрался из-под навалившегося на него Яридораса и оттолкнул безжизненное тело гиганта. Яридорас упал лицом вверх, и теперь всякий мог видеть кусок каменной плитки, торчавший из его окровавленной глазницы. От неожиданности все собравшиеся затаили дыхание. Вскоре напряженная тишина сменилась осуждающим ропотом и гневными выкриками. Несколько воинов двинулись к обессиленному Во, явно намереваясь с ним покончить.
— Остановитесь! — крикнул Пиннимон Вэш.
Осознав, что к ним обращается сам верховный министр, «белые гончие» замерли. На их лицах застыло злобное недоумение.
— Не трогайте этого человека.
— Но он убил Яридораса! — процедил Марук. — Согласно приказу автарка, он не имел права использовать оружие во время схватки.
— Автарк запретил приносить оружие на арену, килиарх, — возразил верховный министр. — Этот человек не нарушил приказа. Он нашел оружие, оказавшись в безвыходном положении. Смойте с него кровь и незамедлительно приведите его в Мандрагоровый двор.
— Но такое решение приведет в ярость «белых гончих». Яридорас пользовался всеобщим уважением и…
— А «гончим» скажите, что им не стоит разевать пасти, если они хотят сохранить головы. Не сомневаюсь, после этого они подожмут хвосты.
С этими словами Вэш расправил свою длинную тогу и прошествовал к дверям зала.
Бесценный восседал на церемониальном каменном ложе в палате Утреннего Солнца. Наготу его покрывала лишь набедренная повязка, украшенная нефритами. По обеим сторонам от него почтительно склонились жрецы; каждый из них перевязывал раны на руках автарка неглубокие порезы, сделанные всего несколько мгновений назад священными золотыми ножами. Кровь живого бога была бережно собрана в два крошечных золотых сосуда, стоявших на подносе перед верховным жрецом Пангиссиром. После захода солнца кровь эту следовало вылить в Великий канал. Жертва была призвана умилостивить солнце, покинувшее свою невесту-землю в зимнюю пору, и обеспечить его возвращение весной.
Сулепис лениво повернулся к солдату по имени Дайконас Во, который стоял потупившись и тихонько покачивал свою перебитую руку, словно спящего ребенка. Выполняя приказ министра, воин смыл с себя кровь, однако на его лице и теле темнели бесчисленные синяки и зияли глубокие ссадины.
— Мне сообщили, что ты дерзнул убить самого лучшего воина из когорты «белых гончих», — изрек автарк и пошевелил руками, проверяя, не жмут ли повязки.
На белой ткани проступили крошечные кровавые пятна.
— Я убил его в схватке, повелитель, — произнес Во.
Зеленые его глаза были так пусты и невыразительны, что казались сделанными из стекла. До чего же заурядное обличье у этого парня, вновь отметил про себя Вэш. Трудно поверить, что он так смел и находчив. С прошлого раза министр не запомнил его лица и не сомневался, что забудет его вновь, как только солдат выйдет из комнаты.
— Мы сражались по вашему приказу, повелитель, — вновь раздался негромкий голос Дайконаса Во. — И я одержал победу.
— Он одержал победу нечестным путем, — сердито уточнил капитан «леопардов». — Во время боя он ухитрился отломить кусок каменной плитки и использовал ее в качестве оружия.
— Мы вас больше не задерживаем, килиарх Марук, — вмешался Вэш. — Благодарим вас за то, что вы доставили сюда этого человека. Более от вас ничего не требуется. Бесценный решит, как с ним поступить.
Внезапно осознав, что он привлек к себе ненужное внимание, Хиджам Каменное Сердце побледнел. Он низко поклонился и стал спиной пятиться к двери.
— Садись, — приказал автарк, вперив взор в бледнолицего воина. — Пангиссир, принеси нам что-нибудь утолить жажду.
«Значит, верховный жрец Нушаша будет прислуживать простому солдату, — мысленно усмехнулся Пиннимон Вэш. — С чего это автарку вздумалось оказать такую честь этому парню?»
Когда-то Вэш считал Пангиссира своим главным соперником при дворе, но сражение за благосклонность и внимание автарка давно завершилось бесспорной победой жреца. Верховный жрец и властелин Всего Сущего были близки, как корни одного дерева, их соединяли общие секреты и тайны. Оставалось только гадать, по какой причине автарк заставил могущественного Пангиссира подносить питье воину-наемнику.
Верховный жрец Нушаша важно прошествовал к потайной нише, скрытой в дальнем конце зала. Тем временем один из евнухов автарка принес для Дайконаса Во стул и поставил его в нескольких ярдах от живого божества. Воин опустился на стул. Двигался он осторожно и скованно — как видно, раны, полученные во время схватки, оказались достаточно серьезными. В том, что боль чрезвычайно сильна, можно было не сомневаться. Вэш уже понял: такие, как Дайконас Во, предпочитают скрывать любые проявления слабости.
Пангиссир вернулся с двумя кубками, с низким поклоном подал один из них автарку, а второй протянул Дайконасу Во. Прежде чем отпить из кубка, воин немного помедлил. Впрочем, миг замешательства был так краток, что Вэш ничего не мог утверждать уверенно.
— Дайконас Во, мне известно, что мать твоя была непотребной девкой из Перикала, — изрек автарк. — Одной из тех, кого привозили с севера, дабы ублажать солдат когорты «белых гончих». Отец твой был одним из воинов этой когорты. Мне известно, что он убит в сражении при Дагардаре.
— Да, бесценный.
— Но прежде он убил твою мать. По виду ты похож на представителей своего народа. Ты свободно владеешь языком предков?
— Перикалезским? — Ни тон, ни взгляд Во не выдали ни малейшего удивления. — Моя мать научила меня этому наречию. До самой ее смерти мы говорили с ней лишь на языке страны Перикал.
— Хорошо. — Автарк откинулся назад и соединил унизанные перстнями пальцы. — Я понял, что ты способен на многое и лишен жалости. Яридорас не первый, кого ты лишил жизни.
— Я солдат, бесценный. Убивать — мое ремесло.
— Я говорю не об убийствах на поле боя. Вэш, прочти.