Страница 31 из 41
Вы «сова» или «жаворонок»?
— Я скорее всего «сова», но не патологическая. Если надо, я могу вообще не спать сутками или встать рано. Это все зависит от работы, от загруженности, от востребованности.
Я очень легко могу переключиться. Быстро подстраиваюсь под местное время, при переездах из города в город, из страны в страну. Но потом по возвращении домой из-за этого быстрого переключения у меня часто бывает бессонница, сказывается потеря здоровья, сна и потеря нервов.
За что вас можно ненавидеть?
— За справедливость, за то, что я всегда говорю правду, за то, что я ее не украшаю, эту правду, я не надеваю на нее кружево, я на этой правде, если она жесткая, вышивку не делаю. Я х…у как есть, и из-за этого меня терпеть многие не могут.
У вас есть детское прозвище?
— У меня с прозвищем проблема: его у меня никогда не было. Отчего-то вот так мне не повезло.
Вы когда-нибудь пытались покончить жизнь самоубийством?
— Попыток не делал, но очень хотел. Однажды у меня была безответная любовь. От этого и хотелось на себя руки наложить.
К счастью, как-то все обошлось.
Когда это было?
— Давно, в ранней молодости.
Вы — светский лев?
— Многие меня считают светским львом, светским королем, очень раскрученным светским персонажем, но я сам так не думаю.
Немало людей, кстати, считают меня секс-символом. Это вообще пипец. Во многих интервью меня спрашивают: «Сергей, вы как секс-символ можете нам посоветовать что-то?» или «Почему вы считаетесь в нашей стране секс-символом?». Никогда не знаю, что на такие вопросы ответить. Это полный привет.
Если кто знает, пожалуйста, подскажите, что делать в таких ситуациях, я сам понятия не имею.
Многие люди осознанно стремятся, чтобы их называли секс-символами, я же от этого стараюсь убежать. Я вообще считаю, что к себе надо относиться с юмором.
Вы любите говорить о себе?
— Мне о себе очень сложно давать интервью, рассказывать что-то, открываться. Тем более говорить о сексе или каких-то подробностях личной жизни.
Кто в доме хозяин?
— Так получилось, что в доме хозяин я. Я сам на себя такую ответственность взял. Я кормилец, приношу в дом деньги. Но я не жалуюсь на такое положение вещей. К ответственности и лидерству я привык с детства. Лидерские качества всегда присутствовали во мне. К тому же я рано ушел из семьи, быстро научился зарабатывать и постоянно быть сильным. Поэтому могу сказать, что сейчас лучше меня с ответственностью хозяина в моей семье не справится никто.
Сколько у вас костюмов?
— Кто же их считает?
Собираете журналы, где есть материалы о вас?
— Этим занимаются специальные люди из агентства. Я сам уже не справляюсь, ведь в последнее время просто огромное количество обложек, разворотов, статей выходит постоянно.
У меня впервые в жизни такой опыт общения с агентством, которое занимается всеми этими материалами. Прямо укатайка. До этого у меня не было пресс-атташе никогда.
Понятно, что это вынужденная мера, потому что банально нет сил все это собирать, отслеживать, да еще и постоянно на одни и те же вопросы отвечать. Вот пусть агентство и отвечает.
Это сотрудничество высвободило мне хоть какое-то время. Ведь журналисты постоянно меня срывают с разных дел, жить спокойно не дают. Теперь, правда, агентство в шоке. Они никак там не ожидали, что будет такая востребованность.
Как, по-вашему, все ли блондинки тупые?
— Я считаю, что это не зависит от цвета волос совершенно: есть тупые брюнетки, есть тупые рыжие и наоборот.
Взятки берете?
— А чем я управляю, чтоб взятки брать?
Например, чтобы записаться к вам на прием?
— Каким это, интересно, образом возможно? Я же не работаю на ресепшене, там работают другие люди. Я к деньгам не имею никакого отношения. Всех моих клиентов рассчитывают администраторы и кассиры. Вот у них и спросите, берут они взятки, чтоб я кого-то обслуживал, или нет. Я же к деньгам вообще не прикасаюсь.
А чтобы попасть к вам в программу?
— Тут я тоже не всегда могу решить, кто будет у меня в гостях. На это есть команда редакторов, которая подбирает артистов. Команда MTV или команда МузТВ.
Конечно, если я захочу пригласить какую-то звезду, то, естественно, мне пойдут навстречу, я эту звезду приглашу. Но при этом на каждом канале существует своя политика, свой формат, свой не формат, и, работая в той или иной программе, хочу я этого или не хочу, я должен прислушиваться к тем, от кого это все зависит. Хотя у меня есть несколько технических уловок, чтобы пригласить человека, но я делаю это только в том случае, если это действительно того стоит.
Вы когда-нибудь напивались?
— Да, было несколько раз. Что уж там скрывать. Но все это было необходимо для дела.
Хотите учиться дальше?
— Я всю жизнь учусь. И чем дальше, тем больше я понимаю, что это необходимо. Те люди, которые думают, что они уже профессионалы и развиваться дальше им в своей профессии ни к чему, автоматически начинают падать назад. Ничто не стоит на месте, все стремительно развивается.
Учиться необходимо, особенно если занимаешься творческим делом. Многие стесняются это признавать. А я нет, я всю жизнь учусь и учу других. Постоянно обучаю и учусь сам.
Назовите три главных правила стилиста?
— Почему именно стилиста? Почему все время куча вопросов крутится вокруг стилиста? Меня это очень раздражает на пресс-конференциях.
Я бы хотел назвать главные правила любого профессионала своего дела. И их вовсе не три: это работоспособность, любовь к делу, самоотверженность, честность, порядочность, уверенность, отзывчивость, в меру скромность, в меру эпатажность. Главное, чтобы все это гармонично сочеталось.
Приветствую также фанатичное отношение к своему делу, его сразу видно. И кто фанатично относится, в основном это и есть звезды настоящие, вечные, а не проект.
Когда вы поедете на Евровидение?
— Я думаю, что никогда. Я вообще не хочу ехать на Евровидение. Это конкурс для начинающих молодых артистов, он не предназначен для суперзвезд мира.
Понятно, что я постоянно молодая звезда, подающая надежды, уже 27 или 28 лет все подаю, но тем не менее я столько в страну привез Гран-при, столько побед, что уже мне просто это не нужно.
Вы когда-нибудь убегали от девушек?
— Может быть, но это были неуравновешенные девушки-фанатки, назойливые, настойчивые, наглые. От таких прямо, не задумываясь, уходил, и всё. Не убегал, а именно уходил. С чего мне бегать-то? Это многие от меня бегают быстро. Мне бояться некого и нечего. Поэтому я просто уходил от этих людей, рядом даже не хотел стоять. И правильно делал, ведь многие мучаются, непонятно для чего терпят, а я нет.
Как, по-вашему, любовь есть?
— Думаю, что да.
У вас есть вредные привычки?
— Как и у всех нормальных людей, у меня есть вредные привычки. Но при всех перечислять их я никогда не буду.
Можете прилюдно заплакать?
— Почему бы и нет, в клипе «Ради тебя» я плакал, все же видели, тогда вся страна вместе со мной рыдала. Я же живой человек.
А спонтанно, вдруг, взять и прослезиться можете?
— Это же, условно говоря, сценическое явление плакать: если ты искренне поешь, выкладываешься, отдаешься, слезы появляются сами собой. У меня много раз было на сцене, что я не выдерживал и просто во время песни рыдал. Но даже если я очень растроган, я стараюсь до последнего сдерживаться, потому что, когда у меня появляются слезы, у меня резко садится голос.
Где вам приятнее заниматься творчеством?
— Для меня такой вопрос вообще не стоит. Я могу творить шариковой авторучкой в поезде или в машине, сидя в пробке. Вдохновение и образы приходят ко мне спонтанно. Муза может посетить очень не вовремя. Именно в тот момент, когда нет времени и возможностей выплеснуть творчество. Хотя бывает и наоборот, время есть, отдыхаю и ни одной мысли в мозгах нет, как будто ни одна извилина не работает.