Страница 34 из 80
Действие происходит в 1939 году во время Гражданской войны в Испании. Двенадцатилетний Кар-лос, отец которого погиб, сражаясь за Республику, попадает в школу-интернат, расположенную далеко в пустыне. О войне не напоминает почти ничто — кроме голода, изредка появляющихся в школе республиканцев (здесь спрятаны слитки золота на партийные нужды) да огромной неразорвавшейся бомбы, торчащей из земли посреди двора. А еще в школе есть призрак-мальчишка (дель Торо сам признался, что этот образ он позаимствовал из японского хоррора). Призраку что-то надо, а что — предстоит выяснить Карлосу.
Однако не мистическая тема главенствует в этой пронзительной и жестокой драме. События крутятся вокруг золота — и выясняется, что бывают люди и похуже фашистов, бросающих бомбы на приюты. Что стоит сделать одну небольшую подлость — и может хлынуть целый водопад зла. Что призраки — не так уж и плохи. Что даже дети могут убивать — если их к этому подвести. И что дети могут умирать на экране — это давно уже де-факто запрещено в США, но в Европе — еще возможно. Почти библейский исход оставшихся в живых мальчишек — в пустыню, в неизвестность, из сгоревшего интерната, где остался только новый призрак — доводит до точки кипения и без этого бурлящий котел зрительских эмоций. Фильм помимо всеобщего признания со стороны поклонников хорошего и умного кино принес режиссеру еще один букет международных призов и номинаций.
Кроме того, в Голливуде решили, что нельзя терять такого режиссера, и примирение состоялось. В последнее время все явственнее проявляется тенденция — на экранизации модных комиксов приглашать заграничных режиссеров, зарекомендовавших себя в альтернативном кино. С одной стороны — риск провала не очень большой, ибо брэнд уже раскручен. С другой — зритель подустал от однообразного переноса на экран графических супергероев, и для успеха требуется некая изюминка, которую предположительно способен внести «пришелец» с иным взглядом на кино.
Первый фильм о вампире-полукровке Блейде, герое марвеловского комикса, был снят Стивеном Норрингтоном и получился не очень успешным. Фильм и «вылез» не за счет постановочных талантов режиссера, а благодаря фигуре главного героя (в исполнении мастера единоборств Уэсли Снайпса), крошащего в капусту полчища вампиров. Римейк предложили сделать Гильермо дель Торо. Перед ним стояла непростая задача — совместить свою эстетику с той, которая была заложена в первом фильме. И ему это блестяще удалось. Фильм в результате имел весьма значительный кассовый успех, а дель Торо окончательно покорил Голливуд. Сиквел получился гораздо более стильным, хотя и куда более натуралистичным, чем первая лента. Постоянный экшен под жесткий музыкальный ряд, стробоскопная смена света и тени, многополюсное противостояние сил добра и зла — завораживают зрителя и не дают времени обратить внимание на дыры в сюжетной логике.
Одного из главных злодеев из соединенной вампирско-блейдовской команды сыграл друг дель Торо — Рон Перлман. И когда продюсеры, вдохновленные успехом режиссера на поприще комиксов, предложили Гильермо попробовать еще раз, теперь уже с другим популярным графическим романом Марка Миньолы «Хеллбой» (он же «Чертенок», он же «Парень из пекла») — вопросов, кто же будет исполнять роль супергероя, у дель Торо не возникло. Хотя кандидатуры «сверху» предлагались неоднократно.
Ради нового проекта дель Торо отказывается от участия в третьей части «Блейда» (ее совершенно бездарно снял сценарист первых двух частей Дэвид Гойер) и, самое главное, от предложения выступить постановщиком суперблокбастера «Гарри Поттер и узник Азбакана», порекомендовав своего друга Альфонсо Куарона (тем самым вернув моральный долг за поддержку «Хребта дьявола»). Многие любители кинокомикса не без оснований считают, что «Хеллбой» дель Торо — одна из самых удачных экранизаций комиксов за всю историю жанра. Дело даже не в прекрасной игре сильно загримированного Рона Перлмана. И не в блестящих спецэффектах. И не в сюжете — он-то как раз чисто по-комиксному эклектичен, не слишком внятен и грешит против исторических фактов. Дело в том, как подан сам супергерой. Имея среди всевозможных человекопауков, бэтменов, суперменов и прочей братии самую нечеловеческую сущность и внешность (рогатый краснорожий дьявол, еще чертенком попавший в наш мир «с той стороны», а ныне подвизающийся в ФБР на ниве уничтожения всевозможных монстров), он в результате оказывается «самым человечным человеком». Он переживает, он думает, он любит, он ревнует, он жалеет, он чувствует. В этом главная заслуга режиссера — умудриться показать живым дьяволоподобного громилу. Ну а прочего, своего любимого, дель Торо тоже напихал предостаточно: и жуткие инфернальные порождения, и долгие скитания по туннелям, и мрачная атмосфера «темного» хоррора, и постоянные экивоки, и реминисценции к классике жанра. Фильм имел немалый успех, и сейчас дель Торо и Перлман работают над сиквелом «Хеллбой 2: Золотая армия».
Еще одной детской страстью Гильермо дель Торо были сказки. «Сказки — любимое мое чтение с самого детства, — признается он. — Я обожал произведения братьев Гримм, Ганса Христиана Андерсена и Оскара Уайльда. В некоторых из них мотивы жестокости и садомазохизма лишь слегка приглушены из соображений благопристойности». И вот он решил отдохнуть от комиксов и снять сказку. Жестокую. Про фашизм. «Лабиринт Фавна».
В «Лабиринте…», идейно продолжающем «Хребет дьявола», дель Торо возвращается к больной для себя теме — испанскому фашизму. Действие происходит в 1944 году. В лесах северной Испании еще действуют партизанские отряды республиканцев. Франкисты создают специальные военные «блокпосты» для войны с партизанами. Главная героиня фильма, маленькая Офелия (Ивана Бакуеро), приезжает с мамой к отчиму, возглавляющему одну из таких баз. Капитан Видаль — типичный фашист, как будто взятый из послевоенного кино, злобный, жестокий палач. Единственное существо, внушающее ему любовь — это еще не родившийся сын, коим беременна мама Офелии. А Офелия встречается в лесу… с фавном, И тот сообщает, что она на самом деле принцесса сказочного царства. Но чтобы отправиться в это царство, девочке нужно пройти несколько обрядов посвящения, точнее — выполнить некие задания. Далее два сюжета развиваются почти параллельно, стремясь сойтись лишь в развязке. Офелия выполняет задания фавна, а на военной базе идет военная жизнь — перестрелки, поиск партизан, расстрелы, пытки. Но и параллельные прямые пересекаются — на уровне предметов и символов: вот Офелия лезет под землю, чтобы убить огромную жабу и взять некий волшебный ключ, а вот служанка Мерседес, тайно работающая на сопротивление, похищает для партизан ключ от склада с продовольствием; вот Офелия добывает волшебный жертвенный нож, а в это время Мерседес прячет под платьем настоящий — и он спасет ей жизнь. Совпадений много, но сказочная часть все же «обслуживает» реалистическую: простые фашисты оказываются куда страшнее монстров, явно созданных режиссером под влиянием картин Сальвадора Дали. Хотя и не только. Дель Торо не скрывает, что Лабиринт фавна — это тот самый, борхесовский Лабиринт. А еще на стилистике фильма лежит отпечаток творчества английского художника конца XIX века Артура Рэкхема. Впрочем, всех отсылок и аллюзий не перечесть. Сама идея — показать ужасы фашизма в окантовке мрачных средневековых сказок — отдает гениальностью. Тем не менее детям и впечатлительным особам смотреть эту жестокую и местами сверхнатуралистичную драму-сказку не рекомендуется.
Между прочим, между «Хребтом дьявола» и «Лабиринтом Фавна» существует и прямая связь, а не только идейная. Дело в том, что выросшие исполнители главных детских ролей из «Хребта дьявола» играют также и в «Лабиринте…» — в эпизодических, почти массовочных ролях безымянных партизан. Скорее всего, здесь дель Торо не просто предложил сняться старым знакомым. Видимо, так он нам намекает на судьбу тех мальчишек из «Хребта…», что уходили из сгоревшего интерната в неизвестность.