Страница 111 из 150
Я только замечу здесь, что притязания советского правительства возросли, едва оно выяснило, что мы не будем пересекать демаркационную линию, хотя они всегда протестовали против наше-го мнимого продвижения. Советское правительство, насколько каж-дый может видеть, приняло по отношению к нам ту же позицию, что в начале переговоров в Бресте. Оно всячески затягивает все важные для нас решения и, насколько это возможно, действует против нас. Нам нечего ожидать от этого правительства, хотя оно
и существует по нашей милости. Для нас это постоянная опасность, которая уменьшится только, если оно безоговорочно при- знает нас высшей державой и покорится нам из страха перед Германией и из опасений за свое собственное существование. Следовательно, мне кажется показным строгое и безжалостное обращение с этим правительством.
Во избежание неприятных сюрпризов на востоке мы должны следить за быстрым и безоговорочным выполнением наших собственных требований, обусловленных нашей позицией.
Советское правительство еще не доказало, что оно способно править на своей территории. До сих пор оно только разрушало, а теперь, резко повернув вправо, начнет строить. Но у них нет аппарата управления. Во всяком случае против советского правительства действуют мощные течения, и мы должны иметь это в виду.
Хотя мы сейчас ведем официальные переговоры только с советским правительством, мы должны одновременно поддерживать отношения с другими движениями в России, чтобы не оказаться вдруг в полном одиночестве. Мы не можем полагаться на сторонников Керенского, они подчиняются Антанте. Мы должны установить контакты с монархистскими группами правого крыла и влиять на них так, чтобы монархистское движение, как только оно получит какое-то влияние, управлялось бы нами. Антанта тоже поняла важность этого движения. Согласно надежному источнику, Антанта уже пообещала монархистам поддержку через министра Нулена на совещании консервативных элементов и предложила ввести в стране конституционную монархию. Предложение было принято вежливо, но ответа пока нет.
В области экономики мы должны достичь четких соглашений с русским народом, иначе мы окажемся перед угрозой, что советское правительство будет делать все возможное, чтобы улучшить Брестский договор. Экономические соглашения на востоке также снимут угрозы Антанты устроить бойкот Германии, это значительно укрепит нашу позицию на будущих мирных переговорах и во всем мире.
ЛЮДЕНДОРФ
МИНИСТР ФИНАНСОВ ГЕРМАНИИ -- В МИД ГЕРМАНИИ
Берлин, 11 июня 1918 г.
Дорогой Кюльман!
В ответ на Ваше письмо от 8 июня, в котором Вы также прислали мне меморандум, приложенный к документу No 2562, сообщаю, что я согласен поддержать заявление, поданное без указания каких-либо причин, на 40 млн. марок, которые будут Вам переданы на обсуждаемые нужды200.
РЕДЕРН
ПОСОЛ В МОСКВЕ -- СТАТС-СЕКРЕТАРЮ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ
25 июня 1918 г.
Дорогой господин начальник!
Я хотел бы сегодня воспользоваться Вашим предложением писать Вам время от времени частные письма, чтобы кратко подвести итог кое-каким соображениям о здешней ситуации, которые, быть может, Вам будет удобнее обнаружить в сконцентрированном виде в одном письме, несмотря на то, что они уже встречались в отдельных сообщениях.
После двухмесячного внимательного наблюдения я более не могу поставить большевизму благоприятного диагноза. Мы, несомненно, стоим у одра опасно больного, состояние которого мо жет иной раз и улучшиться, но который обречен.
Не говоря уже о том факте, что большевизм наверняка скоро падет жертвой процесса внутреннего разложения, который пожирает его, против него действует слишком много элементов, стараясь приблизить его конец и поставить своих собственных преемников. (Конечно, это не так ужасно с военной точки зрения, но в политическом и экономическом плане это никак не может быть желательно).
Если мы примем за факт, что большевизм достиг конца своей в части, тогда, я думаю, нам следует попытаться обеспечить заполнение вакуума, который образуется после его исчезновения, режимом, благоприятным для наших планов и интересов -- это не обязательно означает немедленную реставрацию монархии.
Основные предпосылки для этого имеются. Они до некоторой
степени в латентном состоянии, но их в любой момент можно активизировать.
В нашем распоряжении -- группы заинтересованных партий самых разных оттенков. Прежде всего, монархисты, в более узком смысле этого слова, которые, вероятно, заслуживают рассмотрения только как единственная доступная твердая опора для любой возможной комбинации, но которых не следует рекомендовать. В целом, они слишком ленивы и пребывают в слишком большом смятении и заинтересованы, в основном, в том, чтобы с нашей помощью получить назад свое уютное и обеспеченное существование.
Ядро нужных нам людей должно состоять из умеренных правого крыла, октябристов и кадетов (здесь чем левее, тем лучше), особенно потому, что такая комбинация обеспечит нам большой процент влиятельных фигур в промышленности и банках, которые будут служить нашим насущным экономическим интересам.
Этот блок, который и так довольно силен, можно еще укрепить, если нам удастся привлечь туда сибиряков -- хотя это будет нашей самой сложной проблемой. Тогда у нас появятся еще более широкие перспективы, связанные с полезными ископаемыми Сибири, и в этой связи я немного коснусь широких, почти неограниченных возможностей развития, которые ведут нас на Дальний Восток
В случае перемены ориентации нам даже не придется прибегнуть к силе в значительных масштабах, и мы сможем в какой-то степени поддерживать видимость хороших отношений с большевиками до последнего момента. В качестве предлога для военного наступления мы в любой момент можем воспользоваться царящей здесь бесхозяйственностью либо послаться на урон, который здесь постоянно наносится нашим интересам. Любое наше сколько-нибудь значительное военное наступление -- даже не обязательно направленное против обеих столиц -- автоматически приведет к падению большевиков, после чего, так же автоматически, образовавшуюся пустоту немедленно заполнят новые правительственные органы, которые мы будем держать наготове и которые будут целиком и полностью состоять у нас на службе.
Конечно, нам придется чем-то за это заплатить, если не сразу, то впоследствии У тех друзей, которые могут здесь у нас обнаружиться, наверняка возникнут возражения против карты России, начертанной Брестско-Литовским договором. Они, быть может, уже сумели духовно отделиться от Польши, Литвы и Курляндии, они могут даже смириться с отказом от Ливонии. Но вот отделение Эстонии вызовет -- из-за Ревеля -- большую горечь, а постоянное отделение от России Украины следует считать невозможным, ч это нужно принять за политическую аксиому. Тем немцам, которые уже что-то вложили в Украину, трудно будет согласиться с требованием вернуть ее России; те же, кто считал отделение
Украины временным военным мероприятием, вполне смогут свык нуться с мыслью о новом повороте дела.
Конечно, я прекрасно понимаю, что мне доступна лишь части картины. Решения могут принимать только те, кто видят всю кар тину в целом и знают все различные взаимосвязи и отношения Тем не менее, я желал и считал необходимым описать ту часть, за которую я отвечаю, и описать так, как я ее вижу и понимаю.
МИРБАХ
Примечания
1 В этом разделе книги Б, И. Николаевского нами дан в переводе с английского и немецкого сводный текст избранных документов, в свое время опубликованных в сборниках Germany and the Revolution in Russia 1915 -- 1918. Documents from the Archives of the German Foreign Ministry. Edited by Z. A B. Zeman. London, Oxford University Press, 1958, L'allemagne et les problems de la paix pendant la premiere guerre mondiale. Documents extraits des archives de 1'Office allemand des Affairs etrangeres. Pub. et a