Страница 64 из 73
— Надеюсь туман не искажает запахи подобно голосам, — находясь в тумане Пятый все еще с трудом узнает свой голос и голос девушки.
— Чтобы обмануть вервольфа, требуется очень искусная магия, сомневаюсь, что кто-то способен развить способности настолько, — с сомнением замечает генерал. При этом высокое начало фразы звучит слева, а окончание гремит басом справа.
Зорг, повинуясь команде Элен, отправляется на поиски, терпеливо подстраивая скорость движения под герцогиню. Девушка, а вслед и Георг вместе с генералом, шагают за вервольфом. Пятый отмечает, что видимость в тумане ничуть не лучше чем в облаке дыма от взорвавшегося вертолетного двигателя, но последний при ужасном запахе и едкости гораздо приятнее.
Сбой программы, сбой программы…. - механическая фраза дробит сознание, раз за разом повторяясь в мозгу Эдуарда. Герцог, несмотря на адскую головную боль, продолжает двигаться по темному лабиринту, не разбирая дороги, спотыкаясь, падая и снова поднимаясь. Приходится опираться руками о дрожащую каменную поверхность стен, от чего мучительный голос набирает силу, принимая издевательский оттенок…
После исчезновения дракона, вокруг Эдуарда происходит нечто невообразимое, воздух заметно густеет, превращаясь в кисель окрашенный всеми цветами радуги, тело герцога приобретает прозрачность, по нему, словно миллиарды паразитов снуют выжившие из ума цифры, холодный нули и жгучие единицы. С потолка один за другим обрушиваются массивные серые камни, подпрыгивающие от ударов о пол, словно резиновые мячики. Соприкасаясь с поверхностью массивные валуны, рассыпаются мириадами разноцветных искр, ярче слов возвещая радостную весть: Мир сошел с ума.
Ничего, не видя в ослепительных вспышках и не в силах осознать происходящего, Эдуард направляется к выходу (как ему кажется), желая скорее вернутся к привычному миру, и именно в этот момент голос стальным стержнем вонзается в голову, монотонный и непреклонный. Замещая собственные мысли герцога, он въедается подобно кислоте, разрушая все на своем пути. Стремясь добраться до самого центра мозга, подменив сознание своей бессмысленной логикой.
Лишь однажды за время путешествия по драконьим подземельям, когда Эдуард в коридоре встречает серого монаха и машинально наносит удар, заметив меч в руках мужчины, голос на время изменяет привычной фразе.
— Вы перешли на двенадцатый, тринадцатый, четырнадцатый, пятнадцатый…. тридцать седьмой уровень. Сбой программы, сбой программы.
Страстно хочется завыть, но зародившийся импульс-желание не успевает воплотиться в нечто материальное, подавленный механическим голосом.
— Сбой программы, сбо-оо-йй
…Выбравшись из рехнувшихся тоннелей на поляну освещенную лучами солнца, Эдуард не встречает сопротивления, хотя во дворе копошатся не менее полусотни серых монахов, вооруженных и выглядящих слегка заторможенными, словно в видеоигре с системными требованиями на грани возможностей компьютерного железа.
Оказавшись за воротами, герцог машинально отмечает появление Эрна. Слуга с нетерпением дожидался появления герцога в беседке, расположенной неподалеку от ворот.
— Ваша светлость вам нехорошо? — мальчишка не подозревает, что подобный вопрос для правителей после посещения подземелий дракона один из самых популярных.
Герцог, несмотря на предпринимаемые усилия, не в силах понять смысл вопроса. Мозг решительно отказывается воспринимать реальность адекватно, раз за разом воспроизводя слова заезженной пластинки, пожирающей собственные мысли Эдуарда.
"Сбой программы, сбой программы".
Неожиданно, по мере усиления попыток понять слова слуги, темп фразы ускоряется. Резкий приток крови к голове сопровождается онемением конечностей, мир вокруг окрашивается черным цветом, тело в одно мгновение теряет вес, дыхание учащается, прежде чем остановиться вместе с биением сердца.
Эдуард не чувствует падения, не видя как Эрн с трудом пытается поднять его бесчувственное тело. Герцог ощущает эйфорию счастливейшего человека на свете. Вместе с окружающим миром исчезает и кошмар металлического голоса.
Туман рассеивается неожиданно и резко. Делегация высокопоставленных особ во главе с вервольфом не успевает выполнить поставленную задачу, добраться до места отдыха золотых орланов. Густое марево на глазах расползается в разные стороны, раздираемое могучими руками невидимого великана. Туман в месте разрыва походит на театральный занавес.
— Начинается, — Георг, крепче сжимает рукоять меча, не имея ни малейшего понятия, что ожидать в следующий миг.
Вервольф утробно рычит, уставившись строго вперед. Последовав примеру Зорга, Георг и Элен напрягают зрение. Неясные силуэты, сначала три, затем четыре, десяток, полусотня проявляются в какой-то сотне метров перед лагерем.
— Зараза, — Пятый раздраженно сплевывает. — Похоже, встряли.
Меч легко, почти картинно, выскальзывает из ножен, заняв место в правой руке. Посох ждет подходящего момента в левой.
Со всех сторон слышны крики, альфийцы заметив приближающуюся угрозу, готовы впасть в панику.
— Сдавайтесь, — громогласно проносится над лагерем. Голос очевидно специально модулирован таким образом, чтобы вселять страх. — Вы окружены. Эльфы держат вас на прицеле, любые попытки сопротивления будут жестко подавлены.
— Блефует, — злобно шипит Пятый, не желая проигрывать.
Посох, описав широкую дугу над головой, утыкается основанием в землю. Треск разряда сменяется широкой огненной волной направленной в гущу врагов.
Элен поднимает арбалет. Поступок Георга пугает непредсказуемостью последствий.
Огонь, столкнувшись с авангардом бетанского отряда, на краткое время вызывает переполох. Одежда спичкой вспыхивает на эльфах, наемники с криками боли избавляются от раскаленной стали доспехов. Кажется успех возможен, однако враг готов к атаке огнем. Среди первых рядов находится место кому-то из высших магов. Не без труда бетанский герцог преграждает путь огненной стене, на миг, вернув туман гасящий магию.
Контратака на строптивого герцога выражается в шквале стрел взметнувшихся по направлению к источнику огненного заклинания. Эльфы яростно мстят за троих погибших и дюжину раненых товарищей.
Посох без участия Пятого совершает круговое движение едва не вывихнув герцогу кисть. Посланницы смерти одна за другой с гулким стуком отскакивают от деревянной поверхности.
Элен помня опыт боя с предводителем разбойников, предпочитает спрятаться за спиной Георга. Некоторым бандитам подобная тактика спасла жизни.
— Ну, нет, так просто вы меня не одолеете, — воодушевленный действиями артефакта, Георг незаметно попадает под влияние посоха. Сдаваться парень теперь уж точно не собирается.
Ударив основанием посоха о землю в очередной раз, Георг замирает, превращаясь в монолит, на месте собирая силы для одного по-настоящему мощного удара. В лесной стычке подобная тактика провалилась, но наитие подсказывает, любой другой вариант изначально обречен на провал….
Маги альфийцев с трудом, но сдерживают атаку эльфов. Мастера воздушной стихии хаотично искажают воздушные потоки, стрелы собирают урожай лишь благодаря количеству. Огневики атакуют с минимальным успехом. Запас манны альфийцев стремительно тает. Кочевникам приходится и того хуже. Безумная попытка перейти в контратаку с выходом из под защиты магов приносит посмертную славу "глупцов", задумавшим прорыв офицерам. Стрелы выкашивают в рядах степняков широкие просеки.
Враг постепенно разделывается с пешками, чтобы затем спокойно сосредоточиться на главных фигурах.
Элен машинально ловит возникшую перед лицом стрелу. Эльфы окружают отряд и стрелы летят уже с трех сторон.
— Черт, мне здесь не нравится, — девушка нахмурив брови смотрит в спину Пятому. — Или делай что-нибудь или давай сдаваться.
Вервольф подняв морду в небо, издает душераздирающий звук, отдаленно напоминающий волчий вой. Герцогиня поднимает глаза и с безотчетным ужасом видит огромную черную тучу, разрастающуюся над головами бетанцев.