Страница 91 из 120
Нетрудно уловить школу Тютчева и Фета в таком лирическом раздумье раннего Верховского:
Схватившись в темном тяжком поединке,
Потусклую трепещущую страсть
Принудит песня властная упасть,
Мир замыкая в дышащей тростинке ,
Здесь по-новому оживает и «мыслящий тростник» Тютчева, и превосходная строфа Фета о творчестве:
Эти великие звучания и думы воспитали Верховского-поэта. Они вырастили его мелодический стих, классически четкий и как бы внутренне озаренный, полный какой-то застенчивой, сосредоточенной и пленительной правдивости – высшей художественной правды, своего неповторимою и верного видения мира. Как и его великие учителя, Верховский любит и по-своему, новыми чертами, запечатлевает любимые родные пейзажи, рисует заветный мир своей России. Сквозь высокую культуру античного стиха проступают знакомые и бесконечно близкие картины лесной и речной природы с ее просторами и закатами, с ее звонами и далями. Вчитываясь в эти простые и взволнованные затаенной влюбленностью строки, мы слышим, как «кричит коростель», чувствуем, как «влажно-душистые липы цветут», <…> слышим, как шумят родные хвойные леса, о которых чудесно говорит поэт:
В этом есть своя скрытая мудрость и своя глубокая любовь. Родина пробуждает песню:
Приведем два таких стихотворения, ибо лучшее изучение поэта это чтение его стихов, это звучащий голос его песни.
Рядом с такой античной элегией здесь звучит и другая – более простая и проникновенная, близкая к русскому романса к песням девушек, поэтическим и звенящим:
Так слагалась и звучала лирика Верховского, взращенная этой тишиной и просвещенностью среднерусских пейзажей, раскрывшая и в его поэзии эти «родные цветы»…
Но эта лирическая тональность не исключала грозовых мотивов – песен гнева и общего страдания. Годы Отечественной войны раскрыли в певце сельских эпиграмм, идиллий и элегий поэта-патриота, умеющего превратить свой стих в оружие. Привычные античные дистихи наполнялись новым боевым содержанием:
В 1943 году в Свердловске вышла книга стихов Юрия Верховского «Будет так». Это призыв к героизму и вера в победу. С огромной любовью вычерчивает поэт профили родных городов в дни великих испытаний. Это прежде всего – Москва, Свердловск с его Набережной Рабочей молодежи, Смоленск с изящным памятником Глинке, затемненный Ленинград… Но всех дороже Москва:
Во всех концах Родины поднимаются очертанья городов-героев. Они вдохновляют поэта на его военные песни. Они по-новому раскрывают ему смысл его искусства – поэзию в дни войны:
Огонь-слово
Тонко и сильно выражает это понимание поэзии стихотворение об оборонном металле. Оно называется «Мастер-художник».
<…>