Страница 13 из 16
Самое интересное, по обоюдному признанию, мы вроде бы и были похожи на себя прежних, но и отличались. Я стал страшнее, а Мышуня честно призналась, что в таком обличье себе больше нравится, только наряд подкачал, джинсы бы хоть какие…
– Ладно, – произнесла Эльвира и добавила. – А теперь снова смотрите! – и провела рукой по зеркалу, что-то при этом шепнув.
Я чуть не сел на пол от страха! Ладно я еще превратился в настоящего высокого лесного эльфа, с длинным тонким носом, прямыми серыми волосами и острыми ушами, но Машка выглядела настоящим бледнолицым выходцем с того света, а ее клыки уже не могли скрыть никакие губы. Я в ужасе обернулся на свою подругу по несчастью, и колдовство распалось – передо мной стояла прежняя симпатичная забияка. Мне даже захотелось ее обнять в порыве облегчения, но я вовремя сдержал телячьи нежности.
Однако мой сочувствующий взгляд на Машуню не укрылся от Эльвиры, и она укоризненно покачала головой, указывая глазами на застывшую в шоке девочку. Я наплевал на все мальчишеские приличия и обнял подружку, тут же заметив, что ее трясет.
Ну какой же я болван! Ведь девчонке увидеть себя такой образиной все равно что… даже не знаю что! Я бубнил ей что-то успокаивающее, гладил по голове и чувствовал, как стало расслабляться трясущееся тельце. А в ухо услышал шепот Эльвиры:
– Молодчина! Вам еще предстоит немало испытаний, и эта помощь должна была прийти от тебя. Люби и защищай ее, как брат. Помни, у вас здесь нет никого ближе друг друга. – Затем волшебница подхватила сильными руками девочку и перенесла ее на удобную тахту, где усадила отходить от потрясения. А сама, пригласив остальных присесть рядом, стала объяснять. – Это зеркало отражает внешность человека, но если его попросить, то оно показывает и его основу, а в нашем мире не все выглядят такими, какими являются по сути. Я тоже несколько моложе выгляжу, чем на самом деле – но это от вашего присутствия.
– Но… неужели я и в самом деле тот отвратительный вампир… – глотая слезы, тихо произнесла Маша.
– Нет, девочка моя! – спохватилась волшебница. – Вы случай особый. Я не просто так заставила вас посмотреться в зеркало, и теперь многое стало понятным.
– И что тут понятного? – удивился до сих пор молчавший как рыба Андрюшка.
– Если бы вы, ребята, после моего заклинания стали отражаться так, как выглядели в своем мире, то это означало бы, что вы целиком перенеслись сюда. Но в данном случае подтвердилось мое худшее предположение: вы переселились в тела эльфа и вампира, а их сущности, соответственно, оказались в ваших телах. Вот вам и разгадка, почему и как вы оказались в нашем мире. Просто колдуну нужно было протащить туда себе помощников, а переход получается только с помощью обмена.
Мы сидели, притихнув, как три амбарные мыши перед котом – настолько ошарашивающе страшными оказались новости. Ведь если дело обстояло так, то все гораздо запутаннее и, соответственно, выпутываться нам будет сложнее. Настолько сложнее, что задумываться над этим просто не хотелось. Когда до меня дошел весь ужас этого факта, я воскликнул:
– Так значит, там сейчас в наших телах эти твари! Они же все здоровье нам испоганят своим присутствием!
– Не думаю, что очень быстро. Ведь вы же сами сказали, что в вашем мире невозможно настоящее колдовство, поэтому ваши тамошние тела будут меняться постепенно, в отличие от этих, в которые вы вселились, – возразила волшебница.
– Не сказал бы… некоторые религиозные психи такие стигматы на себе за ночь могут нарисовать… – расстроенно заметил я и спросил: – Но зачем этому уроду еще и всякие помощники?
– Не знаю, но, очевидно, не чаю вместе попить. Для многих заговоров и превращений необходимо участие других народов, кроме людей, особенно если человеческий колдун не очень способный. Драконы, например, тоже очень сильны в магии, но как такого втиснешь в человека? Кстати, вы не замечали за собой никаких странных свойств?
Пришлось признаваться волшебнице в своих гипнотических возможностях и потребностях Маши в небольшой порции крови. Она только кивнула и удивилась моей немузыкальности. По ее мнению, я просто еще не осознал перемены своего слуха, который должен стать более чутким, как и зрение.
Среди прочей болтовни оказалось важным, что мы смогли определить одну примету того волшебника. Эльвира внезапно задумалась и попросила вспомнить, не было ли чего-нибудь характерного в облике злобного мужика. Борода с усами почему-то волшебницу не вдохновили. Тогда я вспомнил: бородавка! Вернее, огромное паукообразное родимое пятно прямо в центре лба этого проходимца… Глаза нашей колдуньи прямо загорелись огнем:
– Да! Это примета! Только не бородавка и не паук, это Аурунд – золотой глаз кудесника. Эту штуковину имеют всего несколько колдунов. Она представляет собой золотую оправу, в которую вставлен темно-фиолетовый аметист. Звезда оправы действительно немного напоминает золотого паука. Ой, не знаю, к добру ли? Справиться с таким колдуном почти невозможно, если только он не будет находиться в вашем мире. Я лично не знаю ни одного такого, но у меня есть старшая сестра, которая живет в городе… – Хозяйка немного подумала и добавила: – Я передам с вами для нее письмо… и вообще, так просто от меня вы не уйдете!
По доброму тону Эльвиры мы поняли, это не угроза, а обещание отправить нас в дорогу не с пустыми руками. Как оказалось, это еще и означало, что она не хотела нас отпускать в долгий путь на ночь глядя. Мы заболтались далеко за полдень. Эльвира прервала наши посиделки, выгнав купаться, а сама приготовила просто шикарный обед из всяких вкуснятин. И откуда только она знала, что самое классное блюдо макароны с сыром или пельмени? Я не хотел задумываться, откуда она умела готовить эти наши земные деликатесы. Главное, что мы набили животы до отвала. Даже Андрюшке нашлась его любимая каша из брюквы (не советую не то что пробовать, даже нюхать).
Эту ночь после бани мы, чистые как младенцы, спали в настоящих постелях: я с Андрюшкой, а Машка с волшебницей. Я так и уснул под перешептывания женской половины нашей компании, где-то между сетованиями Эльвиры на властолюбие колдунов и одинокую бездетную долю колдуний… а утром нас всех ждал еще один, а точнее, несколько сюрпризов.
Сначала была одежда. Ладно, когда мой драный мундир для чучела полетел в топку бани, а я оказался в белой тонкотканой рубахе. Но шикарные портки и куртка, сшитая как на меня, окончательно добили мою психику – я носился в обновках по комнате, как полоумный. Машка же, не отходя, вертелась перед зеркалом то в новом платье, то в брючном наряде. Они с Эльвирой пытались сделать из нее мальчишку. Выходило так себе – ну куда вы спрячете эти глаза, носик и девичий подбородок? Хм… Что-то я расчувствовался? Ладно, разберутся! В крайнем случае, сажей намажем – тогда точно за Гавроша сойдет.
Мое предложение вымазать Машку сажей было встречено с пониманием всеми участниками процесса, кроме самой Машухи. Она чуть не с кулаками на меня набросилась. На что я со смехом заметил:
– Еще сама попросишь, лишь бы сажа нашлась!
Но это был лишь первый удар по нашей психике. Когда в комнате появилась просто превосходная обувка, мы уже не могли удивляться. Внешне это были, конечно, не супер-пупер туристские ботинки, но функционально надо еще посмотреть, что лучше. Мягкая непромокаемая кожа, удобные завязки. На мой вопрос, не волшебники ли такое делали, Эльвира ответила:
– Не без того… твои родичи.
В моей голове туго провернулась мысль: какие еще родственники? И я удивленно воскликнул:
– Эльфы?
– А кто еще? – довольно улыбнулась волшебница. – Заметь, размер в самый раз!
– Без волшебства, конечно, не обошлось, – понимающе хмыкнул я.
Затем появились хитрые заплечные мешки для меня с Машей. С виду – ничего особенного, но вот вещей в них помещалось раза в два-три больше, чем можно предположить. Да и весили они после загрузки в несколько раз меньше, чем поместившиеся в них вещи. Но на этом хитрости не кончались. Эльвира выдала нам три пряжки для сумок, каждому свою, и пояснила: теперь, если кто-нибудь чужой попытается открыть их, то увидит там шипящих ядовитых змей.