Страница 11 из 16
– Все равно, найду и накостыляю! – в конце концов, с оговорками согласился я.
Дальше обсуждения стали еще сложнее. Я сразу рвался в город, а Машка озаботилась вопросом, почему мы оба оказались в этой деревне. Может, тут имелась какая-нибудь дыра между мирами, или магу по какой-то причине оказалось проще именно сюда нас забросить – никто на эти вопросы ответить не мог, по крайней мере, в деревне.
Андрей заверил, что здесь и читать-то всего пара мужиков умеет: отец да староста. Не то чтобы колдовать или какие другие премудрости знать. Заборы, и те заговаривают приезжие маги. Вдруг парень задумался на минуту.
– Хотя есть одна колдунья, но она на отшибе живет, на своем хуторе. Туда ходить страшно. Она бабка нелюдимая, говорят, ее даже нечисть стороной обходит.
– И все-таки, – задумчиво спросила Машка, выводя на песке сердечки пальцем ноги. – Думаю, надо эту бабку проверить на вшивость, так сказать.
– Хочешь сразу тут сгинуть? – попытался я поддеть новоявленного командира в юбке, хотя внутренне не мог не согласиться с тем, что, не обследовав здесь все, не было никакого смысла сломя голову нестись неизвестно куда. Это только в глупых фэнтезийных бродилках полоумные герои, выпучив глаза, сразу кидаются во все тяжкие, чтобы читатель не заскучал.
– Ну, если мы с одной отдельно взятой колдуньей не сможем договориться, то что ты вообще собираешься делать в этом мире? – Ушлая девка добила мои хилые возражения.
– Ладно, наведаемся к колдунье и, если от нее ничего толкового не добьемся, идем в город, – утвердил я первый наш шаг на пути к свободе.
Насчет следующих шагов опять пришлось заслушать маленький доклад Андрюшки по поводу местных городских порядков. Он знал о них лишь понаслышке – сам только пару раз там бывал. Клартен был немаленький по местным масштабам город, окруженный каменной стеной, и имел свою городскую ратушу, а также дворец какого-то то ли князя, то ли барона, то ли еще кого – нам эти звания были неинтересны за их полной бесполезностью.
По слухам, в городе было немало волшебников и даже какая-то магическая гильдия или квартал. Что это такое, Андрюшка не мог объяснить. Но Машка предположила, что это какое-нибудь место, где всякие колдуны да ведьмы тусуются. Бесхозными детьми здесь никого не удивишь, что было нам на руку, но вот любую нечеловеческую братию из города, по сведениям крестьянской разведки, гнали взашей.
Вот тут я и загрустил, вспомнив вслух о своих больших ушах и потерянной шляпе. И опять эта егоза нашла выход из положения. Приказав мне замереть на месте, она подсела сзади и стала что-то делать с моей копной на голове. Я пытался дергаться, но Андрюшка прикрикнул на меня, чтобы я слушался более умных товарищей. Я «проглотил» эту плюху и угрюмо затих.
Вскоре юная вампирша закончила свои ковыряния в моей башке, отошла на пару шагов передо мной и расхохоталась. Я непонимающе переводил взгляд со вполне серьезного Андрюхи на хохочущую Машку и ничего не мог понять.
– Здорово. А что тут смешного? – Наконец Андрюшка соизволил заметить смех егозы.
– Вылитая Пеппи Длинный чулок!
– Не знаю никакой Пипи, – удивленно обернулся на нее приятель, вернее на то, как я с рычанием и кулаками набросился на добровольного парикмахера, и добавил: – А вообще-то, классная прическа. Как у воинов гарнизона.
– Каких воинов? – Мой кулак остановился в праведном полете, упершись в дерево рядом с Машухой. Не знаю, поколотил бы я ее или нет, но, увидев настоящий испуг в глазах, жутко устыдился своей несдержанности.
А Андрюшка, словно ничего не заметив, продолжил комментарий:
– И лопухи твои она ловко спрятала! Так что будешь у нас любителем гвардейцев.
Я, как был перед Машкой, так и схватил ее за плечи, радостно воскликнув:
– Так ты что, спрятала мой эльфийский грех?!
И не раздумывая, чмокнул ее в щеку. Вот, ну что я такой импульсивный (как обзывает меня мама)? Вогнал девчонку, да и себя в краску. Зато теперь уж Андрюха вволю посмеялся. Машуня мне все-таки отомстила и за испуг, и за поцелуй, согласно кивнув:
– Ага, спрятала. Вот только думаю, бантики тебе в косички будем вплетать или так оставим?
Я только зарычал, не зная, то ли придушить ее в порыве негодования, то ли – благодарности. Ох уж эти женщины!
– И так нормально, – деловито заметил Андрей, так и не поняв смысла перепалки. – Миш, только старайся щуриться, тогда сойдешь за обычного рыжика.
– Хорошо, а ты, Маш, старайся не улыбаться на людях, – перекинул я разговор с больной головы на еще более больную. – В остальном ты вполне сойдешь за милую деревенскую простушку.
– Ну, ты загнул, простушка! – сразу уличил меня во вранье приятель, заработав благодарный взгляд нашей «прелестницы», да еще, дуралей, и мнение свое обосновал. – Наоборот, нужно ей как-нибудь попроще лицо делать. А то порода так и прет, как из графини какой-нибудь.
Мне оставалось от возмущения только пыхтеть перегретым чайником. Друг, называется! Помахали юбкой перед носом, и уже готов на задних лапках выплясывать.
С такими вот перепалками мы все-таки выяснили, что первым делом наведаемся к старой колдунье, а потом отправляемся в город, разыгрывая из себя что-то вроде бродячей детской труппы, подрабатывающей за еду и кров. Что мы будем представлять зевакам, пока оставили на размышление, только договорились, что каждый что-нибудь придумает. Все-таки мы дети и, в отличие от взрослых, не забиваем всякой мурой себе головы, пока эта мура не мешает нам жить.
Глава 3
Мы стояли на тропинке, ведущей в дремучий лес. По крайней мере, нам так казалось. А как должно казаться, когда вы знаете, что вас где-то там ожидает не менее дремучая, чем эти елки, старуха, которая всю жизнь только и мечтает, чтобы превратить кого-нибудь в лягушку или трухлявый пень? Мы довольно удачно добрались до небольшой свертки с дороги, и вот сейчас, по словам Андрюшки, нам предстояло встретиться с первой в нашей жизни настоящей колдуньей. У меня в голове так и копошились воспоминания из сказок о сушеных куриных ножках, змеиных шкурах и маринованных червях… Бр-р!
Судя по бледному и сосредоточенному лицу слегка отставшей Мышуни, ее голова тоже была под завязку набита такими фантазиями. Да, кажется, Машуха волей-неволей перешла в ранг друзей. Иначе, с чего бы у меня «кликуха» родилась? А «кликухами» просто так налево и направо не разбрасываются – это дело святое! Интересно, Андрюшке тоже что-нибудь прилипнет?
Впереди показался забор, деревья расступились, и глазу предстал совсем неправильный пейзаж. Ну, не должны ведьмы жить в таких райских уголках… большая лужайка покатым склоном спускалась к реке, на берегу которой росли две огромные восхитительные березы. Посреди лужайки стоял, как будто нарисованный, обалденно симпатичный и весь нарядный домик.
Мы, как зачарованные, чуть не бегом устремились к этой уютной красоте. И только на задворках головы свербела мысль: когда же эта сказка обернется ловушкой? Но ловушки все не появлялось, мы зашли в калитку, и я почему-то шепотом спросил Андрюшку:
– Ты что, предупредить не мог?
– О чем? – не понял парень.
Мы с Машухой понимающе переглянулись, как родственники у постели сумасшедшего, и молча продолжили путь к дому. Как-то так получилось, что я оказался впереди. Впрочем, кому ж еще идти впереди, как не мне? Свой статус главаря нашей маленькой шайки я не собирался делить ни с какими шустрыми конкурентами, тем более в юбках.
Зато я первый увидел Ее и стал столбом. В спину с ойканьем уткнулась Мышуня, а Андрюшка промычал сзади что-то вроде «ух-ты». Да, это было «ух ты!» – к нам из-за угла дома вместо крючконосой старухи вышла красавица в длинном светлом платье с расшитыми красной вязью рукавами и подолом. Темные волосы оттеняли мягкие черты молодой женщины. Но не это являлось главным, на лице ее играла такая ласковая улыбка, что нельзя было не улыбаться в ответ. Мы встретились на полпути к дому, и она приветствовала всю нашу компанию, как будто старых друзей: