Страница 15 из 56
«Вот только куда ведет путь, который состоит из этих шагов?» — спросил себя Ленин.
Ответ очевиден — к эскалации Гражданской войны.
«А ведь это вотчина Сталина. Он нарком национальностей, пусть сам с этим разбирается, — Владимир Ильич хмыкнул. — Опять Яков Михайлович полез не в свое дело».
Ленин задумался о том, что только одним негласным приказом о расстреле семьи последнего царя Свердлов нагадил не только отрекшемуся императору и его родным, но и правительству республики Советов. После этой акции, не просто совершенно ненужной и бессмысленной, а политически вредной, правительства стран Антанты, как и вся Европа, в которой монархическое лобби очень и очень влиятельно, перестали рассматривать варианты сотрудничества с новой российской властью и начали интервенцию. В результате «белое движение» сразу получило целую толпу «Великомучеников», а ЦК партии пришлось срочно выдумывать ответ на простой вопрос — почему большевики расстреляли царя и всю его семью без суда и следствия?
Кроме этого необходимо также принять к сведению, что соратникам по Партии такое возвышение Якова Михайловича пришлось очень не по нраву.
«Пауки в банке зашевелились», — Владимир Ильич криво усмехнулся, вспомнив ажиотаж у гроба покойного. Соратников можно понять, так как освободилось сразу несколько мест на самом верху партийной иерархии.
«Еще бы, — Ленину необходимо в ближайшее время принимать решения. — Кто-то же должен занять посты и председателя ВЦИК, и секретаря ЦК РКП(б). Да и в Центральный комитет необходимо кого-то выбирать».
Проблем после внезапной кончины Якова Свердлова оказалось множество.
Положив документы на стол, Владимир Ильич поднялся и подошел к ближайшему окну.
Вопреки тогдашней моде, двери и окна в кабинете не имели драпировок. Ленин не любил занавески и портьеры и никогда не позволял опускать штор. Ему становилось тесно и душно в отделенной от внешнего мира опущенными шторами комнате. На окнах кабинета морозных узоров не было из-за того, что температура в самом кабинете не превышала 14 градусов. Иногда приходилось делать замечания коменданту Кремля Малькову. Яков Дмитриевич периодически пытался сделать потеплее в ленинском кабинете, но Владимир Ильич пресекал эти попытки.
За окном бушевала метель. Ленин всматривался в снежные заряды, летящие за окном.
«А ведь, действительно, утомил Яков Михайлович. Еще немного и пришлось бы мне самому искать ему замену. Вопрос практически назрел. Очень своевременная случайность получилась. Надо на место председателя ВЦИК кого-нибудь безобидного и при этом нужного выбрать», — некоторое время Ленин перебирал в уме различные кандидатуры и, наконец, остановился на Михаиле Ивановиче Калинине.
Калинин принимал непосредственное участие в подготовке и проведении Октябрьского переворота. После победы Октябрьской революции возглавил Комиссариат городских хозяйств Союза коммун Северной области и Петроградской трудовой коммуны. Биография Михаила Ивановича более чем подходила для назначения на такой пост.
Родился Калинин в крестьянской семье. Окончил начальное земское училище, после чего поступил в услужение к соседке-помещице. В 1889 был увезен в Петербург, где работал у нее же лакеем и смог прочитать много книг из хозяйской библиотеки. В 1893 Михаил Иванович поступил учеником токаря на завод, а по вечерам посещал заводскую школу.
Организовывал нелегальные кружки, ссылался, неоднократно арестовывался.
Будучи в Петербурге, участвовал в революции 1905–1907 годов, был членом Нарвского районного комитета РСДРП. Являлся делегатом Четвертого съезда РСДРП в 1906 году. В 1911 вошел в состав Петербургского комитета РСДРП. Принимал участие в создании газеты «Правда».
Михаил Иванович Калинин был участником Февральской революции 1917 и членом первого легального Петроградского комитета большевиков. В том же 1917 году вошел в редакцию газеты «Правда». Он стал проверенным соратником по партии и, что самое главное, всегда поддерживал ленинскую линию. Калинин ни разу не изменил этой линии, которой держался уже восемнадцать лет.
Ленин решил остановиться на этой кандидатуре, так как Михаил Иванович олицетворял собой союз крестьян (по своему происхождению) и рабочих (по специальности). Кроме этого Калинин обладал как громадным жизненным опытом, так и очень большим стажем практической работы. Лучшей кандидатуры на пост Председателя ВЦИК невозможно пожелать. Владимир Ильич утвердительно кивнул головой.
«Остальные посты не так важны, решим в рабочем порядке. Все-таки очень вовремя скончался Яков Михайлович, — Ленин вновь вернулся к размышлениям о кончине председателя ВЦИК. — Самое главное в том, что провернуть такое мог кто угодно».
Далеко ходить не нужно, так как самая подходящая кандидатура рядом, даже выдумывать ничего не надо.
«Мог кто-нибудь таким образом подставить Дзержинского?» — Владимира Ильича уже раздражали периодические попытки «товарищей по партии» лишить председателя ВЧК безграничных полномочий.
«Многие соратники явно не сознают, какую тяжелую задачу мы на себя взяли, — Владимир Ильич всегда удивлялся воплям об ошибках ВЧК. — Выхватят какую-нибудь отдельную ошибку, плачут и носятся с ней как с писанной торбой. Не понимают, что чекисты стоят на самом острие нашей борьбы и их ошибки неизбежно бросаются в глаза. Как можно обойтись без ошибок? Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Вопрос в том, что на ошибках учиться надо. Почему они не понимают, что дело в характере деятельности чрезвычайных комиссий, от которых требуется быстрота, решительность, а главное — верность? Ладно, вопят враги, но когда друзья начинают нападать на ВЧК? Понятно, что за себя боятся, но как можно не понимать, что их крики подхватывает обывательская интеллигенция, которая пользуется этими фактами для, хоть и пассивного, но сопротивления? Не умеют поставить вопрос в большом масштабе? Да уж… Нельзя исключать того, что председателя ВЧК попытаются подставить. Надо очень внимательно прислушиваться к тому, о чем начнут шептать в кулуарах. Феликса сейчас отдавать никак нельзя, иначе они совсем распоясаются», — решил для себя председатель Совета Народных Комиссаров.
С другой стороны, Железный Феликс действительно мог и сам провернуть такую операцию. Главному чекисту страны для этого сильно напрягаться бы не пришлось.
«Все равно его никто не контролирует. Зачем только? Непонятно», — Владимир Ильич пожал плечами. Настойчивость Дзержинского в вопросе сейфа Свердлова выглядела, конечно, подозрительно, но не очень.
«Вполне нормальное желание для председателя ВЧК. Необходимо закрыть вопрос и работать дальше. Вполне в духе Железного Феликса», — Ленин кивнул сам себе. Его настороженность в большей степени вызывал новый и очень странный союз Троцкий-Сталин-Дзержинский.
«Если точнее, то не сам триумвират, а связка Троцкий-Дзержинский, — после короткого раздумья сформулировал для себя Владимир Ильич. — Не торчит ли из-за спины Феликса товарищ Бронштейн? Вот в чем вопрос».
Вождь отошел от окна, и некоторое время наблюдал за Васькой, который, сидя на кресле, методично вылизывал свою лапу. Кот не обращал на Владимира Ильича совершенно никакого внимания и явно считал хозяином кабинета себя. Видимо почувствовав на себе взгляд человека, Васька повернул голову и посмотрел на Ленина с таким начальственным видом, как будто спрашивал: «Вы ко мне, товарищ? По какому вопросу?»
Владимир Ильич рассмеялся. Домашний любимец отреагировал на смех как самый настоящий начальник. Он несколько удивленно посмотрел на Вождя мирового пролетариата и принялся наводить чистоту дальше. Всем своим видом мурлыка будто говорил: «Не мешайте работать, товарищ. Что вы смеетесь в присутственном месте? Где ваши манеры?»
Ленин подошел к креслу и погладил кота. После чего направился к маленькому столику, на котором лежали карты боевых действий. Их для Ленина рисовали персонально, чтобы он всегда находился в курсе событий, происходящих на фронтах. По необходимости Владимир Ильич сам наносил на них изменения обстановки. Вождь несколько минут рассматривал карту боевых действий на Восточном фронте, где сейчас находились Сталин и Троцкий.