Страница 30 из 77
Она не посмотрела на него, но передразнила тон его голоса.
— Это не было свиданием.
— А-а. Ну ладно.
— Послушай, если ты собираешься вести себя как придурок...
— Нет. — Он замолчал. Может, он им и был. — Забудь.
Казалось, она почему-то отдалялась от него. Он слышал ее вздох, мягкое дуновение воздуха. Ее плечи были напряжены и сгорблены от холода.
Или сгорблены из-за него?
— Спасибо, — сказал он. Его голос прозвучал грубо. — За то, что не разболтала ему о том, что я рассказал тебе.
Она взглянула на него.
— А ты думал, что я стала бы?
Он понятия не имел, так как никогда никому не рассказывал об этом. Тот момент, когда они стояли на коленях в прибое, и вода текла сквозь их пальцы… он казался таким близким и сильным. Воде она нравилась. Ему хотелось вытащить ее на пляж и все повторить.
Эти мысли немного испугали его. Было ощущение, будто он потерял что-то, что никогда не сможет поймать. Если бы он придал этому значения, она пошла бы?
Он лишь пожал плечами и откинул мокрые волосы с глаз.
— Спасибо, — сказала она. — За то, что вытащил меня из воды. За то, что ты сделал.
Улыбка тронула его губы.
— Я был должен тебе.
— Вероятно, мне просто нужно было взять деньги.
Он тихо рассмеялся, но потом тишина снова повисла между ними. Он глянул на нее.
И это было ошибкой. Ее футболка прилипла к коже, ловя свет фар от встречных автомобилей и акцентируя внимание на изгибах ее тела.
Он отвел глаза снова к дороге.
— Если ты не возражаешь... наверно, будет лучше, если Майкл не узнает о пистолете.
Майкл придет в ярость, если узнает об этом — особенно, если обнаружит, что и Бекка там была.
— Конечно, — сказала она.
Он помолчал.
— Возможно, будет лучше, если Майкл вообще не узнает обо всем этом.
Теперь он чувствовал тяжесть ее взгляда и прикладывал все усилия, чтобы смотреть на темный тротуар. Ей хотелось знать ответы. Он не обвинял ее. Если бы такой же кретин, как Тайлер, стрелял из-за нее в него, он не сидел бы так спокойно, как она сейчас.
Но в то же время, она все еще дрожала. Это все от холода? Должен ли он протянуть руку и коснуться ее?
Он вспомнил, как она наорала на него в столовой, как ее слова отпечатались у него в голове. Но также он вспомнил ощущение ее руки в своей ладони, как она стояла рядом с ним в воде.
Или какие у нее мягкие были губы.
Когда делал искусственное дыхание рот-в-рот? Да ты больной придурок.
— Послушай, — Крис прочистил горло и положил на дверцу руку. Он пальцами нащупал отвалившийся кусок обивки и стал ковырять его. — Вся эта история с Тайлером — она происходит, как и в былые времена.
— Насколько давно?
Ему не нужно было говорить ей этого. Несмотря на Тайлера и драки, в этом сообществе все же царила безопасность. Рисковать обнаружением и рассказывать постороннему, определенно было опасно, было ошибкой.
А потом он вспомнил предупреждения Тайлера о Проводниках. Возможно, они и вовсе не были в безопасности здесь.
Хватит размышлений. Иначе она подумает, что ты странный.
— Довольно давно, — ответил он. — Мои родители переехали сюда, когда мне было четыре. Майклу было одиннадцать — он пошел здесь в среднюю школу. — Он замолчал и взглянул на нее. — Это трудный возраст для... э-э, таких людей, как мы. Начинают происходить всякие вещи — ну, ты понимаешь.
— Значит, вы получаете силы в подростковом возрасте?
— Силы. — Боже, это казалось смешным, будто она ожидала, что он тайно носил зеленый синтетический костюм и мог разговаривать с морской живностью. — Это не как в фильмах. Типа, он не видел сны о землетрясении, но потом проснулся и обнаружил дом, расколотый на две части, или что-то в этом духе. Это больше похоже на то, когда элемент зовет тебя, говорит с тобой, как мне кажется... — он замолчал и посмотрел на нее.
И снова ошибка. Они катили мимо располагающихся на одном расстоянии друг от друга фонарей, которые превращали контуры ее тела в неоновую вывеску.
Включая.
Выключая.
Он сглотнул и снова посмотрел на дорогу.
— Майкл ненавидел школу. Слишком много стен, а ему все время хотелось находиться снаружи. Он выскальзывал из дома и ночью спал в саду. Вот так как-то.
Иногда эти воспоминания было трудно собрать воедино — четырехлетний он этого не понимал, зато понимал сейчас.
— Мои родители, конечно, понимали, что он переживал, — продолжил он. — Особенно, отец. Он был Землей — это была его идея организовать ландшафтную компанию. Но город новый, они только начинали свой бизнес, мы с близнецами были еще детьми, и в их распоряжении было не так много времени. Они не знали, что Майкл был чистой Стихией. Не на тот момент.
Они подъехали к светофору на шоссе Ричи, и он глянул на нее. Она наблюдала за ним, ее выражение лица было спокойным.
— Вот так вы себя называете? Стихии?
— На самом деле, мы себя вообще никак не называем... — Он пожал плечами и посмотрел на дорогу. Она сказала это так, будто в этом было что-то впечатляющее. У него покраснели щеки. — Но да.
Бекка слегка хмурилась, но это было в десять раз лучше, чем если бы она смеялась над ним.
— Ваш отец был Землей... значит, это не наследственное?
Стоп. Она заинтригована. Он посмотрел на нее.
— Наследственное. Это как у кареглазых родителей может родиться голубоглазый ребенок — просто есть пять разных... Как это называется? — Ему нужно было больше внимания уделять биологии. — Аллельных генов, — закончил он. — Поэтому, несмотря на то, что мама с папой были Землей и Воздухом, мы все разные.
— Значит, близнецы, на самом деле, не одинаковы.
Крис улыбнулся ей.
— Это одна из причин семейных споров.
Она снова начала хмуриться, поэтому его улыбка погасла.
— Считаешь ли ты нас чем-то естественным или... или нет.
В темноте машины ее глаза казались огромными.
— Или сверхъестественным.
Крис снова вернул взгляд на дорогу. Она опять рассматривала его, и ее внимательный взгляд буквально давил ему на плечи. Ему хотелось не обращать на него внимания.
Бекка прочистила горло, и ему показалось, что она собирается попросить его остановиться, чтобы она могла выйти.
Но потом она произнесла:
— Ты рассказывал мне о Тайлере.
Крис кивнул.
— Мои родители переехали сюда, чтобы быть поближе к сообществу таких же людей, как и мы. Их родители были фермерами, поэтому они выросли в глубинке и хотели, чтобы мы были среди своих. Но они не догадывались, каким сильным окажется Майкл. И прежде, чем они успели скрыть этот факт, в сообществе все уже узнали.
— Но... я думала, что обладать такой особенностью — это здорово.
Она обратила внимание.
— Это сильная вещь. Очень сильная. — Он сделал паузу, гадая, как она отреагирует на следующее. — То, кем мы являемся, может быть очень опасным.
— Я уже поняла это.
Он вздохнул, подумав о молнии Габриэля прошлой ночью. Он все еще ощущал запах выжженной земли, жар на коже от взрыва.
— Гораздо опасней, чем то, что ты видела.
На мгновение она замолчала. Он практически чувствовал ее мысли.
— Ну... насколько опасным?
— Стихии не всегда хотят подчиняться. Очень легко начать то, что потом не сможешь закончить.
Его свободная рука сжалась в кулак. В той волне он потерял ее, когда вода сосредоточилась лишь на разрушении.
Он чуть не утопил ее.
— Я не понимаю.
Ему нужно было прекратить ходить вокруг да около.
— Мы могли убивать людей, Бекка. Без какого-либо умысла. Дело не только в простом контроле над водой, воздухом или чем-то еще. Габриэль может использовать энергию солнца, чтобы сжечь кого-нибудь средь бела дня. Ник мог разозлиться и случайно задушить кого-нибудь. У Майка мог день не заладиться, и деревья могли вырываться из...
Он замолчал. И она снова испуганно посмотрела на него.
— Способность контролировать приходит с годами, — более ровным голосом продолжил он. — С годами и практикой. У меня особо нет ни того, ни другого, но, кажется, в последнее время я прохожу ускоренный курс. — Он вздохнул и выдохнул сквозь зубы. — Мне было одиннадцать, когда умерли родители. Они были самыми близкими учителями из всех, что были у нас.