Страница 12 из 77
— Ты шутишь? — она едва могла расслышать его сквозь стук своего сердца, отдающегося в ушах. Габриэль должно быть, понял, кто она и рассказал Крису. Если он уже не знал об этом.
— Э-э... нет. — Он почесал голову, убирая волосы с глаз. — На самом деле, я вполне серьезно...
— Послушай, Крис. — Она снова опустилась на скамью и ухватилась за край стола. — Я не собираюсь спать с тобой, — яростно прошептала она, чувствуя, что начинает краснеть. — Я не собираюсь обжиматься с тобой под трибунами. Я не дрочу в мужском туалете, или...
— Ух ты. Ты предпочитаешь наперед выяснять такие вещи, а?
— Во что бы ты ни играл, но кто-то другой уже попытался сделать это, понятно? — сказала она. — Как же я хочу, чтобы вы все просто перестали приставать ко мне и оставили меня в покое!
На мгновение за столом воцарилась мертвая тишина.
Потом он встал.
— Конечно. — Он помолчал. — Можешь съесть ланч.
Она не смотрела на него.
Он закинул рюкзак на плечо, затем бросил на стол перед ней какой-то клочок бумаги.
— До скорого, Бекка.
Когда он ушел, она подняла голову. На подносе лежал конверт, его уголок застрял в сыре на куске пиццы.
Она подняла его и открыла. Три бумажки по двадцать долларов.
«Ты, наверно, думаешь, что теперь я обязан тебе жизнью.
Нет. Только шестьдесят баксов».
Бекка уставилась на деньги, чувствуя их шероховатость под своими пальцами. Она понятия не имела, что все это значило.
Физики встали, забирая с собой блокноты.
— По крайней мере, он не оставил его на комоде, — сказал один из них.
Бекка вздрогнула, но они уже растворились в толпе студентов. Как символично. Она привыкла к таким шуточкам.
Она потянулась за своей бутылкой воды, а потом ахнула и выронила ее из рук.
Вода замерзла. Она слышала, как кусочки льда хрустят в пластиковой бутылке. Холодные кристаллы прилипали к ее пальцам прежде, чем растаять.
Она уставилась на бутылку, теперь тающую на столе, под ней собирались капли воды.
Затем она вытерла руку о джинсы и развернулась, чтобы затеряться в толпе.
Глава 7
Работа выматывала. Но, по крайней мере, сегодня она приступила к работе на этаже. Для этого тебе должно быть восемнадцать лет, но когда люди не вышли на работу по болезни, Бекку освободили от чистки питомников и выскабливания ванночек для животных. Вместо этого она надела служебный халат и бейджик.
Продажи приносили ей за час на целых два доллара больше. Не то, чтобы ей нужны были деньги на этой неделе, когда в шкафчике для персонала были надежно спрятаны шестьдесят баксов Криса.
Она не хотела оставлять их, но абсолютно точно не хотела еще одного разговора с ним. Может, она просто могла бы не тратить их, а положить в располагающуюся в передней части магазина банку для помощи от насилия в семье или самодельную коробку для детей, больных лейкемией.
Опять же газ был не дешевым. Или она могла бы купить новый мобильник. Или потратить их на платье для вечера встречи выпускников.
Встреча выпускников. Боже мой, Бекс. А ты смешная.
Бекка складывала на полку банки с кошачьей едой — движение, которое она бы могла делать с закрытыми глазами. В нескольких рядах от нее в проходе с собачьей едой толкались несколько парней. Бекка вздохнула. Она уже в течение десяти минут слушала их бред и могла поспорить на свою зарплату, что они собирались что-нибудь стащить.
Магазин «Петс Плюс» не особо хорошо охранялся. Он подражал магазину «Петсмарт», но не обладал большим бюджетом или торговой площадью. Единственным, кто еще работал на этаже, был Джерри, ночной менеджер, но он вышел покурить.
Когда она услышала грохот, по крайней мере, дюжины банок, упавших на плитку, и последовавшую за ним громкую ругань одного из парней, она отставила кошачью еду в сторону и пошла навести порядок.
Она приняла выражение вежливой строгости. Еще больше банок упало на пол прежде, чем она дошла до прохода. Что они там делали, сметали их с полки?
— Извините, — сказала она, завернув за угол. — Может, я могла бы вам помочь...
Она резко остановилась. На линолеуме было разбросано, по крайней мере, пятнадцать банок собачьего корма. Некоторые все еще катались, а другие, отскочив от ее кроссовок, отлетели в главный проход. Но над всем этим стоял Сет. И Тайлер.
Она практически не могла дышать.
Во флуоресцентном освещении магазина они выглядели так же жестоко и пугающе, как и на парковке. Лицо Тайлера больше находилось в тени, а глаза почти излучали электричество. У них обоих застыли волчьи улыбки, и она была права — Сет явно запихивал в черный рюкзак, висящий у него на руке, банку с кормом.
— Эй, — сказал он, растягивая слово на три слога — жалкая пародия на свист. — Это же телохранительница Криса.
Тайлер держал в руке банку с кормом. Он подкинул ее в воздух и задумчиво поймал как в бейсболе, будто дальше хотел перекинуть банку ей.
— Ты теперь нас преследуешь?
Преследует их? Разве они не видят дурацкий халат и бейджик?
Она покачала головой.
— Нет. Дайте мне просто взять...
Тайлер схватил ее за руку. Она даже не видела его движения.
— Может, мы не ясно донесли свою мысль прошлой ночью?
— Убери от меня свои руки!
Она попыталась вырвать из его хватки запястье, но он крепко держал ее. Она стала бороться с ним.
Тайлер замахнулся свободной рукой с банкой, будто хотел запустить ее в лицо Бекке.
Но его за руку поймал Сет.
— Чувак. Не здесь.
Она запнулась на своих словах. Она даже не могла сообразить, что надо сказать, чтобы позвать на помощь. Кто-то снова и снова шептал: «Дерьмо». Потребовалась секунда, чтобы понять, что это ее слова.
— Да, — сказал Тайлер, вырывая руку, в которой была все еще зажата банка. — Попробуй свои штучки с кун-фу еще раз и узнаешь, что я с тобой сделаю.
— Менеджер скоро вернется, — пролепетала она. — Он... да. Забирайте собачью еду — все, что хотите... Я не буду использовать кун-фу... Ах...
Тайлер притянул ее к себе.
— Что у тебя?
Он все еще не выпустил банку, и она была уверена, что он собирается ею ударить ее. Ей потребовалось какое-то время, чтобы ответить, но даже тогда она не понимала, о чем он говорит.
— Что... у меня?
Он наклонился к ней и вдохнул, будто нюхая воздух возле нее.
— Послушай, если ты хочешь строить из себя дурочку, отлично. Тогда, может быть, мы отправим тебя домой к Крису с небольшим посланием?
Как Джерри может так долго курить одну сигарету?
— Я не живу с Крисом... То есть, я едва знаю этого парня...
— Хватит. — Он слегка встряхнул ее. — Та маленькая выходка, которую они устроили прошлой ночью? Сделка заключена. Поняла? Заключена.
Он смотрел на нее сверху вниз, будто его слова должны были произвести на нее какое-то впечатление. Она покачала головой.
— Я не знаю, что это значит.
Он толкал ее к стеллажу, пока металл не впился ей в плечо и не оцарапал через рубашку.
— Если они вытворят такое дерьмо еще раз, мы сами позаботимся обо всем. Поняла?
Она пыталась увернуться от него, чувствуя, как у нее сжалось горло.
Его хватка усилилась, и у нее начала болеть рука. Нет, ее стало жечь. Она завизжала, но стало только хуже.
Он наклонился.
— Поняла?
Сквозь рукав его рука ощущалась, как железо для клейма. Она могла поклясться, что ее рука была в огне. У нее на глазах выступили слезы, но теперь ей было все равно.
— Но я не...
Слева от нее зарычала собака. Злой, устрашающий рык, из тех, что предшествует нападению. Они с Тайлером оба резко повернули головы в сторону.
Конечно, домашние животные пускались в магазин, конечно. Милые питомцы. Но там стояла огромная немецкая овчарка, скаля зубы, черные уши прижаты, из горла вырывается тихий низкий рык. Она медленно виляла хвостом — верный признак агрессии. С ошейника свисал красный поводок, но за его другой конец никто не держал.