Страница 98 из 143
Серена молниеносно набрала номер телефона, который несколько недель назад ей дал Кассетти. Поначалу она удивилась, что номер принадлежал дешевому ресторану, где Кассетти занимал низкооплачиваемую должность официанта и уборщика, а сейчас ее просто вывело из себя, когда на противоположном конце телефонного провода раздался грубый мужской голос, сопровождаемый шипеньем плиты и грохотом кухонной утвари.
— Ресторан «У Марио»!
— Мне нужен Марко Кассетти,— произнесла она, сдерживая внутреннее отвращение.
— Марко!— взревел мужчина. Затем последовала пауза.— Нет,— произнес он, выждав очередную паузу.— Его сейчас нет. При встрече передайте ему, пожалуйста, что если он не покажется в ближайшее время, я уволю его к чертовой матери!— С этими словами хозяин повесил трубку.
Серена села с зажатым в руках телефоном и задумалась. Кассетти мог проинструктировать своих друзей по ресторану, что его нет па рабочем месте. А это означало, что он либо присутствовал, либо знал об уничтожении Терминатора.
Как только телефонная трубка начала громко гудеть, она положила се на место. Для выяснения царящей в Парагвае обстановки Серена решилась нанять еще одного человека. «Однако впредь больше не стоит настолько сильно взбалтывать мутную воду. В конце концов, владелец ресторана мог говорить и правду. А это означало, что Терминатор уничтожил Кассетти еще до того, как погиб сам».
Самым главным выводом являлся тот факт, что Конноры были осведомлены о событиях, происходящих в «Кибердайн». Следовательно, они очень скоро появится поблизости.
Серена улыбнулась. Среди информации, записанной в ее памяти, имелись очень посредственные сведения о военных кампаниях. Киборг отыскала одну из историй, которая касалась немецких подводных лодок.
Субмарины являлись одним из наиболее эффективных методов борьбы с наводными кораблями. Океан был слишком велик, чтобы среди его глубин было возможно нащупать локаторами корпус дизельной подлодки.
Если же объединить все торговые суда в единую флотилию и окружить их единым строем боевых кораблей, то подводные лодки были вынуждены идти навстречу своей гибели.
«Какое интересное сравнение»,— пронеслось в электронном мозгу Серены.
Нью-Йорк, настоящее
Рон Лабейн распечатал конверт, на котором большими красными буквами было написано: «Лично и конфиденциально». Изнутри выпала сложенная вчетверо газетная вырезка. На обратной стороне конверта не было указано ни адреса, ни имени отправителя. Он нахмурил брови и скривил губы, однако все же развернул статью и принялся читать. Вскоре он довольно захихикал.
Статья касалась одногф знаменитого университетского профессора, который был найден в полузадушенном под действием метана состоянии, находясь привязанным к огромному столбу в самом центре озера. Далее рассказывалось о том, что упоминаемое озеро примыкало к огромной свиноводческой ферме, которая, по всей видимости, сбрасывала туда нечистоты. За неделю до происшествия профессор произвел исследование фермы и заключил, что она не несет окружающей среде практически никакого вреда.
«Неужели он до сих пор так думает?» — удивился Лабейн.
Далее статья продолжалась перечислением жалоб сельских жителей, которые обитали вокруг свиноводческой фермы. Недовольства включали ужасный запах, а также постоянно падение стоимости жилья в близлежащих мелких городах. Специалисты по охране окружающей среды сделали заключение, что в результате заражения водоема инфекция по подземным источникам может распространяться на огромные расстояния, включая питьевые колодцы, расположенные за сотни миль от места происшествия. В конечном итоге читатель начинал воспринимать данную историю как начало континентальной экологической катастрофы.
Рон сложил статью и поместил ее обратно в конверт. Видимо, «потрясающая четверка» прислушалась к его советам. Это означало, что от них следовало ожидать и новых шуток.
Он встал и передал статью секретарше.
— Каким образом мы могли получить это письмо по почте, если на нем пет даже адреса? — спросил он ее.
Женщина взяла конверт, прочитала содержимое статьи, а затем рассмеялась.
— Позвольте мне позаботиться об этом,— произнесла она с искрящимися глазами.— Я знаю, кому следует позвонить.
Глава 19
Эстанция фон Росбаха, Парагвай, настоящее
То, что Дитер назвал «примитивным домом», представляло собой глинобитную хибару с земляным полом, покрытую соломенной крышей. С задней стороны от лачуги был пристроен односкатный навес, под которым зияла кое-как прикрытая зловонная выгребная яма. Колодец, располагавшийся прямо перед входом, уже практически пересох — в нем не набралось бы и ведра воды. Весь дом время от времени начинал шуршать, скрипеть, щебетать и гудеть. Заросли чако служили обиталищем для богатого ассортимента насекомых, которые ползали, прыгали, летали и жалили— по всей видимости, за последнее время здесь никто не бывал. Тем не менее, внутри было сухо и чисто выметено.
— Что ж,— произнесла Сара, бросая на пол свой спальный мешок,— ты выразился очень точно: этот дом действительно подходит только на одну ночь.
Дитер присел на корточки и зажег лампу — летучую мышь. Свет не сделал внутреннее убранство более привлекательным, если подобные слова здесь были вообще уместны. Джон вошел и брезгливо положил на лавку спальный мешок, а также рюкзак с полезными в походе предметами. Затем он вернулся к машине для того чтобы забрать все остальное.
Дитер увидел, как Сара выложила из мешка несколько пластиковых контейнеров.
— Прекрасная идея— хранить готовое к походу снаряжение прямо в амбаре.
Сара усмехнулась, но улыбка так быстро исчезла с ее лица, что aгенту показалось, будто это был всего лишь отблеск мерцающего света.
— Никогда не клади все яйца в одну корзину.— Сара положила постельную скатку на прочную матерчатую подстилку и уселась сверху.— По всему Парагваю у нас имеются тайно припрятанные запасы. Порой я даже забываю точное месторасположение каждого из них.
— Ага, прямо как белка, которая прячет на зиму орехи,— подметил фон Росбах.
Сара что-то проворчала и сделала маленький глоток из походной фляги.
— Тебе придется дома расседлать Линду,— произнесла она, завинчивая крышку.— Моя лошадь просто ненавидит эти людские ухищрения. Удивлена, что она до сих пор не проявила признаков беспокойства.
В этот момент из прицепа, в котором находилась Линда, послышалось громкое ржанье и стук копыт о заднюю дверь— будто бы лошадь только что услышала и поняла весь разговор своих хозяев.
Сара подняла брови и показала жестом в окно:
— А вот и она.
В комнату вошел Джои с несколько озабоченным лицом.
— Дитер, я не знаю, сказала ли тебе моя мама, но…
— Не беспокойся,— прервал его агент, поднимаясь с места.— Я все знаю.— Обернувшись к Саре, он добавил:— Я вернусь через час.
Женщина Лшнула и проводила его взглядом. Джон достал свою собственную матерчатую подстилку и уселся на пол. Он выглядел несколько нерешительным.
— Интересно, а в доме нет кружащих вокруг паразитов?— спросил он.
Сара вздохнула и легла на спину, перекинув ноги через походный мешок.
— Думаю, что так оно и есть. Однако зачем нам сейчас вспоминать о ленивых богатеях, правда?
Епифанио сделал небольшой глоток кана и вышел во двор, чтобы помочь своему сеньору расседлать лошадь. Он никогда не задавал лишних вопросов: во-первых, потому, что это была его работа, а во-вторых — он хотел всегда докопаться до сути происходящих событий. Длительный опыт работы лакеем показывал, что навязчивые вопросы, адресуемые хозяину, никогда не позволяли добиться интересующих подробностей. Епифанио был свойственен редкостный дар— постоянно оказываться в нужном месте в нужное время; стоит ли говорить, что главным праздником для него являлись минуты откровения своего сеньора. «Откуда он привез эту лошадь и прицеп?— подумал Епифанио.— Мариетта сообщила, что несколько часов назад сеньор фон Росбах отправился в гости к сеньоре Кригер. Конечно, у нее могла быть лошадь, но зачем ее отправлять в чужой дом, да еще так поздно вечером?»