Страница 49 из 83
Угрозы перестали быть скрытыми. Мелькали даты и факты. Прямо на глазах телезрителей сжималось кольцо уголовных репрессий вокруг всех лидеров нового движения. Интеллектуал молчал. Ведущий был рад, даже если не будет ничего больше, это уже маленькая сенсация. Хотя и так выходило, что Сварожичи выдыхаются. Но никто не предполагал, что они так близки к полному поражению.
Ваня растеряно смотрел на Интеллектуала. И внезапно тот весело подмигнул ему.
– Возможно, у Вячеслава Ивановича есть, что ответить оппонентам? – спросил ведущий, когда депутаты-спецслужбисты просто выдохлись от безответной игры в одни ворота.
– Разумеется, – от былой растерянности не было и следа. Интеллектуал просто сиял.
– Я очень рад, господа, всему, что вы только что здесь сказали!…
Ведущий не мог скрыть удивления, однако в душе был рад, что передача, за которую они получили столько денег выйдет еще и в высшей степени интересной. Может, даже сенсационной!
– Да, господа, вы не ослышались, я просто счастлив. Ведь вы депутаты Думы от правящей президентской партии, не так ли? Более того, вы замы председателей комитетов, то есть лица официальные. Да еще и выходцы из спецслужб. А бывших спецслужбистов не бывает. Таким образом, все, что вы сказали – это не ваша личная точка зрения. Это точка зрения властей, которые сейчас, как православный бог, едины в трех лицах – президент, Дума, правительство.
А это значит…- Интеллектуал сделал паузу, – что перемирие, которого попросила у нас президентская сторона, и которое мы строго соблюдали, закончено. Закончено по инициативе властей.
– У вас были переговоры с президентом?!! – вскинулся ведущий.
– Тайные, через посредников, – небрежно бросил Интеллектуал.
«Какая прелесть, какая сенсация, рейтинг передачи существенно поднимется. Правильно, что я согласился ее сделать, хотя и сомневался, несмотря на деньги!…» – думал ведущий.
Интеллектуал продолжал быстро, в телеграфном стиле, чтобы успеть в прямом эфире сказать все. Но четко и ясно, чтобы сказанное дошло до всех.
– Движение Свароговых внуков – это перспективное движение в плане идеологии, стратегии, политики, и, если угодно, цивилизации. У нас действительно есть решения большинства стоящих перед страной проблем. Решения прорывные, а главное – безболезненные для русского народа.
Разумеется, бездарная власть, которая ничего не может, кроме получения огромных незаслуженных благ за счет страны и народа, видит в нас конкурентов. Хотя мы и не стремились до времени выходить на политическую арену. Но, тем не менее.
Итак, эта власть хочет нас раздавить всей мощью государственной машины. Раздавить, несмотря на свои предложения о сотрудничестве. Несмотря на свои просьбы перемирия с ней.
Мы видим, что все эти якобы мирные инициативы – ложь! Это видели и все телезрители сейчас в прямом эфире.
В связи с этим мы заявляем.
Первое… Прошу дать мне договорить, буквально минута с небольшим, коллега, – обратился Интеллектуал к ведущему, видя, что тот хочет его прервать.
Итак, первое. Тем, кто сейчас доверил нам определенные общественные дела, мы говорим, что не сможем выполнить их в ближайшее время вот из-за этого подлого нарушения Кремлем оговоренного перемирия. Но мы выполним их, или выплатим полученные авансы в десятикратном размере чуть позже. Но не позже, чем через год.
Второе. Соратникам. Мы не можем вам всем сейчас помочь немедленно. Крепитесь, друзья! Когда мы придем к власти, каждый ваш день и час в застенках будет вознагражден стократно. А все ваши мучители будут безжалостно уничтожены. Копите ваши претензии, они будут выполнены по первому требованию.
Третье. Псам режима мы хотим сказать, что за каждый волос с головы наших соратников они ответят. Мы не сторонники петли и пули. Мы, как они, наверное, догадываются, – Интеллектуал гадко ухмыльнулся, – предпочитаем огонь…
– Я не могу, чтобы вы продолжали в том же духе, – попытался прервать ведущий.
Интеллектуал так пристально посмотрел на него, что он осекся. «Тебе заплатили немеряно, блядь!!!» – кричал взгляд Интеллектуала. – И, кроме того, ты не бессмертен, шкура».
– Последняя фраза, господин ведущий…
Итак, если давление на нас будет продолжаться, то мы готовы показать господам, пишущим бумажки, называемые законами, что настоящие законы – это законы химии, физики, математики. И мы готовы провести натурный эксперимент по расщеплению атомного ядра на Большой Дмитровке, где полно разных бумажных законников…
Дежурный, кажется, проглотил микрофон…
– У вас есть атомная бомба?! И вы грозитесь взорвать ее?!!
– У нас есть все! И господа наверху могли убедиться за последние полгода, что мы в техническом плане умеем творить невозможное. Не так ли, Иван Тимофеевич?
Интеллектуал взял с собой Ваню именно для этого момента. Лицо гениального фанатика было лучше любых доказательств. Впрочем, полуграмотному быдлу не нужны иные косвенные доказательства, кроме субъективных. И Ваня был одним из лучших аргументов подобного рода.
Его глаза широко открылись. Это были не глаза, а зевы адских топок. Лицо окаменело. Губы кривились в гримасе такой неизбывной ненависти, что пробирала дрожь. Такой, действительно, мог и изготовить бомбу на кухне и взорвать ее.
– Да, Наставник! – рявкнул Ваня, вскакивая с кресла и испепеляя взглядом все вокруг, в том числе телекамеры, берущие его лицо крупным планом.
– У меня все, господа, – внезапно меняя тон, мягко и интеллигентно улыбнулся Интеллектуал. Но в этой мягкости было столько очевидного иезуитского издевательства, что никакая интеллигентность не могла никого обмануть.
И, обращаясь к ведущему, он добавил.
– За сим разрешите откланяться. Дела, знаете ли…
Он резко встал и, в сопровождении Вани стремительно, не оборачиваясь, вышел из зала. Они даже не зашли в комнату, где раздевались. Быстро спустились к выходу и без верхней одежды вышли в холодную осеннюю ночь.
Глава 21.
Интеллектуал немного рисковал. Ведь их с Ваней могли арестовать прямо в студии. Но он надеялся, что это не соответствовало бы стратегии их противников. Их намеревались удушить, а не сокрушить. Конечно же, рано или поздно их бы подвели под уголовку. Но позже, позже!… После того, как утихнут страсти, угаснет интерес к Свароговым внукам, будут разгромлены молодежные структуры, их поддерживающие, после того, как они рассорятся со спонсорами и окажутся без денег. И так далее и тому подобное. Трусы и подлецы любят измываться над связанным противником. Или подлавливать противника на мелочах. Этакие мастера подножек. Им никогда не понять красоту рискованного, но сокрушительного встречного удара.
Впрочем, у них и на самый острый случай кое-что с собой было. Огонь – стихия Свароговых внуков. И не только огонь. Ваня все же гений.
С другой стороны, что можно было ожидать наверняка, так это установление за ними слежки. Так оно и было. Но эта угроза была устранена по-наполеоновски, «массой артиллерии и кавалерии».
В студии было полно своих людей, отслеживающих ситуацию. Когда Интеллектуал с Ваней вышли из студии, их окружила, моментально со всех сторон собравшаяся, небольшая толпа. В плотном окружении этой толпы они сели в машину. Это было предусмотрено на случай, если все же им попытаются что-то сделать на улице.
Но обошлось. Либо не было такого намерения у их противников, либо мгновенно собравшаяся толпа сыграла свою роль. Но вот за их двумя машинами следили очевидно. Но безуспешно. Улицы, в которые они забирались, несколько раз за их спиной перекрывали то грузовики, то толпы рокеров. После этого они, под прикрытием этих пробок отрывались от наблюдения и пересаживались в другие машины.
В итоге, вполне уверенные в отсутствие слежки, они уже на третьей по счету машине оказались на окраине лесопарка. Там их поджидала одна из мотогрупп Парашютиста. В сопровождении этой группы они выехали за пределы Москвы.
И потом, уже только вдвоем с Ваней на одном мотоцикле (остальные в очередной раз остались контролировать тылы) прибыли на большое заброшенное поле. На его краю стоял их любимый славный самолет с запущенным двигателем. Взлетать ночью с грунтовки весьма непросто, но за штурвалом были не новички. Да и свою импровизированную полосу они исходили не раз собственными ногами.