Уиллоу

А потом она снова смотрит на Марки и говорит самые истинные, самые честные слова, которые не говорила никому, – Он тот, кто знает меня, и кого знаю я.

– О. – Марки задумчиво кивает, когда понимает сказанное. – М‑м‑м, может, нам следует поговорить о чем‑то еще, – бормочет она. – Потому что он направился обратно к нам. Знаешь, что? – Продолжает она нормальным голосом, поскольку Гай приближается к столу. – Мне нужно идти, хотя действительно не хочется. Мне бы хотелось остаться, но меня ждет мама, и я полагаю, что тебе предпочтительнее, чтобы она не знала, что я видела тебя…

– Определенно. Не волнуйся из‑за этого. Пожалуйста.

– Ну, хорошо. Поэтому я не могу случайную встречу с тобой использовать в качестве оправдания моего опоздания. – Марки встает. – Ну, думаю, мне просто придется копить все то, о чем я хотела поговорить, пока не получу от тебя известий… – Она произносит это неловко, но ее недавней враждебности как не бывало.

Уиллоу тоже встает. – Я надеюсь, что… – начинает она, но ей не хватает слов. Она неуверенно тянется к подруге, боясь обнять ее из‑за того, что такая мокрая. Но Марки вообще не колеблется. Она сжимает Уиллоу в крепких объятьях.

– Увидимся. – После короткой паузы Марки отпускает её. Она смотрит на Гая, чуть улыбается и отходит.

– Пока. – Гай улыбается ей в ответ. Он садится на место, которое Марки только что освободила. – Наш заказ будет готов через пару минут, ‑ говорит он Уиллоу.

– О… хорошо. – Уиллоу рассеянно глядит на него. Она слишком сосредоточена на том, что произошло с Марки, чтобы действительно воспринимать то, что он говорит.

– Все хорошо? – Спрашивает он. – Я имею в виду, это хорошо, что ты встретила её?

– Ну, так или иначе, я этому рада.… Послушай, ты не возражаешь, если мы возьмем напитки на вынос?

Гай просто смотрит на нее.

– Я знаю, что со мной сложно и трудно, но послушай, ты же сказал, что все зависит от меня. Просто сейчас мне хочется вернуться домой. Прости.

– Нет, нет. То есть, мне не сложно взять с собой заказ, и мне совсем не обязательно проводить время в каком‑то девчачьем местечке. Но уверена ли ты, что на этот раз готова?

– Ты думаешь, что это место девчачье ? Всем парням в моей школе оно нравилось!

– Угу. А какие парни ходили в твою школу? Тем не менее, на этот раз ты уверена?

– Уверена.

– Эй, вы не могли бы подготовить наш заказ на вынос? – Гай окликает женщину за стойкой.

– Хорошо, подождите минутку. – Уиллоу тянет его за рукав. – Что такого девчачьего здесь?

– Опиши свою салфетку.

– Розовая ткань с вышитыми на ней фиалками. – Уиллоу пожимает плечами.

– Верно. Ладно, пойдем. – Гай встает и платит у стойки.

Обратная поездка проходит без происшествий, разве что дождь льет еще сильнее, и их одежда намокает еще больше, пока они бегут до машины и из нее.

– Можешь поторопиться и открыть дверь? – стуча, зубами, говорит Гай.

– Извини. – Уиллоу шарит в кармане в поисках ключа. – Нашла.

Она открывает дверь, и они оба входят внутрь. В доме пахнет плесенью, кажется очевидным, что он нежилой и пустой.

– Ну, – говорит Уиллоу, когда они, дрожа в мокрой одежде, стоят в передней. – Мы здесь. – Она кладет сумку на пол и ставит стаканчик до сих пор не тронутого горячего шоколада.

– Хорошо, – медленно произносит Гай. Он ближе подходит к ней. – Чем хочешь теперь заняться?

Уиллоу понятия не имеет, чем она хочет заняться. Она до сих пор не поняла, зачем ей, в первую очередь, нужно было вернуться домой. Она ожидала, что в тот момент, когда войдет в дом, она будет знать. Что только она откроет дверь, и все станет ясно.

Но ничего не ясно. Великого прозрения не случилось. Этот момент кажется таким невыразительным и бессмысленным, как и до этого, когда она стояла на обочине дороги, глядя на место, где оборвались жизни её родителей.

Уиллоу в смятении. Кажется, Гай переживает за неё, ему любопытно, каким будет её следующий шаг.

– Хочешь посмотреть мою комнату? – Внезапно спрашивает она.

Гай выглядит удивленным. Ясно, что он ожидал не такого.

– Извини. – Уиллоу качает головой из‑за того, как глупо, должно быть, это прозвучало. Она не в первом классе и не собирается показывать ему свою коллекцию кукол. – Я не это хотела сказать. Я имела в виду, что у меня наверху есть кое‑какие вещи, и мы можем переодеться во что‑то сухое.

– О, замечательно. – Гай кивает. – Только, я не уверен, что у нас один и тот же размер.

– Перестань. – Она смеется. – Здесь есть еще какие‑то вещи моего брата. Пошли. – Она берет его за руку и ведет наверх.

– У вас и правда много книг, – говорит он, когда они входят в её комнату. – Хотя должен сказать, что никогда не представлял, что у тебя черные стены. – Все ещё держа её руку, он подходит к книжному шкафу и смотрит на различные названия.

– О, раньше это была комната Дэвида, это он покрасил их в черный, – объясняет Уиллоу. – Когда он поступил в колледж, она досталась мне. Теперь, когда он приезжает сюда, то пользуется моей старой комнатой. – Она замолкает, понимая, что только что употребила настоящее время.

– Пошли в мою старую комнату, – говорит она, таща его по коридору. – Вещи моего брата там. Сюда. – Она открывает дверь справа. – Некоторые из них должны подойти. – Роясь в комоде, стоящем в углу, Уиллоу хмурится. – Вы одного роста .… Вот. – Она бросает ему толстовку и выцветшие джинсы. – Увидимся через несколько минут.… Хм, я собираюсь, э‑э, переодеться в своей комнате. – Уиллоу торопливо закрывает дверь, когда Гай начинает расстегивать рубашку.

Она распускает косу и запускает пальцы в свои волосы. От замечания Марки она почему‑то чувствует себя смущенно. В любом случае, волосы должны высохнуть намного быстрее теперь, когда распущены. Она просматривает шкаф в поисках какой‑нибудь одежды. Она поражена всеми теми предметами, что у нее есть, вещами, о которых она забыла. Ей интересно, заметили бы Дэвид или Кэти и расспросили бы ее, если бы она некоторые из них привезла домой.

Может, мне лучше надеть платье.

Она перебирает руками складки множества юбок, висящих в шкафу. Гай никогда не видела ее в подобном…

Уиллоу трясет головой, понимая, насколько несерьезны ее мысли. Целью этого приезда является неустраивание показа мод…

Да вот только она сама не знает, какова цель…

– Эй, ты готова? – В дверь стучит Гай.

– Э‑э… Секунду. – Уиллоу натягивает сухие джинсы и застегивает рубашку. – Заходи, – выкрикивает она.

– мне делать с этими вещами? – спрашивает он, входя в комнату с мокрой одеждой в руках. – Эй, у тебя другая прическа.

– Так их легче высушить. – Уиллоу пожимает плечами.

– Я никогда не видел тебя такой. Тебе очень идет.

– Спасибо. – Уиллоу краснеет, потом смотрит на него и начинает смеяться. – Я думаю, что вы с Дэвидом одного роста, но все же.

– Что не так с вещами на мне?

– Ничего, абсолютно ничего, просто, в общем, толстовка немного маловата.

– Эй, так ты сама дала мне ее…

– Нет, нет, все прекрасно. – Уиллоу не может перестать смеяться. – Послушай, серьезно, пообещай мне, что никогда не перестанешь заниматься греблей. Даже если будешь заниматься полевыми исследованиями, оставь себе пару весел или что‑нибудь еще.

– Как скажешь. – Гай пожимает плечами, но Уиллоу видит, что он польщен.

– Э‑э, знаешь, что? – Она смотрит на мокрую одежду у него в руках. – Думаю, нам нужно загрузить белье для стирки. – Она собирает свои мокрые вещи. – Пошли, это в подвале.

В то время, когда они проходят по пустым комнатам, Уиллоу не может не думать, как странен и безжизнен дом. Никто из пришедших впервые не принял бы его за дом семьи, уехавшей в отпуск. В воздухе витает что‑то особенное, что абсолютно нарушает такое представление. Как будто дом ощущает, что его обитатели ушли, мертвы, разъехались, и сочувствует им.

Уиллоу останавливается на лестнице как вкопанная на полпути вниз в подвал.

Как она могла забыть о том, что здесь было? Она опускается на ступеньку и смотрит на полуразобранные книжные шкафы. Отвертка, её первый сообщник, лежит в стороне.