Страница 11 из 77
— Вперед! — шепнул он.
— Отлично, Карлос. Готово. Продаю пятьсот тысяч двухгодичных опционов ИЦКОБ по шесть одиннадцать исполнения за девяносто один шестьдесят пять каждый, в долларах США, оплата не позднее завтрашнего утра.
— Договорились. Приятно было иметь с тобой дело, Хелен.
— Терпеть не могу ИЦКОБ. — Она сняла наушники. — Чужой для меня рынок. И как Рэнкину удается сваливать каждый раз, когда звонит этот пижон Карлос? У меня такое ощущение, что он специально меня подставляет.
Полмиллиона опционов по девяносто одному доллару шестьдесят пять центов каждый дают в сумме сорок пять миллионов восемьсот двадцать пять тысяч долларов США, которые Карлос должен будет перевести на счет Голдстайна завтра. В обмен АЗС получит право купить через два года пятьсот тысяч товарных позиций ИЦКОБ по теперешней цене исполнения в шестьсот одиннадцать долларов. Упомянутые. Карлосом проценты были интересом банка, вполне приемлемым, по мнению Хелен. Выходило так, что ИЦКОБ предстояло подняться в цене выше чем на пятнадцать процентов — чтобы Карлос не остался внакладе. Голдстайн будет оставаться в выигрыше до тех пор, пока бумаги ИЦКОБ не вырастут больше чем на пятнадцать процентов — со скидкой на цену самих денег и принимая во внимание доход, полученный за два года с суммы в сорок пять миллионов. Суть подобных сделок определялась различием взглядов их участников на будущее либо, что немного сложнее, различием обязательств участников перед третьими сторонами — хеджированием, страхованием от потерь.
— Черт возьми, это игра по-крупному, — проговорила Хелен, заполнив учетную карточку, зарегистрировав ее и положив в специальную ячейку. Ценность этой бумажки составляла гигантскую цифру даже для Голдстайна. Потребуется купить полмиллиона контрактов по любой цене, насколько бы она ни превышала шестьсот одиннадцать долларов через два года. Потом предстоит продать их Карлосу по цене исполнения, так что риск фактически заключался в возможном превышении цены, помноженном на пятьсот тысяч опционов. «Независимо от методик подсчета, — подумала Хелен, — итог в любом случае получается впечатляющим. Сделку необходимо будет застраховать».
В обеденный перерыв Хелен отправилась бродить по улицам Сити, безуспешно пытаясь стряхнуть ощущение неясной тревоги, с которым она проснулась. Осуществленная сделка только усилила его. Острота дурных предчувствий удивляла, лишала аппетита: сидя на скамейке у Финсбери-Серкус, Хелен с трудом заставила себя проглотить половинку сандвича. Было в динамике человеческого поведения нечто настораживающее. И Карлос, и Уоллес казались ей до неприличия торопливыми. Рассуждая логически, следовало бы расспросить Хью об операции, однако инстинкт удержал Хелен от детальных расспросов. Требовалось узнать мнение человека постороннего, но знающего положение дел с ИЦКОБ: уж больно специфический это рынок. Внезапно в памяти всплыл вечер вторника, ужин, Рис Дуглас. Хелен сидела за столом в том же костюме. Она достала из кармашка жакета его визитку.
— Слава Богу!
Впервые с самого утра на губах Хелен появилась улыбка, пальцы проворно набрали номер на мобильном телефоне.
— Банк «Гриндлэйс».
— Рис?
— Да. С кем имею честь?
— Хелен Дженкс. Мы познакомились во вторник.
— На омерзительном званом ужине. — Рис расхохотался. — Как дела?
— Неплохо, — солгала Хелен. — Понимаю, что застала тебя врасплох, но мне нужен совет профессионала. Не выкроишь вечером полчаса — мы могли бы пропустить по стаканчику?
Это будет быстро и просто — войти с помощью двух порций водки в нормальную колею и обрести душевный покой.
Даже в тот момент Хелен не могла до конца поверить своим ощущениям.
Глава 10
Они устроились в переполненном баре на Бродгейт-Серкл. Рис заказал себе пиво, Хелен потребовала большой стакан бренди.
— Сегодня пришлось ступить на твою территорию.
— ИЦКОБ?
— Да.
— С ним необходима осмотрительность — весьма коварная штука.
— Буду иметь в виду. — Хелен посмотрела по сторонам. — Если быть честной, я несколько обеспокоена, только это строго между нами.
— С чем ты столкнулась?
Она вкратце описала сделку.
— А цена?
— Девяносто один шестьдесят пять.
Рис сделал долгий глоток из кружки, задумался. Хелен поняла: он анализировал все возможные аспекты.
— Повтори-ка мне еще раз.
— Что-нибудь не так?
— Все так. Может, я просто ослышался.
Хелен в деталях вспомнила телефонный разговор с Люксембургом.
— А вашему трейдеру по ИЦКОБ ты уже сообщила о сделке?
— Он приболел, но рядом находился человек, который выстраивает нашу политику с ИЦКОБ. Сделка совершена с его одобрения. А в чем дело?
— Сегодня я был занят почти тем же. Только по сто двадцать два.
Хелен прикинула цифры.
— Ты хочешь сказать, что я более чем на треть продешевила? — Она ощутила тяжесть в желудке.
Глядя Хелен в глаза, Рис медленно наклонил голову.
— Этого быть не может. Уоллес одобрил сделку. Он только вчера обговорил все ее параметры с трейдером.
— Речь шла о пятистах тысячах контрактов, так?
Хелен кивнула.
— Что дает…
— Я сама. — Она запустила пальцы в волосы. — Если ты прав, то мы теряем пятнадцать миллионов. Видит Бог, Рис, ты, должно быть, ошибся.
Видит Бог, это означало конец ее карьеры. Негромкий, но очень внятный голос в голове прошептал, что последствия окажутся еще более серьезными.
Глава 11
Хелен вместе с Джойс вошла в небольшой спортивный зал у Лэдброук-сентр. Чистые белые стены, кремового цвета толстые татами на полу перенесли ее в другой мир. Вдохнув полной грудью воздух, напоенный ароматом лавра, она попыталась успокоиться.
Обе переоделись в белые куртки, заправленные в черные, с множеством складок штаны — привилегия обладателей черного пояса. У Джойс был первый дан, Хелен могла похвастаться вторым. Сандалии остались в раздевалке. Женщины ступили на татами, опустились на колени и отвесили глубокий поклон фотографии сэнсэя, Морихая Уесибы — основателя школы современного айкидо. На основе древнего боевого искусства, корни которого уходили в сложившийся в четырнадцатом веке кодекс японских самураев бусидо, Уесиба создал не только совершенную систему самозащиты, но и новую философию жизни. Он учил своих последователей давать отпор нападавшему, не причиняя ему увечий и не убивая его — в отличие от таких агрессивных видов противоборства, как тхеквондо или карате. Однако отдельные приемы айкидо тоже были смертельными, особенно когда сила прилагалась к важнейшим нервным узлам человеческого тела. В переводе айкидо означает «путь духовной гармонии». Для победы над противником его приверженцам необходимо полное самообладание и контроль работы мышц.
Подруги присоединились к группе из десяти человек, занимавшихся под руководством сэнсэя — наставника — Дэйва. Пока Джойс обменивалась приветствиями, Хелен молча стояла чуть в стороне; в вертикальных складках на лбу еще жила тревога. Занятие начиналось ровно в восемь вечера и требовало максимального сосредоточения. Малейшая невнимательность могла привести к серьезной травме. Разминка состояла из энергичных сгибаний и разгибаний рук, растяжек, концентрации внутренней энергии ци[13]. Затем настал черед плавных, напоминавших взмахи пловца движений и дыхательных упражнений, сочетавшихся с монотонным напевом: сейчас души устремляются от повседневной суеты к спасительному острову айкидо.
— Помните о центре тяжести, — бросал Дэйв, время от времени становясь напарником того или иного ученика. — Ощути себя в противнике, если нужно — обойди вокруг него, — сказал он Хелен. — Думай о контакте. Да-да, куда он, туда же и ты.
Перехватив атакующую руку, она приемом роккё без видимого усилия бросила учителя на татами. После того как тот поднялся, они отвесили друг другу церемонный поклон, и Дэйв неспешной трусцой побежал по залу, мягким, ободряющим голосом отдавая команды, тая улыбку в веселых глазах.
13
В космогонии стран Дальнего Востока ци — внутренняя энергия, «живительная субстанция», присущая не только существам из плоти, но и предметам неодушевленным: огню, дерезу, камню.